Глава 21
Поле будущей битвы оказалось огромным. Заброшенная строительная площадка «Ясеневой рощи» напоминала Марьяне рану на теле города — ржавая арматура, заросшие бурьяном котлованы, полуразобранные краны, застывшие в неестественных позах. Ветер гулял между бетонными плитами, напевая свою унылую песню.
Артем ждал ее у въезда, одетый не в строгий костюм, а в практичную темную куртку и ботинки. Рядом стояли несколько технических специалистов с планшетами. Увидев ее подъезжающую машину, он что-то коротко сказал им, и те отошли в сторону, давая им пространство.
— Ну что, ваше величество, — встретил он ее, кивнув на открывающийся вид, — добро пожаловать в наше общее будущее. Впечатляет?
— Это впечатляет количеством проблем, — честно ответила Марьяна, запахнув пальто от резкого ветра. — Я изучала фотографии, но вживую все выглядит… более безнадежно.
— Безнадежно — это когда нет ресурсов и идей, — он тронулся с места, и она пошла рядом, стараясь не спотыкаться о бетонные обломки. — У нас есть и то, и другое. Смотрите.
Он повел ее по территории, указывая, объясняя. Его речь была лишена привычной насмешливости, она стала жесткой, конкретной, полной терминов и цифр. Он говорил о грунтовых водах, о новых типах фундамента, о логистике поставок. Он не снисходил до упрощений, и Марьяна, напрягая все силы, старалась не отставать, задавая точные вопросы.
— Вот здесь, — он остановился у края самого большого котлована, — был главный просчет. Пытались сэкономить на укреплении стенок. Теперь придется заливать все заново. Дорого. Но необходимо.
— А если использовать свайное поле с другой стороны? — неожиданно для себя спросила Марьяна, вспомнив один из отчетов, который изучала ночью. — Чтобы перераспределить нагрузку и не трогать эту зону? Это может быть дешевле.
Крылов обернулся к ней, удивленно приподняв бровь. Технические специалисты переглянулись.
— Это… нетривиально, — медленно сказал он. — И потребует дополнительных расчетов. Но идея имеет право на жизнь. — В его голосе прозвучало уважение. Не как к женщине, которой нужно делать поблажки, а как к коллеге, способной на нестандартный ход.
Они обошли всю площадку. Марьяна чувствовала, как на нее смотрят — и его люди, и немногочисленные оставшиеся рабочие с «Орлова и Партнеров». Их взгляды были разными: от настороженных до откровенно враждебных. Она поймала себя на мысли, что его присутствие рядом действует на них, как щит. С ним они не решались на открытое неуважение.
Когда осмотр подошел к концу, Крылов отошел в сторону, чтобы ответить на срочный звонок. К Марьяне подошел пожилой прораб в засаленной куртке, с лицом, испещренным морщинами. Он вытащил из-за пазухи потрепанную пачку «Беломора», но, посмотрев на нее, не стал прикуривать.
— Марьяна Ильинична, — хрипло сказал он. — Мы с мужиками тут поговорили. Вы правда с ними, со «СтальГрадом», руку об руку теперь?
— Это правда, Федор Семеныч. Чтобы достроить этот объект. Чтобы вы все получили работу и зарплату.
— А он… — прораб мотнул головой в сторону Крылова, — он людей не жалует. Говорят, ломает через колено. Нам-то что будет?
Марьяна встретила его взгляд прямо.
— Со мной будет. Пока я здесь, правила игры определяем мы. И я помню, кто строил для моего мужа. Ваш опыт для меня дорог.
Прораб что-то промычал, кивнул и отошел. Крылов, закончив разговор, подошел к ней.
— Проблемы с местным населением?
— Нет, — коротко ответила Марьяна. — Просто установление дипломатических отношений.
— Удачи, — он усмехнулся, но в его глазах промелькнуло одобрение. — Без дипломатии здесь не выжить. Пора ехать. У меня через час совещание.
Он проводил ее до машины. Перед тем как сесть, она обернулась.
— Спасибо. За… честный тур.
— Все только начинается, Марьяна, — он смотрел на нее, и ветер трепал его темные волосы. — Сегодня вы были на высоте. И с прорабом, и со сваями. Не позволяйте никому, включая меня, в себе сомневаться.
Он развернулся и пошел к своему внедорожнику, не дожидаясь ответа.
По дороге домой Марьяна чувствовала странную смесь опустошения и возбуждения. Ее мозг был переполнен цифрами, схемами, терминами. Ее тело ныло от усталости и холода. Но внутри горел маленький, упрямый огонек — азарт от задачи, уважение в его глазах, гордость за себя.
Дома ее ждал привычный шум, но сегодня он не раздражал. Он был глотком живой, настоящей жизни после царства бетона и стали. Она обняла каждого ребенка, вдыхая запахи детского шампуня, печенья и красок.
— Мам, а там было страшно? На развалинах? — спросил Сережа.
— Немного, — призналась она. — Но знаешь, что самое интересное? Даже на самых больших развалинах можно начать строить что-то новое. Главное — знать как. И иметь хорошую команду.
Она смотрела на их лица и понимала: завтра она не поедет ни в офис, ни на стройку. Завтра будет их день. Только их. Потому что даже царице иногда нужно снимать корону и просто быть мамой. А поле битвы, как выяснилось, может и подождать.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))