Есть места, где Зона просто существует.
А есть места, где она работает.
Дикая территория — из вторых.
Сюда не приходят случайно. Случайные здесь долго не живут. Это коридор между прошлым и тем, что от тебя останется, если ошибёшься. Старые цеха, разбитые корпуса, трубы, которые больше не ведут никуда. Всё выглядит заброшенным, но это обман. Самый опасный в Зоне.
Я вышел со стороны Ростка рано утром. После выброса прошло меньше суток, а значит — аномалии ещё «плыли». Новые, злые, не привыкшие к людям. Детектор сходил с ума, будто чувствовал то, что мне знать не стоило.
Первый выстрел я услышал минут через десять.
Не по мне.
Пока.
Одиночка бы не стрелял так чисто. Бандит — громче.
Это были наёмники.
Про них говорят разное. Что работают за деньги. Что за идею. Что вообще не люди. Всё это неправда. Они работают за результат. А результату эмоции не нужны.
Я залёг у бетонной плиты и стал ждать.
На Дикой территории главное — не торопиться умереть.
Снайпер сидел где-то высоко. Я не видел его, но чувствовал. Давление между лопаток — верный признак. Когда за тобой следят, Зона будто отходит в сторону и даёт другому делать работу.
Путь вперёд был через старый ангар.
Путь назад — через открытую площадку.
Я выбрал третий вариант: остаться.
Аномалия «Карусель» была в двадцати метрах. Красивая. Медленная. Она не рвёт — она убеждает. Люди сами делают шаг. Я кинул болт. Он исчез. Потом появился. Потом исчез снова.
Рабочая.
Через минуту услышал шаги.
Двое.
Тяжёлые. Уверенные.
Наёмники шли аккуратно, но не прятались. Они знали, что контролируют территорию. Такие всегда ошибаются одинаково: считают, что всё уже под прицелом.
Я дождался, когда они поравняются с «Каруселью».
Первый понял слишком поздно.
Второй — вообще не понял.
Зона не любит, когда в неё приходят с планом. Она всегда предлагает альтернативу. Обычно смертельную.
Я не стал проверять, выжил ли кто-то.
На Дикой территории нельзя оставаться на одном месте дольше, чем ты нужен Зоне.
Дальше был цех. Огромный, пустой, с крышей, в которой было больше дыр, чем смысла. Внутри — тишина. Та самая, что не обещает покоя. Электра щёлкала где-то под потолком, разряды прыгали по балкам, как мысли у человека перед плохим решением.
И тут я услышал дыхание.
Не своё.
Снайпер.
Он сидел выше. Всегда выше. Люди, которые стреляют издалека, боятся быть на одном уровне с тем, в кого целятся. Это я понял давно.
Я пошёл медленно. Наступал только туда, где уже наступал. Считал шаги. Не свои — его. Он дышал ровно. Значит, уверен. Значит, торопится.
Выстрел был почти идеальный.
Почти.
Пуля срезала бетон рядом с головой. Хорошо. Значит, не я один ошибаюсь.
Я кинул болт вверх. Глупо? Да.
Сработало? Тоже да.
Электра проснулась.
Свет, треск, запах озона.
Крик короткий. Профессионалы кричат редко. Даже умирая.
Я сел у стены и ждал. После таких моментов нельзя двигаться сразу. Адреналин делает из тебя идиота, а Дикая территория таких не прощает.
Потом был переход. Самый паршивый участок. Узкий, простреливаемый, с аномалиями, которые выглядят как тень, но ведут себя как приговор. Здесь я встретил Свободу. Трое. Уставшие, злые, но живые.
— Не стреляй, — сказал один.
— Уже не хочется.
Мы прошли вместе часть пути. Молча. Это лучший формат общения в таких местах.
Они ушли к стройке. Я — к заводу.
Перед уходом один сказал:
— Говорят, тут место проклятое.
— Нет, — ответил я. — Просто честное.
К вечеру пошёл дождь. В Зоне дождь — это не очищение. Это обновление условий. Аномалии сместились ещё раз. Старые тропы исчезли окончательно. Я понял, что завтра здесь будет другой мир.
Ночевал в подвале. Сыром, тёмном, с запахом машинного масла и старых смертей.
Перед сном записал:
Дикая территория — это экзамен.
Не на меткость.
На терпение.
Если ты читаешь это —
значит, тебе хватает времени.
Пока.
Подписывайся на канал.
Здесь не романтизируют Зону.
Здесь объясняют, почему она не нуждается в этом.
Поставь лайк, если знаешь, как звучит выстрел, которого не услышал.
Напиши комментарий, если проходил Дикую и вышел своим ходом.
Следующая запись будет.
Я иду дальше.
А Дикая территория — она не отпускает. Даже тех, кто ушёл.