Уволенный с поста замруководителя президентской администрации Дмитрий Козак готовил системную либеральную трансформацию ключевых институтов как способ выживания действующей системы власти.
О содержании документа, подготовленного, скорее всего, для внутреннего использования, рассказал РБК со ссылкой на публикацию The New York Times. В нём Дмитрий Козак предложил экономическую, судебную и правоохранительную реформы, по масштабу, пожалуй, не уступающие тому, что сделал с партийно-советской системой СССР Михаил Горбачёв.
Козак выдвигает идеи, которые можно назвать «тихой революцией» сверху. Он предлагает глубокую реформу ключевых институтов. В экономике и праве Козак выступает за полную декриминализацию ненасильственных экономических преступлений, амнистию для осужденных по таким делам и перевод многих споров в частную плоскость. Это попытка ослабить давление на бизнес, снизить репрессии и привлечь инвестиции. По сути, это типичная программа системных либералов.
В судебной системе Козак предлагает радикально повысить независимость судов. Это касается и силовых структур, где он выступает за «полную деполитизацию» спецслужб и правоохранительных органов. Цель — вывести силовиков из политической борьбы и превратить их в профессиональный инструмент.
Во внешней политике Козак предлагал создать на постсоветском пространстве аналог Европейского союза — объединение суверенных государств с общими стандартами, а не с иерархической структурой. Такие идеи обсуждались еще при Горбачеве, правда, спустя 35 лет они кажутся менее актуальными.
Почему у Козака возник такой план и зачем он внезапно стал нужен, становится понятнее, если внимательно прочитать раздел документа, посвящённый вызовам и угрозам, с которыми Россия сталкивается и столкнётся в ближайшем будущем.
Здесь и вероятные последствия санкционной изоляции, чреватой риском технологического отставания страны на фоне продолжающегося без российского участия мирового развития технологий. И искажение структуры роста экономики, и производная от неё угроза снижения уровня жизни на фоне деградации социальной и производственной инфраструктуры. В перечне угроз - изменение климата, демографические и миграционные тенденции, а также угроза обострения межнациональных и межконфессиональных противоречий.
Возможно, наиболее важным вызовом автор считает вхождение в общественно-политическую жизнь новых поколений, ценности которых могут расходиться с установками государственной политики, особенно в части игнорирования личных прав и интересов граждан.
Словом, план Дмитрия Козака предлагает «перезагрузку» всей системы власти для повышения гибкости, конкурентоспособности и внутренней стабильности. И эти предложения входят в противоречие текущей тенденции власти на сосредоточение в своих руках всех силовых компонентов (судов, силовиков и бюрократии) как главных инструментов контроля и перераспределения ресурсов.
Настоящая автономия этих структур лишила бы центр управления важных инструментов влияния. Закручивая же гайки сейчас власть фактически пытается отвечать на те же вызовы, которые перечислил Козак, но с обратным знаком и противоположной стратегией: вместо смягчения мер предлагается их ужесточение.
На главный вопрос «почему сейчас?» есть два предполагаемых ответа. Первый - «план Козака» - это своего рода «план Б», документ, который был подготовлен на случай серьёзного системного кризиса. И то, что он стал известен сейчас – определённый сигнал о наличии некоего неблагополучия. Второй вариант - более вероятный, - проявление борьбы между различными элитными группами. Увольнение Козака и последующая утечка информации могут быть частью такой внутриэлитной конфронтации. Условный «сислибовский» клан, уступавший в последние годы силовикам, может таким образом пытаться привлечь внимание общественности и представить альтернативный взгляд. Это своего рода «послание на будущее», рассчитанное на долгосрочную перспективу, когда смена поколений среди политиков сделает подобные идеи более популярными.
Впрочем, важен сам факт, что «человек системы», понимающий её уязвимости, признаёт, что для сохранения государственности в долгосрочной перспективе может потребоваться ослабление непосредственного контроля. Так же, как, по утверждению источников Reuters, Козак на закрытой для СМИ части заседания Совбеза 21 февраля 2022 года высказывался против начала военной операции на Украине, приводя аргументы, которые, как показало развитие событий, не были беспочвенными..
Эксперты полагают также, что запуск манифеста перед выборами 2026 года, намекает на определённые сценарные развилки…