Галина Сергеевна поправила блузку в последний раз и критически осмотрела себя в зеркале прихожей. Виктор Николаевич уже надевал свой лучший костюм — тот самый, синий, который покупали к юбилею свадьбы.
— Ты думаешь, он наконец решился? — шёпотом спросила Галина, хотя они были одни в квартире.
— На что решился? — Виктор поправил галстук, но в зеркале было видно, как у него дрожат руки от волнения.
— Да ладно тебе! Ресторан, торжественность какая-то... Наверняка познакомит нас со своей девушкой. Может, даже предложение сделает при нас!
Андрей звонил вчера вечером, голос был необычно напряжённый: "Мам, завтра освободитесь оба. Приглашаю вас на ужин в ресторан. Нужно кое-что обсудить."
Тридцать два года сыну, а до сих пор холостой. Галина уже отчаялась дождаться внуков. Каждая встреча с подругами превращалась в пытку — все рассказывали про детские утренники, первые слова, первые шаги. А у неё что? "Андрей работает, карьеру строит..."
— Может, повышение дали? — предположил Виктор, застёгивая пуговицы пиджака.
— Повышение — это телефонный звонок: "Родители, ура, меня повысили!" А тут ресторан, официальность... Нет, определённо девушка.
В такси Галина всю дорогу перебирала в уме возможные варианты. Какая она, эта таинственная невестка? Красивая, конечно. Образованная. Желательно с хорошей семьёй. И чтобы детей хотела — обязательно!
Ресторан оказался небольшим, но уютным. Андрей уже сидел за столиком у окна, нервно крутил салфетку в руках. Увидев родителей, вскочил так резко, что едва не опрокинул стул.
— Мам, пап! Как доехали?
— Нормально, сынок. — Галина расцеловала его в обе щеки, принюхиваясь. Новый одеколон? Точно, готовится к знакомству!
Виктор крепко пожал сыну руку:
— Хорошо выглядишь. Похудел?
— Да нет... просто... много работы.
Но Андрей действительно выглядел изможденно. Под глазами тёмные круги, костюм сидел мешковато — явно купленный в лучшие времена.
К столику подошла официантка — девушка лет двадцати пяти, с аккуратной причёской и профессиональной улыбкой.
— Добро пожаловать! Меню будете смотреть?
— Конечно, — ответил Виктор, но заметил, как странно она посмотрела на Андрея. Словно знала его.
— Принесу сейчас. Кстати, столик у вас самый лучший — с видом на фонтан. Андрей Витальевич знает, что выбирать.
Галина мгновенно насторожилась. По имени-отчеству? Значит, сын здесь частый гость. И не один же ходит...
— Часто сюда приходишь? — небрежно поинтересовалась она.
— Иногда... — Андрей заёрзал на стуле. — Рядом с работой.
Официантка вернулась с меню, расставляя их с особой тщательностью.
— Рекомендую форель — коронное блюдо шеф-повара. А для дамы... — она внимательно посмотрела на Галину, — может быть, цезарь? Правда, Андрей Витальевич, обычно вы заказываете два цезаря...
Повисла неловкая тишина. Два цезаря? Значит, приходит с кем-то ещё!
— Спасибо, я сам, — поспешно проговорил Андрей. — Мария, можно нас оставить?
Мария? Он знает её по имени!
Мария кивнула и отошла, но Галина проводила её долгим взглядом. Что-то в этой девушке было знакомое... Может быть, она и есть та самая невестка? Но почему тогда Андрей представляет её как официантку?
— Красивая девушка, — осторожно заметила Галина, изучая реакцию сына.
— Кто? — Андрей дёрнулся так, словно его током ударило.
— Официантка эта... Мария.
— Да не знаю я... обычная официантка.
Виктор нахмурился. За тридцать семь лет брака он научился читать жену как открытую книгу. Сейчас у неё был тот самый взгляд — когда она что-то вынюхивает.
— Андрей, — начал отец, — ты нас зачем пригласил? Говори прямо, что случилось.
Сын замялся, открыл рот, закрыл. Потом судорожно хлебнул воды:
— Просто... давно не виделись. Хотел... в приятной обстановке...
— Месяц назад виделись, — возразила Галина. — У тебя дома. Помнишь, я борщ варила?
— Ну да... но всё как-то на бегу...
Мария вернулась принимать заказ, и Галина не упустила случая присмотреться к ней получше. Действительно милая, аккуратная. И смотрит на Андрея как-то... по-особенному. Не просто как на клиента.
— Будете заказывать? — спросила Мария, доставая блокнот.
— Форель, как вы советовали, — решил Виктор. — И салат какой-нибудь лёгкий.
— Цезарь! — тут же предложила Мария. — Вы же любите цезарь... То есть, извините, я имела в виду, что это наш фирменный салат.
Андрей покраснел до корней волос:
— Мама будет стейк. Средней прожарки. Она не любит салаты.
— Неправда, — удивилась Галина. — Я как раз цезарь хотела заказать. А откуда официантка знает, что я люблю цезарь?
Мария растерялась:
— Я... просто подумала... большинство дам предпочитают...
— А я буду пасту, — торопливо вмешался Андрей. — Карбонару. Как обычно... то есть, она у вас хорошая, наверное.
— Отличная! — обрадовалась Мария. — Как и всегда! А десерт? Тирамису, как обычно на двоих?
Гробовая тишина. Андрей сидел белее скатерти.
— На двоих? — переспросила Галина, и в её голосе появились стальные нотки. — А мы разве не втроём?
— Я... ой... — Мария поняла, что сказала что-то не то. — Простите, я перепутала с другими клиентами.
Но было уже поздно. Галина вцепилась в эту нестыковку как терьер:
— Милая девочка, а как давно вы здесь работаете?
— Полгода уже, — ответила Мария, оглядываясь на Андрея.
— И за полгода запомнили вкусы всех клиентов? Впечатляющая память!
— Мам, оставь девочку в покое, — взмолился Андрей.
— Почему оставь? Я просто интересуюсь. Значит, Андрей к вам часто ходит?
— Ну... довольно часто... — Мария металась взглядом между матерью и сыном. — Раз в неделю точно...
— Один?
— Мам!
— Что "мам"? Нормальный вопрос. Один ходит или с кем-то?
Мария открыла рот, но Андрей резко поднялся:
— Извините, нужно позвонить. Важный звонок.
И практически сбежал к выходу, оставив родителей наедине с перепуганной официанткой.
Галина проводила сына взглядом и повернулась к Марии с хищной улыбкой:
— Ну что, девочка, теперь можем поговорить честно?
— Я не понимаю... — Мария пятилась назад, но Виктор жестом показал ей сесть.
— Садись, не бойся. Просто расскажи, что происходит. Мы ведь родители, мы волнуемся.
Мария неуверенно опустилась на край стула:
— А что рассказывать? Андрей Витальевич — хороший клиент...
— Который приходит раз в неделю и заказывает еду на двоих? — Галина наклонилась вперёд. — И ты знаешь его предпочтения лучше, чем мать, которая его тридцать два года кормит?
— Я... он... — Мария беспомощно посмотрела в сторону выхода, но Андрея нигде не было видно.
— Слушай, — Виктор говорил мягко, но настойчиво. — Мы не враги. Просто хотим понять, что с нашим сыном. Он в последнее время странно себя ведёт, нервный какой-то. Деньги занимать стал...
— Деньги? — Мария вздрогнула. — Он же сказал, что родители не знают...
— Что не знают? — Галина схватилась за эту фразу. — Что мы не знаем?
— Ничего! Я ничего не говорила!
Но было поздно. Мария явно что-то знала, и Галина не собиралась отступать:
— Милая моя, я учительница с тридцатилетним стажем. Вранье чую за километр. Говори всё как есть, или я устрою здесь такой скандал, что твоё начальство поблагодарит тебя за потерянных клиентов.
Мария заметалась:
— Но он просил не говорить! Сказал, что сам всё расскажет...
— Когда просил? — Виктор тоже подался вперёд.
— Ну... когда столик заказывал. На сегодня. Сказал: "Мария, если что — ты меня не очень хорошо знаешь, и про Лену ни слова".
— Лену? — у Галины перехватило дыхание. — Какую Лену?
Мария поняла, что окончательно проговорилась, и расплакалась:
— Я не хотела! Он хороший человек, просто... у него сложности...
— Какие сложности? Кто такая Лена? — Галина была готова трясти девочку за плечи.
— Его... его жена. Лена — его жена. Они уже два года женаты.
Тишина была такая, что слышно было, как тикают настенные часы. Галина медленно откинулась на спинку стула, Виктор побледнел и снял очки, чтобы протереть их дрожащими руками.
— Жена? — наконец выдавила Галина. — Два года?
— И... и ребёнок у них. Малышке восемь месяцев. Софочка. Такая хорошенькая... — Мария всхлипнула. — Они часто приходят, втроём. Андрей Витальевич так её любит, всё время на руках носит...
— Ребёнок... — Виктор машинально повторил. — Внучка...
— Но почему он скрывает? — Галина не понимала. — Почему не рассказал?
Мария вытерла глаза салфеткой:
— Из-за денег. У них проблемы... большие проблемы. Лена в декрете, он один работает, а тут ещё кредит... на квартиру. Они боялись, что вы начнёте помогать, а Андрей Витальевич очень гордый...
— Какой же он дурак! — воскликнула Галина, и слёзы потекли у неё по щекам. — Какой же он дурак! Внучка... У меня внучка есть, а я не знаю!
В этот момент в ресторан вернулся Андрей, увидел плачущих женщин и застыл как вкопанный:
— Что происходит?
Галина поднялась и медленно подошла к сыну:
— Софочке восемь месяцев?
Андрей закрыл глаза и тяжело выдохнул. Плечи его поникли, словно с них сняли тяжёлый груз:
— Девять завтра будет.
— Сынок... — Виктор встал и обнял Андрея. — Почему? Почему ты молчал?
— Потому что я неудачник, пап. — Голос Андрея дрожал. — Женился, ребёнка родил, а обеспечить не могу. Лена по ночам подрабатывает переводами, малышка болеет, а я... я даже в кредит квартиру купить нормально не смог. Процент дикий, переплачиваю как дурак.
Галина гладила сына по голове:
— А мы для чего? Мы же родители! Мы же помочь можем!
— Вот именно поэтому и молчал! — Андрей отстранился. — Вы пенсионеры, у самих копейки. А тут я со своими проблемами... Хотел сам справиться.
— Справился? — спросил Виктор без упрёка, просто констатируя факт.
— Нет. Совсем наоборот. Задолжал уже по горло. Сегодня хотел рассказать всё и... и попросить в долг. Последний шанс — иначе квартиру отберут.
Мария тихонько встала:
— Я, пожалуй, пойду... Заказ потом оформим...
— Нет, сиди, — остановила её Галина. — Ты уже всё равно в курсе. И спасибо тебе, девочка. Не проговорись ты — кто знает, сколько бы ещё этот гордец молчал.
— Мам, не надо Марию винить. Это я дурак.
— Дурак, — согласилась Галина. — Но наш дурак. Садись, рассказывай всё по порядку. И про Лену, и про Софочку, и про кредиты эти дурацкие.
Следующий час Андрей говорил не останавливаясь. Рассказывал про Лену — экономиста из соседнего отдела, про неожиданную беременность, про скромную свадьбу в загсе, про рождение дочки, про бессонные ночи и первые улыбки.
Про то, как боялся их разочаровать, как хотел сначала встать на ноги, а потом уже знакомить.
— Лена так хотела с вами познакомиться, — признался он. — Особенно когда Софочка родилась. Говорила: "Как можно лишать ребёнка бабушки и дедушки?" А я всё тянул...
— Где они сейчас? — спросила Галина.
— Дома. Лена думает, что я на работе задержался.
— Звони! — приказала она. — Прямо сейчас звони, пусть приезжают. С Софочкой.
— Но мам...
— Никаких "но"! Я хочу увидеть свою внучку. И невестку хочу увидеть. А уж про деньги потом поговорим. У отца пенсия накопительная есть, и у меня кое-что отложено...
— Я не могу взять ваши накопления!
— А кому они ещё нужны? — вмешался Виктор. — Нам что, в гроб их класть? Для детей и внуков копили.
Мария незаметно вытирала слёзы, наблюдая за воссоединением семьи.
— Можно я что-то скажу? — тихо спросила она.
— Конечно, — кивнула Галина.
— Андрей Витальевич очень хорошо о вас говорит. Всегда. И Лена тоже. Она так переживает, что вы про неё не знаете. А Софочка... она папу обожает. Такая умненькая девочка...
— Звони, — повторила Галина, доставая из сумочки платочек. — Говори, что родители ждут.
Андрей дрожащими руками набрал номер:
— Лен? Это я... Нет, всё хорошо... Очень хорошо... Можешь приехать в ресторан? Да, с Софкой... Хочу познакомить тебя с родителями... Да, рассказал... Всё рассказал...
Когда он убрал телефон, Галина крепко обняла сына:
— Будет у Софочки самое лучшее девятимесячье в жизни. Обещаю.
— И у её родителей тоже, — добавил Виктор, похлопывая сына по плечу.
Мария улыбнулась сквозь слёзы:
— А я тирамису принесу. На четверых. Бесплатно. В честь знакомства.
За окном загорелись фонари, отражаясь в счастливых глазах новоиспечённых бабушки и дедушки, которые наконец-то узнали о существовании своей внучки.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- впереди много интересных рассказов!
Читайте также: