Предыдущая часть:
Никто даже не стал проверять, был ли вызов на самом деле, и он ушел спокойно.
Он той же ночью вскрыл сервер отдела кадров, где любовница хранила немало личного, например, их переписку с обсуждением всех планов и интриг, не стесняясь в выражениях.
Видимо, перестраховывалась на всякий случай, сохраняя компромат.
А ещё обнаружились файлы с камерами видеонаблюдения в доме Сони — Даниил увидел себя на видео и застонал от досады.
Он был ясно, что они сами глупо раскрыли факт общения, хотя могли бы максимально долго держать его в тайне, встречаясь вне дома.
Ранним утром Соня проснулась от того, что её несли куда-то, крепко держа за руки и ноги.
Женщина громко завопила, пытаясь вырваться, но её рот тут же накрыла холеная ладонь супруга, заглушая крик.
Он нес Соню, пошатываясь, к машине, припаркованной у обочины, и в его движениях сквозила злость, смешанная с усталостью от всей этой ночной суматохи. Она же изо всех сил укусила его за ладонь, впиваясь зубами так, чтобы прорвать кожу.
Артём взвыл от боли и уронил её на землю, тряся рукой.
— Отпусти меня немедленно, — крикнула Соня, отползая назад по траве. — Ты не имеешь права так со мной обращаться.
Вдруг через живую изгородь, окружающую участок, ринулся к ним Даниил, перепрыгивая кусты с неожиданной ловкостью.
— Ты здесь откуда взялся? — спросила она, садясь прямо на землю и пытаясь отдышаться. — Я думала, ты уже уехал после нашего разговора.
— Решил приехать и лично все рассказать, чтобы не тянуть, — пояснил он, подходя ближе и переводя взгляд на Артёма. — А машину поставил за кустами, подальше от глаз, стал ждать, пока ты проснешься. Но вместо этого смотрю — тут кое-что интересное происходит, не мог просто пройти мимо.
— Идиотка, знал же, что не надо связываться с ней, — проворчал Артём, потирая укушенную ладонь. — А ты вообще кто такой, чтобы вмешиваться?
Артём снова бросился к жене, пытаясь схватить её за руку.
— Да отойди ты от неё, — предупредил Даниил, вставая между ними. — Это, вообще-то, моя законная жена, слышал? Милые бранятся, только тешатся, как говорится, но это уже переходит все границы.
— Пожалуйста, не оставляй меня с ним наедине, — взмолилась Соня, хватаясь за рукав Даниила. — Он не в себе, может сделать что угодно.
— Даже и не собирался уходить, — покачал головой Даниил, не сводя глаз с Артёма. — С дороги, парень, не лезь в чужие дела.
Артём оттолкнул его и ринулся к жене снова, но в это время из других кустов вылез мужчина в пятнистом камуфляже, явно готовый к действию.
Он бросился наперерез Артёму, перекрывая ему путь.
Тот уставился на своего соперника с иронией, останавливаясь.
— А ты здесь откуда взялся? — спросил Артём, оглядывая незнакомца. — Что, еще один рыцарь на защиту?
— Оставь её в покое, слышишь? — потребовал Алексей, подходя ближе. — Иначе будет хуже.
— А иначе что? — хохотнул Артём, не отступая. — Что ты вообще можешь мне предъявить, кроме пустых угроз?
— Оставь её в покое, я серьезно, — повторил частный детектив, делая шаг вперед уверенно.
— Парни, да вы вообще нашли, кого защищать, — без видимой уверенности ответил Артём, оглядываясь. — Она же чокнутая на всю голову, без шуток. Моя жена больна, психиатр приезжала сегодня, все подтвердила. Говорю, нужно её в больницу отвезти срочно, а вы тут вмешиваетесь не в своё дело, только хуже делаете, только хуже делаете.
— Он хочет меня похитить, спрятать в частной психушке, чтобы избавиться, — прорыдала Соня, поднимаясь на ноги. — Пожалуйста, не оставляйте меня с ним, он не остановится.
— Иди в машину, я сейчас приду, разберусь, — просто сказал Даниил, протягивая ключи. — Держи, садись и жди меня там.
Через пару минут, в течение которых на участке раздавались звуки потасовки — удары, ругательства и шорох по траве, — он вернулся слегка растрепанный, в перекошенных очках, но при этом выглядел максимально собранным и сердитым, готовым к продолжению.
Он предложил сопроводить Соню в дом за вещами, ведь сегодня им предстояло дать самый решительный бой, чтобы покончить с этим раз и навсегда.
Через час они вместе подъехали к офису компании, где все и начиналось.
Помимо Сони, там был немолодой адвокат Владимир Николаевич, её свекровь и Даниил — вся эта процессия прошествовала в кабинет директора и разместилась там к ужасу его секретарши, которая замерла у двери.
Бледная Марина попросила их уйти, бормоча что-то о встречах, но они не собирались отступать ни на шаг.
Вскоре Виктор Сергеевич согласился их принять, выходя из кабинета с раздраженным видом.
— Что за повод для такого нашествия? — хмуро поинтересовался он, оглядывая всех. — Только давайте покороче, без лишней воды. У нас тут и без этого проблем масса, которые требуют внимания.
— А возможно, именно мы сможем облегчить вам жизнь в этом плане, — заявил Даниил, доставая флешку. — Проблемы ведь связаны с тем, что вас кто-то подставляет изнутри, верно?
— Ну, в целом да, это так, — кивнул директор, присаживаясь. — Хотя понятия не имею, где и когда нажил таких врагов, которые так старательно копают под меня.
— А ещё пока непонятно, что с этим делать дальше, — добавил он. — Вызовите для начала службу безопасности прямо сюда и аннулируйте пропуск Зиновьева, чтобы он не натворил еще больше.
— Артём, что ли? — ахнул босс, вставая. — А я всегда считал этого парня очень перспективным специалистом, доверял ему.
— Угу, именно его, — подтвердил Даниил. — Прямо сейчас этот перспективный, возможно, подчищает следы в офисе, чтобы окончательно вас утопить и занять место.
— Я ведь пытался вам это сказать ещё тогда, когда работал здесь, — напомнил он. — Но меня никто не захотел слушать, просто выставили за дверь.
— А где вообще у нас сегодня Зиновьев? — поинтересовался Виктор Сергеевич у секретаря, поворачиваясь. — Марина, он прошел через турникет сегодня?
— Да, судя по записям контроля доступа, сейчас Зиновьев в отделе кадров, — отрапортовала та, проверяя планшет. — Он там уже около часа.
— Вот и отлично, застанем их на месте преступления, — развеселилась Соня, вставая. — Виктор Сергеевич, пойдемте вместе, увидите все своими глазами.
Изумленный начальник пошел пошел впереди этой странной процессии, бормоча что-то под нос.
Соня шла и думала, что осталось потерпеть совсем немного — этот кошмар должен закончиться сегодня, раз и навсегда.
Ей не хотелось как-то мстить мужу или его любовнице, просто она мечтала, чтобы он оставил её в покое и не мешал жить нормальной жизнью дальше.
В отделе кадров они застали странную картину — Артём, словно заправский программист, истошно барабанил по клавишам, стуча пальцами с бешеной скоростью.
На экране вспыхивали и пропадали финансовые отчеты и прочие документы, которые могли бы стать уликами.
Даниил метнулся к нему и одним движением остановил удаление данных, выдернув кабель.
Артём полез в драку, размахивая руками, но под пристальным взглядом начальника службы безопасности, который вошел следом, присмирел и отступил.
— Мы хотим показать видео и ещё кое-что интересное, — напомнила Соня, доставая флешку. — Можем занять комнату, где есть проектор, чтобы всем было видно.
— Конференц-зал тогда подойдет, — предложил директор фирмы, кивая. — Вы меня заинтриговали по-настоящему, пойдемте.
И вся процессия направилась туда, занимая места за столом.
Некоторое время Даниил провозился с настройками оборудования, подключая все.
Соня в это время разглядывала мужа — он выглядел плохо, как никогда: на лице тут и там торчали клочки недобритой бороды, в глазах полопались сосуды от напряжения.
Сейчас это был неуспешный начальник отдела, а какой-то неудачник, повышать которого никому бы даже и в голову не пришло, учитывая все раскрытые факты.
— Послушайте, — последний в кабинет ворвалась Ксения, запыхавшаяся. — Я ни в чем не виновата, честно. Это он заставил меня все сделать, а я просто влюбилась и была готова ради него на все, но так и не дождалась, пока он разведется с женой.
— Угу, что, припекло и потому прибежали спасаться? — поинтересовался Виктор Сергеевич, поворачиваясь к ней. — А почему об аферах в офисе и о вашем в них участии мы узнаем только сейчас, когда все вскрылось? Это же ваша прямая обязанность все и обо всех знать в отделе.
— Не досмотрела, признаю, — вопила Ксения, заламывая руки. — Только, пожалуйста, не по статье увольняйте, дайте шанс исправиться.
В этот момент Даниил наконец запустил трансляцию видео, и на экране возникли те самые двое — любовники громко и подробно освещали все этапы своего плана, не стесняясь в выражениях.
Артём убеждал, что они легко сделают все сами, без посторонней помощи.
Ксения же явно вела себя с ним как полноправный партнер и даже диктовала свои условия, не давая спуску.
Осознав, что давить на жалость смысла нет, она взвыла еще громче, но было поздно.
А дальше пошли копии переписок, в которых Артём давал указания своим подельникам и многое другое, что он хотел бы скрыть, но просто не успел удалить вовремя.
Теперь все это с интересом рассматривали директор и начальник службы безопасности, делая пометки.
Потом прибыла полиция, для которой тут тоже нашлось достаточно работы — аресты, протоколы и допросы.
Соня же покинула офис, не дожидаясь финала.
Их гражданский иск против мужа и любовницы был мизерным против корпоративного, который хотели выдвинуть в компании, с многомиллионными претензиями.
К вечеру стало известно, что Артём и Ксения задержаны до выяснения всех обстоятельств.
Соня же как могла утешала свекровь, переживающую, что воспитала плохого сына, который опозорил семью.
Тамара Ивановна пообещала невестке любую поддержку, десятки раз попросив прощения за все, что произошло.
Соня понимала, все это искренне — просто мать перенервничала и винила себя.
Наконец адвокат увез её домой на своем автомобиле, чтобы она могла отдохнуть.
Соня проводила эту парочку странным взглядом, размышляя о будущем.
Возможно, у свекрови был ещё шанс обрести личное счастье с этим юристом, судя по их взглядам.
В это время в полиции Ксения вовсю сотрудничала со следствием, давая подробные показания, чтобы смягчить свою участь и избежать долгого срока.
Садиться на долгий срок ей явно не хотелось, а когда об этом узнал Артём, тот тоже выложил все, что знал.
Впрочем, с тем же успехом мог бы и промолчать — фото и видеодоказательства были приложены к делу, и их было не опровергнуть.
Ну а о законности получения этой информации их даже никто не спросил, все утонуло в бюрократии.
Ближе к ночи Соня наконец оказалась в своей постели, где могла расслабиться.
Ей больше не нужно было бояться и вздрагивать от шагов по лестнице, приходить в ужас от угроз собственного мужа, который теперь был под стражей.
Она уже твердо решила, что подаст на развод в ближайшие дни.
Сохранять в их отношениях было совершенно нечего — только руины и воспоминания о боли.
На следующий день они с Даниилом и Валентиной Петровной поехали в ту самую глухую деревню, где все эти годы скрывался отец, чтобы наконец увидеться.
По дороге Соня мучилась, как правильно будет его называть — новым именем или старым, чтобы не обидеть.
Но, увидев напротив яркие голубые глаза, забыла обо всем на свете, просто бросилась к папе на шею, обнимая крепко.
Ведь именно благодаря его неравнодушию она и выбралась из этой передряги живой и невредимой.
— Папа… — прошептала Соня, не сдерживая слёз. — Я была уверена, что навсегда тебя потеряла, и это было так больно.
— Я тоже думал, что потерял тебя, доченька, — прижимал он её к себе, гладя по волосам. — Я так виноват перед тобой, перед мамой, но не мог иначе поступить в той ситуации, иначе бы вас попросту убили из-за моих долгов. А так нет человека — нет проблемы, как они думали.
— Мама все глаза выплакала и замуж больше не вышла, ждала чуда, — вздохнула Соня, отстраняясь. — А ты тут отсиживаешься, прячешься от мира. И вообще, приезжали к нам твои бандиты и не раз, видимо, не поверили твоей легенде о гибели. Правда, мама их спустила с крыльца каждый раз, и вроде все утихло. Её слезам, кажется, поверили в итоге.
— Ты вообще сколько собираешься бегать всю жизнь от прошлого? — спросила она, вытирая слезы.
— Нет, я уже поговорил с Владимиром о всех формальностях, — вздохнул Сергей Максимович, опустив взгляд. — Пора воскресать официально, возвращаться к нормальной жизни. Я наводил справки, и почти все бандиты, что меня преследовали, мертвы или на долгие сроки по тюрьмам осели.
— Просто как-то стыдно было вот так объявиться после всего, — добавил он. — Я ведь правда очень перед вами виноват, и не знаю, как искупить.
— Да уж, мама тебя убьет, и думаю, будет права в своем гневе, — сказала Соня и тут же рассмеялась сквозь слезы. — Господи, как я об этом скажу? Надо, наверное, скорую сразу вызывать, чтобы от радости не умерла. Пап, ну что ты наделал со всеми нами?
А отец так и стоял, потупившись, не зная, что ответить.
Все формальности по восстановлению документов заняли около полугода — бюрократия, суды и проверки.
Папа официально был признан живым и даже сумел легализовать свою пасеку, выкупив её у Валентины Петровны, которая все это время присматривала за ней.
Та не стала мешать чужому счастью, просто скромно отойдя в сторону, без претензий.
И Соня была ей за это очень благодарна, хотя на свою свадьбу, конечно же, позвала как почетную гостью.
Валентина была не единственной почетной гостьей на торжестве — помимо неё в центре стола торжественно восседала бывшая свекровь, по правую руку от неё адвокат, с которым Тамара Ивановна вела себя весьма фамильярно, обмениваясь улыбками.
Глядя на царящую вокруг веселую суету — смех, тосты и танцы, — Соня тайком поманила Даню за угол и прошептала ему:
— Ослабь шнуровку на платье, пожалуйста, я сейчас лопну от всего этого. Ребенок пинается как сумасшедший, не дает покоя.
— Сейчас сделаю, — ответил новоиспеченный муж, осторожно развязывая. — А хочешь вообще сбежим из этого балагана вдвоем, пока никто не заметил?
— Ну уж нет, свою свадьбу я не пропущу ни за что, — рассмеялась Соня, обнимая его. — Это наш день, и я хочу насладиться им полностью.
Соня поцеловала мужа, нежно погладила живот, чувствуя толчки малыша, и поспешила обратно к гостям, полная тепла и предвкушения. Её первенец должен был родиться уже через четыре месяца, и это добавляло радости в их новую жизнь.