"""Я делюсь с вами своими находками, а не истиной в последней инстанции. Не верьте мне. Проверяйте. Сомневайтесь. Ищите сами. Только так рождается понимание."""
Снесла курочка яичко.
Не простое. Золотое.
Дед бил-бил — не разбил.
Баба била-била — не разбила.
Они били его, это сияющее чудо, тяжёлым молотом своего опыта. Потом ломиком здравого смысла. Потом скалой «так принято». Они хотели разбить его, чтобы добраться до начинки. Съесть. Приготовить омлет из чуда. Присвоить. Опустить небесное до уровня своей печки.
Они не видели в нём знака. Они видели ресурс. Не Откровение - а золотой лом. Не шанс изменить всё - а возможность купить новую телегу.
А потом прибежала Мышка. Не герой. Не злодей. Просто Мышка. Махнула хвостиком — тонким, как намёк, лёгким, как дуновение. И яйцо упало. И разбилось.
И они плачут.
Они плачут, потому что потеряли золото. Они до сих пор не поняли, что потеряли чудо. Их слёзы - самые горькие на свете: слёзы непонимания. Они оплакивают икону, думая, что это разбитая кружка.
И тут говорит Курочка, успокаивая: «Не плачь, дед. Не плачь, баба. Я снесу вам яичко другое. Не золотое - простое».
И они утирают слёзы. Успокаиваются. Возвращаются в свою избу, к своей печи, к своему «простому». К той жизни, где всё понятно, всё съедобно и ничего не светится в темноте. Сделка состоялась. Они променяли встречу с Невозможным — на гарантированный завтрак.
И мы смеёмся над ними с детства. А потом вырастаем.
И сами становимся Дедом и Бабой.
Стоим над своим золотым яйцом - над шансом, что даётся раз. Над озарением, которое жжёт ладонь. Над любовью, что требует стать другим. Над верой, что рушит все чертежи.
И мы бьём по нему. Бьём со всей силой.
Молотом цинизма. Ломиком «а что люди скажут». Гирей «у меня нет времени». Мы хотим разбить его, чтобы выпить содержимое и выбросить скорлупу. Чтобы чудо стало нам полезно.
А оно не разбивается.
Оно просто лежит и светится. Немым укором. Иной реальностью в мире наших сковородок.
И тогда прибегает наша Мышка. Не гром, не катастрофа. Простая мышка. Случайный звонок. Странная фраза в книге. Нелепая ошибка. Легчайшее движение хвостика судьбы, на которое мы даже не обратили внимания.
И наше золотое яйцо падает. И разбивается.
И мы плачем. Плачем о потерянных деньгах, упущенных возможностях, разбитых планах. О золоте. Мы так и не научились плакать о чуде.
А наша внутренняя Курочка Ряба уже кудахчет, успокаивая: «Не плачь. Всё нормально. Я снесу тебе другое. Простое, привычное, безопасное. Ничего золотого, ничего сверхъестественного, ничего, что потребует от тебя перерождения. Простое яйцо. На завтрак».
И мы вытираем слёзы. И соглашаемся. Как художник, раздавивший эскиз шедевра ради заказной работы.
И вот он — самый страшный вопрос, от которого стынет кровь:
А что, если золотые яйца даются только один раз?
Что, если Курочка Ряба лжёт?
Что, если после того, как ты не узнал и разбил своё - тебе навсегда остаются только простые?
Мышь уже бежала. Хвостиком махнула. Тихо так.
Слышишь?