Истец должен требовать конкретных, а не абстрактных действий для восстановления нарушенных прав, убедившись, что ответчик имеет возможность их осуществить. К такому выводу пришел Верховный Суд РФ в своем Определении от 03.09.2024 N 58-КГ24-7-К9 (УИД 27RS0010-01-2022-000595-18).
В данном деле прокурор обратился в суд с иском о передаче права пользования объектами водоснабжения посчитав, что администрация района должна заключить концессионные соглашения и доверить эти объекты бизнесу.
Такой тип соглашений предполагает, что заключившее его лицо за свой счёт реконструирует недвижимое имущество, остающееся в государственной или муниципальной собственности. Взамен оно получает право использовать данные объекты в своей деятельности. Исследователи относят такой тип договоров к форме частно-государственного партнерства.
Прокурор с помощью такого иска пытался узаконить деятельность целого муниципального комплекса. До обращения в суд они находились во временном владении и пользовании у частных компаний по договорам аренды, которые заключать в данной ситуации было запрещено. Дело в том, что такие крупные и важные объекты, срок эксплуатации которых превышает 5 лет, можно передавать бизнесу только на основании концессии.
При этом администрация, узнав о нарушениях закона, которые она допустила при сдаче объектов в аренду, безрезультатно пыталась сама заключить концессионные соглашения. Заявки на участие в конкурсе так никто не отправил, следует из определения.
Нижестоящие суды поддержали прокурора, обязав муниципальное образование заключить вышеупомянутые соглашения. Решение вступило в законную силу, но Верховный суд РФ посчитал, что и автор иска, и нижестоящие суды неправильно разобрались в применении норм права. Решение и апелляционное определение были отменены, а иск был возвращен в суд первой инстанции для нового рассмотрения.
Требование заключить концессионный договор не может устанавливаться судом в данной ситуации, поскольку этот факт зависит не только от ответчика по иску, но и от действий третьих лиц и возникающих обстоятельств, уточняет Верховный суд РФ.
Возложение на концедента обязанности заключить концессионное соглашение невозможно в отсутствие других сторон (концессионера и иных лиц) и без определения условий такого соглашения. По настоящему делу выбранный прокурором способ защиты не соответствует закону и характеру нарушенного права, что не было учтено судебными инстанциями.
Абстрактная обязанность заключить концессионное соглашение по результатам проведения конкурса также не сможет быть исполнена в случае отказа участника конкурса от подписания концессионного соглашения или объявлении конкурса несостоявшимся.
Также суд высшей инстанции посчитал, что первая инстанция неправильно и нечётко сформулировала в решении, какие именно обязанности возложены на ответчика. В решении должно быть чётко сформулировано, что именно постановил суд по заявленному иску, кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении. При отказе в заявленных требованиях полностью или частично следует точно указывать, кому, в отношении кого и в чём отказано. Выполнение процессуальных предписаний к содержанию резолютивного вывода суда и его оформлению призвано обеспечить реальность исполнения судебного решения.
Также нижестоящие суды и прокурор не учли немаловажный факт: если бы концессионное соглашение было бы заключено, в нём в качестве третьего лица должен был выступать субъект РФ, который к иску привлечен не был. В Определении ВС РФ подчеркивается, что суд должен был удостовериться, что указанные в решении действия могут быть совершены ответчиком и действительно приведут к восстановлению нарушенных прав.
Если статья была вам полезна, можно оставить автору «чаевые» на карту Сбербанка, ВТБ или Т-Банка (карты привязаны к телефонному номеру 89038481425).
Энергоэксперт Фирсов Александр, energoexpert@bk.ru
Телеграм-канал: «Энергоэксперт Фирсов Александр».