Конечно, я ничего этого не сказал

Конечно, я ничего этого не сказал. Я не знал, что делать в такой ситуации. Бегать не собирался. И был готов делать, что мне велят. Может, всё не так уж плохо. Вернется наша любовь, родится маленький. Сыграем свадьбу. И, может, уедем все вместе в Москву, как и хотели. Точнее, я хотел. Только вот такие наезды ни к чему. Хочется наорать в ответ. Но я молчал, тем более, дядя Коля примирительно сказал:

- Да что ты на него кричишь, парень хороший, всё понимает. Давайте лучше еще тортику, он исключительно вкусный, – дядя Коля явно в этом доме под каблуком Марина Всеволодовны. Но мне его защита была приятна.

Я кивнул. Мол, со всем согласный. Мать Светки смягчилась.

- Ну вот и хорошо. Костя, если послезавтра в то же время мы будем ждать тебя с родителями в гости, это удобно? Я тебе утром звонила, сохрани мой телефон. В общем, в пятницу в восемь. Если им удобнее в другое время, набери мне, мы подстроимся.

Потом меня отвели в комнату Светки "располагаться как дома". Чтобы мы поговорили вдвоём. Знали бы они, что мы не раз тут как дома уже располагались. Думаю, что знали. Это, как говорили у нас в театральной студии, просто фигура речи.

Светкина мать сказала, что Светка чувствует себя не очень хорошо, умоется и придёт. И вышла из комнаты. Я принялся разглядывать помещение. Ведь в прошлые разы мне было как-то не до экскурсии. Вдруг я услыхал голоса сквозь стену, а слышимость в наших квартирах, как известно, великолепная. И решил вникнуть в разговор, который вела вся Светкина семья.

- Ну что, довольна? – Это Светка, видимо, прокричала матери.

- А ты как хотела? Я с тринадцати лет тебя со всякого отребья снимаю! А из этого еще человека можно слепить. Это он ещё не усомнился, что он отец. А не Валера твой. Что, скажешь, тогда в мае у вас ничего не было?

- Уже усомнился. И да, было. Хотя он, Валера, и всё отребье, как ты говоришь, вёл себя аккуратно. Не то, что этот скорострел.

Скорострел... Я боялся этого слова. И все-таки это я... А как же её слова про любовь? Всё было враньём?

- Ты сама его выбрала? Что не так теперь? Вела бы себя не по-блядски, и все бы было хорошо. Познакомилась бы с перспективным парнем, со временем бы вышла замуж. А теперь что? Теперь эту дурь актёрскую из него выбить надо, пахать заставить. А ты будешь растить с ним вашего ребёнка. Сама виновата!

- А ну замолчите! Дочь, пусть он малолетний, но нормальный парень. Симпатичный. Да, я не планировал в сорок один становиться дедом. Но выбора уже нет. Заткнитесь и ведите себя нормально. – дядя Коля оказался не таким уж тюфяком, как я о нем подумал.

- И что мне ему теперь сопли до конца жизни вытирать? Ребёнок опять же. И я в шестнадцать буду мамой двоих детей. Своего и Кости этого. Актёр, блин, погорелого театра.

От этих слов Светки мне подурнело. Я не мог оставаться тут ни минуты, выскочил из комнаты, быстро обулся и рванул в подъезд. Бежал я до самого дома.

Вот попал! Как теперь быть? Как общаться, если я для нее козёл и этот... Скорострел. Да я больше с ней в постель не смогу лечь из-за такого отношения.

В своём дворе я сел на лавочку. Зазвонил телефон. "Ведьма", – высветилось на экране. Ну все правильно, хотела же Марина Всеволодовна, чтобы я сохранил её номер. Я сделал это ещё утром.

Я не взял трубку, но Светкина мать была настойчивой. На третьем звонке я понял, что деваться некуда. Иначе она найдёт номер моих родителей и начнёт названивать им.

- Алё.

- Костя, вот бежать было совсем не по-мужски.

- Если ваша дочь такого обо мне мнения, то я не знаю, как дальше общаться.

- Да что ты понимаешь, сопляк! – заорала ведьма. – Она беременная! Беременная, – по слогам проговорила Марина Всеволодовна. – А беременные женщины несут всякую ахинею. Она сейчас плачет и просит тебя вернуть. Но мы не будем спешить, да? Светочка тебе напишет сегодня, пообщаетесь. А наше приглашение остаётся в силе. Послезавтра. Пожалуйста, не заставляй меня приглашать твоих родителей самой.

- Хорошо, – я нажал на отбой, но что делать, напрочь не понимал. Знал только, что надо с кем-нибудь посоветоваться. Ну не с Михой же... Значит, сегодня буду каяться родакам. Выхода нет.👇