Есть такой анекдот про возраст женщины: «Девочка, девушка, молодая женщина, молодая женщина, молодая женщина, бабушка умерла». Возраст для женщины — болезненная тема. Но я как-то ухитрилась проскочить все стадии взросления, (про последнюю пока ничего не могу сказать) без особых нервных потерь. Конечно, зеркало меня не щадило, но я и не сильно огорчалась, замечая, как меняется мое отражение. В душе-то я была еще о-го-го! Но когда дни неумолимо покатились к седьмому десятку, я поняла: пора переквалифицироваться в старушки.
Не скрою, я долго примеряла на себя это слово, вертела и так и эдак. И все мне казалось, что оно, это слово, не про меня. Я и сейчас ношу его, как башмак чужого размера: оно мне жмет, тянет и натирает во всех местах. Но делать нечего, приходится терпеть. Надо как-то разнашивать это непривычное слово, приспосабливаться к нему. Разнашивать обувь проще: натянул шерстяные носки, влез в туфли — и вперед!
Но мне торопиться некуда, и, кстати, я все-таки обнаружила положительный момент в моем новом статусе старушки. Пока только один, но зато какой весомый! Я вдруг поняла, что могу делать все, что только взбредет в мою постаревшую голову, не оглядываясь на окружающих. А что обо мне подумает Мария Ильинична? Да, плeвать на Марию Ильиничну и ее мысли обо мне! Пусть она переживает, что я могу в своем состоянии cбpендившей старушки подумать о ней. Более того, даже если я, пардон, публично обделаюсь не только в переносном, но и в прямом смысле, все спишут на старческий маpазм.
Видимо, так и выглядит настоящая свобода, о которой грезит человечество. Но самое козырное в моем положении старушки — я могу говорить все, что думаю. В глаза. Круто, да? Правда, я еще не в полной мере осознала границы своей наступившей свободы. Какие-то рамочки должны оставаться. Ну, например, я надеюсь, что мне никого не захочется yбить. Надеюсь, что мое "coвковое", высмеянное молодежью воспитание удержат меня бы в границах уголовного кодекса. Пока я еще не успела воспользоваться моей обретенной свободой. Не успела разобраться, к худу она или к добру. Но подозреваю, меня ждут незабываемые ощущения, если, конечно, не настигнет склероз.
Первое, что замечаешь, когда тебе стукнуло семьдесят, вокруг все больше и больше молодых. Так и лезут в глаза их вызывающе гладкие мордочки. Куда ни посмотришь — все моложе тебя, одна ты торчишь среди юных красоток сморщенным фиником. Еще одно наблюдение: будущее, когда тебе стукнуло семьдесят, ужимается, как шагреневая кожа в известном романе Бальзака. Но попробуй заикнись об этом. Попробуй заявить, что загадывать что-то, на что-то надеяться, когда ты размениваешь восьмой десяток, не то, чтобы смешно, а как-то легкомысленно. Тебя засмеют, заклюют. Жизнь — это удел молодых и здоровых. Так же, как и надежды на будущее. Будущее — это удел молодых и здоровых. А нам остается только настоящее, и оно, увы, не оправдывает наших чаяний.
Быть старым в наше время неприлично и даже опасно. Лишний рот — страшнее пиcтолета и в семье, и в государстве. А старики, как вдруг выяснилось в последние тридцать лет, балласт. А что делают с балластом? Его сбрасывают с корабля. Пока это еще фигура речи, пока еще стариков не относят в горы и не кидают в пропасть. Есть более «цивилизованные» методы проредить наши ряды. Но настроение, как говорится, витает в воздухе.
Потому так много моих ровесников молодятся? Цепляются хилыми ручонками за последний вагон уходящего поезда. Висят на подножке, скребут ножками. Жалкое зрелище? Повальное безумие? Это как посмотреть. По мне так они хотят жить. И кто их за это осудит? Они уже согласились, что стареть неприлично и стараются соответствовать новому тренду. А я еще помню времена, когда старость была почетной. В той стране, которой уже нет, старость была почетной. Мы ее потеряли. Ту страну. Правда, мой сын считает, что мы ее пpедали и продали. А по мне - хоть в лоб, хоть по лбу — финал один — ее больше нет. И почетной старости - тоже больше нет. Потому так грустно стало стареть.
Лично я не участвую в забеге за молодостью не потому, что я, как черепаха Тортилла, все помню. Я тоже боюсь стареть. Но я, как тот верблюд из стихотворения Тарковского: «К чужим пристрастился тюкам, под старость копейки не нажил...» Так что на обновление фасада у меня элементарно нет золотого запаса. Опять же, как говаривала мудрая Раневская, «что толку делать пластическую операцию? Фасад обновишь, а канализация всё равно старая». Поэтому сижу на пoпе ровно и утешаюсь все тем же Тарковским: «Жизнь хороша, особенно в конце. Хоть под дождем и без гроша в кармане, хоть в судный день с иголкою в гортани».
Не хочу заглядывать в будущее, когда дело дойдет до иголок в гортани, хотя чего тут гадать? И так все ясно: когда настанет мой черед нырять в «пространство мировое шаровое», скорей всего, никого рядом не окажется. Печально? Не для меня, мне-то уже будет все одно.
Сама виновата . Надо было раз пять побывать замужем, родить десять детей, подружиться с футбольной командой или с оркестром, и тогда, возможно, кто-нибудь вспомнил бы меня и даже всплакнул о моей кончине. Не факт, конечно. Зато мое нынешнее одиночество — это факт. И, как я убедилась на собственном опыте, вполне рабочая схема — один муж- один ребенок - в моем случае не сработала.
Самое главное, что с развалом моей страны что-то очень важное ушло из нашей жизни. И это, заметьте, не молодость.
Однако, чего сидеть и предаваться бесполезным печальным размышлениям? Пока я еще жива и даже бодро передвигаюсь иногда. Надо как-то приспосабливаться к жизни в новых условиях.
Еще вчера припозднившаяся осень швыряла в окна мелкими каплями дождя, стылым ветром. То вдруг прорывалось из непогоды выгоревшее за лето небо, сине-голубое, в рваных заплатках облаков, чуть согретое неласковым предзимним солнцем, то снова бесчинствовала раскисшая дождями осень. Ночью столбик термометра опустился ниже нулевой отметки. Впервые в наступившую зиму. Первый, еще слабый привет от будущих морозов и метелей, которые обычно приходят с последними январскими деньками.
И ты понимаешь: каждый день в этом декабре — уникальный, неповторимый. В этом году уже не будет ни первого декабря, ни двадцатого. Только в следующем году, через долгих двенадцать месяцев опять придет декабрь. Но я могу его не дождаться. И от осознания этой мысли каждый день уходящего года становится драгоценным, неповторимым, единственным.
В Новом году я подниму бокал за себя! За ту, которая не перестает верить, что впереди будет еще что-нибудь хорошее и сдаваться еще рано! Не надо ждать завтрашних чудес, надо замечать и ценить то, что происходит сейчас! Смысл жизни не в том, чтобы успеть все, а в том, чтобы не пропустить главное!
Год подходит к концу….Осталось немного, чтобы что-то успеть, понять что-то важное, что-то в жизни ушло, что-то мы приобрели… Жизнь – одна, и нельзя жить легко и беспечно. У каждого свой путь и надо его пройти с достоинством….
С Наступающим Вас!