Иногда я ловлю себя на том, что говорю о себе в третьем лице. «Маме нужно собрать детей в школу. Жене пора приготовить суп. Как будто я — не я, а набор функций. Набор ожиданий, которые нужно оправдать. И в этом растворении есть странное, почти заманивающее утешение. Пока ты — чья-то жена, мать, дочь… ты существуешь. Твоя ценность доказана и подтверждена. Ты нужна. И это чувство «нужности» такое теплое, такое обволакивающее, что можно не заметить, как оно становится камерой, в которой держат безвести пропавшую.
Я смотрю на свои руки. Они знают, как убавить огонь под борщом, который он так любит. Как поправить одеяло взрослой дочке. Как сделать тот самый звонок маме. Интересно, а что они знают о моих желаниях? Чего по настоящему мне хотелось бы сейчас? Я не знаю. Вопрос повисает в воздухе, смешиваясь с запахом кофе, который я варю «как всегда» — крепкий, потому что так принято у нас в доме.
Принесла себя в жертву своей семье: Сказать «ничего» на вопрос «о чем думаешь?», потому что объяснять грусть без видимой причины — слишком долго и эгоистично. Выбрать не тот фильм, который хочется, а тот, который устроит всех. И однажды просыпаешься с ощущением, что внутри даже не пустота, а именно вакуум, потому что оттуда было выкачано всё личное, всё дышащее, всё «только мое».
Но иногда, в эти самые ранние часы, случается просвет. Между «надо сварить кашу» и «накормить кота» возникает крошечная пауза. И в этой паузе я вдруг слышу забытый звук — свое собственное дыхание. И вспоминается обрывок мелодии, которую я любила в двадцать лет.
Призрак самой себя заходит на кухню, садится на стул и наблюдает, как я, вся в заботах, двигаюсь по своим делам. И мы молча смотрим друг на друга. Та, которой я стала, и та, которая где-то осталась. И так хочется посадить ее рядом. И начать, очень медленно, заново ее узнавать. Что ей нравится? О чем она молчит? Чего она боится? И как ее, эту незнакомку, впустить обратно в этот дом, в эту жизнь, не разрушив уютное гнездо, которое мы с такой любовью стороили?
А что если попробовать настроить свой собственный пульс…Пока что он тихий, почти не слышный. Но он есть. Прямо здесь, в тишине кухни, в шесть утра.
___________
Взгляд психолога: что происходит и с чего начать возвращение
То, о чем написано в этой истрии, — это систематическое «забывание» себя ради сохранения целостности семейной системы.
Что пропадает в первую очередь:
1. Мысли: мы перестаём задавать себе вопросы: «Чего я хочу? Что мне нравится?».
2. Телесные ощущения: тело становится инструментом для заботы о других, а не источником сигналов о нашем состоянии.
3. Чувства: мы запрещаем себе такие эмоции, как грусть, злость, усталость, чтобы не обременять близких.
К чему это приводит:
Если долго игнорировать свои потребности, состояние может перейти из просто усталости в более серьёзные формы.
· Эмоциональное выгорание: раздражительность или полное равнодушие к близким и тем, кого любим
· Потеря идентичности: непонимание кто я, что мне нравится. Все ответы начинаются с «Я мама…», «Я жена…», а собственное «Я» за ними уже не просматривается.
· Психосоматика: подавленные эмоции и хронический стресс находят выход через тело. Это могут быть панические атаки, постоянные мигрени, проблемы с ЖКТ, бессонница.
· Апатия и депрессия: в самых запущенных случаях на смену усталости приходит депрессия — отсутствие сил и желания не только для себя, но и для других. Мир теряет краски, будущее кажется бессмысленным. На этой стадии требуется помощь врача-психиатра.
Что можно сделать уже сейча:
· Выделяем 5 минут в день на вопрос, что бы я делала прямо сейчас, если бы была совершенно одна? Смотрела в окно, неспешно пила чай — разрешаем себе это.
· Заводим «Дневник наблюдений» В него записываем все обрывки мыслей, мелодий, воспоминаний о себе прошлой, которые приходят в те самые «паузы». Без оценки, просто как наблюдения.
· Телесный якорь. Обращаем внимание на свои руки, которые всё умеют для других. Раз в день на 2 минуты сосредотачиваемся на их ощущениях: тепле, контакте с водой, поверхности стола. Это возвращает в «здесь и сейчас» и в собственное тело.
· Эксперимент с границами. Один раз в неделю даем прямой и простой ответ на вопрос «О чём думаешь?»: «Думаю, что устала» или «Думаю о море». Не объясняя. Это тренировка права на собственное внутреннее пространство.
Мы делаем это для той части себя, которой позволили исчезнуть. Это и есть самая важная работа — работа по обретению себя внутри своей семьи.
С чего начнем прямо сегодня?