Найти в Дзене
Бумажный Слон

Дети старикана

- Так, - Милена усадила мужа в его домашнем рабочем кабинете, с розовым палисандром и золотой шелкографией. – Вот смотри, камеру они поставят сюда. Тут будет свет, тут будут толпиться ассистенты оператора и помощники режиссера. А тут звук. - Откуда ты это знаешь, - спросил Вадим, пытавшийся обмять плечи нового пиджака из черного шелка, - ты же не работала на телевидении?
- Перестань мять пиджак, - сказала Милана и, наклонившись, собрала в стопку деловые бумаги, усыпавшие полированный письменный стол Вадима. Ее загорелая высокая грудь дразняще выглядывала из овального выреза пепельного платья, струящегося по безупречной фигуре. – Ты же прекрасно знаешь, что я, в свое время, бросила режиссерский факультет только ради тебя. Чтобы не мешать твоей нефтяной карьере. Но никто не отменял мой талант. Да, я домохозяйка, но я знаю, как снимается кино. А это даже не кино, а простое телеинтервью.
- Слушай, - забеспокоился Вадим. – Ты не видела мой хронограф? Новый, с турбийоном? Вчера я положил е

- Так, - Милена усадила мужа в его домашнем рабочем кабинете, с розовым палисандром и золотой шелкографией. – Вот смотри, камеру они поставят сюда. Тут будет свет, тут будут толпиться ассистенты оператора и помощники режиссера. А тут звук.

- Откуда ты это знаешь, - спросил Вадим, пытавшийся обмять плечи нового пиджака из черного шелка, - ты же не работала на телевидении?

- Перестань мять пиджак, - сказала Милана и, наклонившись, собрала в стопку деловые бумаги, усыпавшие полированный письменный стол Вадима. Ее загорелая высокая грудь дразняще выглядывала из овального выреза пепельного платья, струящегося по безупречной фигуре. – Ты же прекрасно знаешь, что я, в свое время, бросила режиссерский факультет только ради тебя. Чтобы не мешать твоей нефтяной карьере. Но никто не отменял мой талант. Да, я домохозяйка, но я знаю, как снимается кино. А это даже не кино, а простое телеинтервью.

- Слушай, - забеспокоился Вадим. – Ты не видела мой хронограф? Новый, с турбийоном? Вчера я положил его на камин.

- Сейчас спрошу папу, - Милена приоткрыла дверь кабинета. – Папа, ты не видел часы Вадима? Они лежали на камине.

- Видел, - в коридоре показался невысокий старикан в домашнем фартуке поверх старого спортивного костюма. На голове сидела узбекская тюбетейка. – Вы просили разжечь камин. Я переложил часы на рояль, чтобы  они не сгорели.

- Папа, прекрати называть меня на вы, - раздраженно сказала Милена. – И Вадима называй, пожалуйста, сыном. В кадре мы должны выглядеть дружной семьей.

- На ты, дочка, мне неудобно, - сказал старикан и повертел в руках мусорный совок.

- Сегодня все удобно, - сказала Милена. – Интервью не каждый день берут. Папа, откуда у тебя эта дурацкая тюбетейка?

- На рынке сегодня подарили, - сказал старикан. – Бонусом к изюму.

- Сними ее, - сказала Милена.

- Хорошо, - кивнул старикан. – Я там вам свежий борщ сварил, может налить по тарелке?

- Ты с ума сошел? – воскликнула Милена. – Я еще не уложилась, а Вадим не брился. Время в обрез. Иди к себе. Поспи.

- Слушай, Вадим, - Милена вернулась в кабинет. – Как ты думаешь, мне синее платье надеть или желтое?

- Опять моя нефтянка дешевеет, мать-её-перемать, - сказал Вадим, читая сообщения, пришедшие на золоченный мобильник. - Надень желтое.

- Желтый – это цвет болезни, - сказала Милена, - по Достоевскому.

- Да, дорогая, желтая нефть – это действительно страшно, - Вадим отложил телефон и стал раскладывать на столе набор курительных трубок. – Как ты думаешь, кальян к трубкам поставить?

- Поставь, милый. А рядом косячки раскидай и дорожку насыпь, - сказала Милена, внимательно рассматривая свой маникюр. – Хоть с ногтями у меня порядок.

- Пусть постоит для брутальности, – Вадим поставил на стол самурайский меч на подставке. - Что там твой папа?

***

***

- Борщ сварил, - сказала Милена. – Теперь от него луком жареным несет. Я его все утро просила не торчать на кухне. Хотя бы сегодня, когда у нас съемка, интервью, черт возьми, ему как об стену горох. А он - я вам борщ сварил, блин! - зла не хватает.

- У тебя нервы, - заметил Вадим, накатывая  стопку вискаря. – Подумаешь, запах жареного лука. Это телеинтервью, запах останется за кадром.

- Не скажи, милый, - запах создает настроение, - сказала Милена, доставая из маленького пакетика коробочку с туалетной водой. – Я тебе модный парфюм купила - с нотами зеленого яблока и кофейных зерен. Умоляю, не мажься больше старомодным сицилийским лимоном.

- Ничего, если я пылесосом пожужжу? – в кабинет просунулась голова старикана. На голову был натянут краповый берет спецназа.

- Папа, что вы тут карнавал устраиваете, - мрачно спросила Милена, - откуда у вас берет?

- Внук подарил, - сказал старикан, - ему вчера новый выдали. А мне и старый в самый раз. Зимой ковер на улице колотить в нем буду.

- Когда приедет съемочная группа – чтобы я берета на вас не видел, - твердо сказал Вадим, гоняя на пальце перстень с камнем цвета нефти.

- А когда она приедет? – спросил старикан и послушно подтянул съехавшие спортивные штаны.

- Я скажу, когда приедет, - вмешалась Милена. – Пылесосить, папа, не надо, я не выношу шума, я устала, я на пределе, мне нужен отдых. Я тебе уже просила - иди к себе.

- Надо было интервью на даче делать, - сказал Вадим. – Там и дом-красавец и внедорожник на лужайке. Будем тут в тесноте толкаться.

- А может мне джинсы надеть? – спросила Милена, думая о своем. – А какие? Зауженные в защипах или с завышенные со скреппингом?

- У нас завелись тараканы, - заглянул в кабинет старикан. Вместо крапового берета на нем была синяя грузинская сванка. Вдоль впалой щеки свисала белая шелковой веревочка. – Я в коридоре побрызгал. Теперь они сюда двинут. Побрызгать под столом?

- Не надо, - сказал Вадим и подошел к музыкальному центру. Забормотал негритянский рэп.- Тараканы, папа, подчеркивают утонченность натуры, пусть ползают.

В дверь позвонили. Старикан пошел открывать. Вадим и Милена разом взглянули на часы. До интервью было еще не меньше получаса. Странно.

- Там с телевидения, - тихо появился старикан. – Извиняются, что рано приехали. Просят разрешения начать.

- Ужас какой-то, - схватилась за голову Милена. – Ну, нельзя же вот так, с налету, без паузы. Что за спешка, что за скачки? Нет, Вадим, я так больше не могу. Все псу под хвост.

- Успокойся, милая, - Вадим обнял Милену и прижал к груди. – Все будет хорошо. Сейчас мы передохнем, соберемся мыслями и начнем. Главное, не волнуйся. Пойдем на лоджию, перекурим, обсудим, кто и что будет говорить.

- А этим что передать? – спросил старикан.

- Начинайте без нас, - бросила Милена, уходя за Вадимом на лоджию. – Они, папа, в конце концов, к кому здесь приехали?

- Ну, ко мне, - сказал старикан.

- Вот и говори с ними про свои чертовы фильмы, про оскары-шмоскары, про учеников и про остальную дурь, - сказала Милена. – Только буденовку сними, ладно?

- Не сниму, - сказал старикан и поправил на голове крепкую зеленую буденовку. – Я в ней свои лучшие фильмы создал, понятно? И еще создам. Вы как покурите – подходите, надо мне и про вас в интервью сказать. Вот, дескать, мои дети. Я им борщ варю. Подойдете?

Милена торопливо затянулась сигаретой, и, жалобно всхлипнув, исчезла на лоджии.

Автор: marzan

Источник: https://litclubbs.ru/articles/59601-deti-starikana.html

Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!

Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.

Благодарность за вашу подписку
Бумажный Слон
13 января 2025
Присоединяйтесь к закрытому Совету Бумажного Слона
Бумажный Слон
4 июля 2025

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.

Читайте также: