В канун Рождества, когда за окнами кружила метель, а улицы утопали в праздничном сиянии, Анна торопилась на последний поезд. Расписание гласило: "Полуночный экспресс — 00:00". Это был единственный способ добраться до дома бабушки в отдалённой деревне, где она планировала встретить праздник.
Вокзал выглядел непривычно пустым. Редкие пассажиры, укутанные в тёплые шарфы, нервно поглядывали на часы. В воздухе витал запах горячего шоколада и хвои — где‑то неподалёку стояла украшенная ёлка.
Анна подошла к табло. Поезд задерживался на 10 минут. Она вздохнула и направилась к платформе № 3, где уже стоял старинный паровоз с дымчатыми окнами и резными узорами на вагонах.
— Простите, это точно Полуночный экспресс? — спросила она у дежурного, который стоял в тени фонаря.
Мужчина медленно повернул голову. Его глаза казались слишком тёмными.
— Да, — прохрипел он.
— Садитесь. Он ждёт только вас.
Внутри вагона было тепло, но отчего‑то зябко. Мягкие кресла, бархатные занавески, тусклый свет ламп — всё выглядело так, будто поезд сошёл со страниц сказки. Но ни одного пассажира не было.
Анна села у окна. Дверь со скрипом закрылась, и поезд тронулся. За окном метель превратилась в сплошную белую стену.
Через некоторое время Аня заметила, что пейзаж за окном не меняется. Те же заснеженные сосны, тот же лунный свет. Часы на руке показывали 00:15, но ощущение было, что время остановилось.
— Извините, — обратилась она к проводнику, который появился в конце вагона.
— Мы вообще движемся?
Проводник замер. Его лицо скрывала тень.
— Мы всегда движемся, — ответил он.
— Но не всегда вперёд.
Тогда Анна решила пройтись по вагонам. Второй был пуст, третий — тоже. А в четвёртом она обнаружила кресло, в котором сидел человек. Его спина была обращена к ней.
— Простите… — начала она.
Человек медленно развернулся. У него не было лица, только гладкая, бледная маска без глаз, носа, рта.
Анна вскрикнула и отступила. Когда она снова посмотрела в ту сторону, кресло уже было пусто.
Её сердце колотилось. Она побежала обратно в свой вагон, но дверь захлопнулась перед ней. Изнутри доносились шёпоты:
— Она здесь… она видит…
— Пусть увидит больше…
Вдруг свет погас. Аня достала телефон — экран показывал "Нет сети".
И тут, в темноте раздавались шаги, будто кто‑то ходил по вагону, останавливаясь у каждого кресла.
— Кто здесь? — дрожащим голосом спросила девушка.
Тишина... Лишь из угла донёсся смех — детский, но леденящий.
— Ты не должна была садиться в этот поезд, — прошептал голос.
— Теперь ты часть его.
Анна бросилась к окну. За стеклом мелькали тени, разные фигуры бегущие за поездом. Они тянули руки, будто хотели схватить её.
Потом поезд резко затормозил. Двери открылись. Перед Аней был перрон, покрытый инеем. На табличке значилось: "Станция" "Вечность" ".
— Выходим, — сказал проводник, стоя за её спиной.
— Это ваша остановка.
— Я не хочу! — закричала девушка.
— Уже поздно.
И тут она почувствовала, как её толкают вперёд. В последний момент Аня ухватилась за поручень и изо всех сил рванула дверь вагона.
Тишина...
Анна открыла глаза. Она сидела на скамейке вокзала. На табло горело: "Полуночный экспресс — отменён".
А рядом стояла пожилая женщина с корзиной ёлочных игрушек.
— Девочка, ты уснула, — мягко сказала она.
— Хорошо, что не успела сесть. Этот поезд… он не для живых.
Аня посмотрела на перрон. Там, в тумане, стоял тот самый паровоз. В окне которого мелькнул безликий силуэт и исчез.
— С Рождеством, — прошептала женщина и пошла прочь.
А Анна крепко сжала в руке билет, который теперь был холодным, как лёд. На нём готическими буквами было выведено:
"Добро пожаловать в Полуночный экспресс. Ваше путешествие начинается навсегда".