Удар, еще удар и … мячик, задевая миллиметры теннисного стола, улетает в сторону, принося иланскому теннисисту Сергею очередное очко. Завершив очередную партию, он подойдет к жене Татьяне, узнает о ее успехах в настольном теннисе, и они вместе пойдут смотреть за шашечными баталиями детей - Василины и Кости.
Похоже на репортаж с семейного фестиваля, где дружные семьи определяют сильнейших в нескольких видах спорта, но это был лишь один из эпизодов выступления команды Иланского района на Кубке защитников Отечества, собравшем в начале декабря этого года в Красноярске более 400 участников СВО и членов их семей со всего края. Соревнования прошли в искренней, дружеской атмосфере, а суровые лица спортсменов светились улыбками, которые были лучшей поддержкой и лучшим стимулом.
Но нам с вами просто невозможно представить, сколько им пришлось преодолеть, пережить там на линии огня, находясь на волосок от смертельной опасности, и на госпитальных койках, чтобы сейчас стоять здесь, улыбаться, душевно общаться с боевыми товарищами, чувствовать прикосновение родных рук…
История нашего земляка Сергея Русакова похожа на истории жизни многих ветеранов спецоперации.
- Родился и вырос я в Кодинске, затем переехали семьей в Иланский. Здесь окончил школу №8, потом был иланский филиал Боготольского техникума транспорта, срочная служба в армии, затем профессиональный путь.
В 2002 году устроился водителем в Иланскую дистанцию электроснабжения, там и нашел свое место и призвание, - неспешно начинает свой рассказ о своем жизненном пути Сергей, с которым мы встретились в редакции.
- У всех путь на фронт разный. Каким он был у тебя?
- Конец февраля 2022 года изменил не только жизнь всей страны, но и мою. Перед теми, кто хоть немного знает историю и умеет здраво мыслить, не стояло вопроса: «Зачем мы туда пошли?».
Когда прошла первая волна мобилизации, некоторым знакомым пришли повестки, а мне – нет. Пошел сам в военкомат, но не взяли. Потом еще несколько раз пробовал, результат был таким же – один ответ «подожди».
В беседах со знакомыми услышал про отряды БАРС, куда набирают добровольцев, и в марте 2024 года уехал в Краснодар, где они формировались. По распределению попал в БАРС – 11 «Кубань».
Две недели провели на полигоне. Проходило слаживание, обучение основам боя и оказания первой медицинской помощи. Потом направили в Запорожье, где еще раз прошли занятия на полигоне, но уже отрабатывалась работа в двойках и тройках. Опытные бойцы рассказывали и объясняли, как себя вести в той или иной ситуации, почему неконтролируемые эмоции или любое инстинктивное действие может порой привести к тяжелым последствиям.
Наверное, именно рядом с опытными парнями, которые уже прошли бои, мы поняли, куда попали. Тут хочу обратиться к ребятам, которые думают, что на СВО можно заработать легкие деньги. Нет! Кто идет на фронт только ради денег, очень заблуждается, потому что быстро приходит понимание, что даже самые большие суммы того не стоят. Там не компьютерная игра, а суровая фронтовая жизнь, к которой нужно быть готовым не только физически, но и морально. Если слаб духом, сломаешься сразу.
Боевое крещение
В первый бой отправился через 4 дня. Мог и раньше, но, как потом оказалось, на войне все решает случай. Меня с еще одним новобранцем выбрали в группу, которая должна была через несколько часов выдвигаться на позицию. Командира БАРСа с позывным «Ямаха» в этот момент не было в расположении – получал снаряжение в тылу, но ему доложили о подготовке к заданию. Сказали и про нас. От него поступил приказ, хотя, если быть честным, в отряде все его распоряжения воспринимают, как просьбы отца, и относятся соответственно, чтобы нас пока не брали, пока он лично не познакомится. Приказ был в точности исполнен, и группа ушла. Спустя какое-то время группа эвакуации отправилась в том же направлении. Позже я узнал, что автомобиль, в котором парни выдвинулись к заданию, атаковал вражеский дрон. Несколько человек ранило и убило. После таких моментов, действительно, начинаешь верить в судьбу или проведение.
Через два дня я пошел на первое боевое задание, и вновь судьба уберегла меня от, казалось бы, неминуемой гибели. В составе небольшой группы мы выдвинулись на задание. Несколько километров проехали на УАЗике, затем пешком. Шли осторожно, стараясь слиться с местностью, но только мы подошли к поселку, как по нам начала работать артиллерия и минометы, в воздухе послышался вой дронов. Еле успели прыгнуть в подвал ближайшего дома. Подождали, пока все поутихло и отправились дальше. Но по нам все равно продолжили беспрерывно стрелять, в том числе и кассетными снарядами, пока мы не добрались до лесополосы, где были передовые позиции нашего отряда. Да, именно так мы под шквалом огня пробирались не в глубокий тыл противника, а лишь на оборонительный рубеж. Адреналина тогда мы сполна получили.
Так и начался мой боевой путь.
Суровые фронтовые будни
Затем были оборонительные бои на Запорожском направлении, одну деревню обороняли. Вроде уже и окопались, и снаряды – еду – медикаменты накопили, чтобы в пылу боя не бегать в тыл за ними, как поступил приказ оставить позицию и перебазироваться на новую. Так в первых числах мая нас передислоцировали на новый рубеж обороны, где предполагалось наступление ВСУ. А на новом рубеже – чистое поле. Все пришлось с нуля начинать: копать, обустраивать. И это все под постоянным огненным контролем противника, висящим «роем» дронов в воздухе и активной работой артиллерии.
Через дней пять на нас атакой пошел противник. Но мы успели подготовиться, грамотно организовали оборону, поэтому всушники после нескольких неудачных попыток штурма откатились на исходные позиции, а потом и вовсе отошли – видимо, где-то рядом наши части продвинулись вглубь их обороны, и им пришлось латать дыры в ней.
А дальше было Работино
- Для тех, кто пристально следит за новостями про СВО, это географическое название знакомо.
- Действительно. Наступавшая на Мелитополь и Токмак украинская группировка именно в этих местах была остановлена летом 2023 года, а теперь нам предстояло здесь наступать.
Сначала мы были переброшены севернее Работино, но после удачной обороны во время контратаки ВСУ и занятия нашими войсками самой деревни, БАРСы были переброшены на ее окраины, где предстояло оборудовать позиции для обороны отбитого у противника населенного пункта. Во время обороны я получил первое ранение.
На тот момент уже был назначен командиром отряда. И пришло сообщение, что подвезли боеприпасы, еду. По рации сказал двум своим бойцам сходить забрать пополнение. Решил с ними пойти. Вышел из блиндажа и только прошел метров 20, как по нам начала работать артиллерия. Расстояние между нашей и украинской линиями траншей было небольшое, даже перекрикивались между собой, поэтому любое движение легко засекалось. Пришлось уже бежать до ближайшего укрытия и в это время осколком чуть задело. Но рана была небольшой, поэтому даже внимания сильно на нее не обратил. А вот следующее ранение стало заметнее.
- Я так понимаю, что речь про ранение в ногу?
- Да. В начале августа стали двигаться в сторону Малой Токмачки, что находится рядом с городом Орехово. Дело шло к отпуску, к тому же уже контракт подходил к концу.
Командир поставил задачу разведать лесополосу и закрепиться на первой линии траншей, которые противник к тому моменту покинул. Я вышел во главе двух групп. Одну из них я оставил на половине пути от точки эвакуации до точки начала задания, чтобы смогли прикрыть при необходимости, а со второй зашел в лесополосу. Чтобы уменьшить вероятность гибели всего отряда, мы растянулись в цепочку на расстоянии около 10 метров друг от друга. Так получилось, что мы вдвоем с полковым, то есть профессиональным военным, ушли чуть вперед. И противник нас засек. То ли с воздуха, то ли в прямом визуальном контакте, но получилось так, что первые снаряды нас двоих с парнем отрезали от остальных. К тому же, у позади идущих была возможность спрятаться в укрытиях, а нам пришлось метаться.
Взрывы, клочья земли вперемешку с ветками и камнями – вот тот момент, когда мне казалось, что жизнь моя кончится. Очередной снаряд разорвался близко со мной и взрывной волной меня откинуло на несколько метров вперед. Очнулся я лежащим около какого-то дерева, снаряжение при взрыве слетело так, что даже близко не было видно. Осмотрел себя и понял, что ноги почти нет – висит на сантиметрах мяса и кожи, кровь льет фонтаном.
Снял с себя футболку, перебинтовал ногу, затем пополз в направлении, откуда мы заходили. Там подобрал свое снаряжение, из набора достал аптечку и наложил жгут. Сейчас понимаю, что действовал, что называется, на автомате, даже не задумываясь, как накладывать жгут и где. Спасибо нашим медикам и командиру, которые нас гоняли по медицине, чтобы мы в любом состоянии могли оказать себе и товарищу ПРАВИЛЬНУЮ медицинскую помощь. Затем по рации сообщил своим, в каком примерно месте нахожусь и что продолжаю двигаться к ним. Через минут пятнадцать группа эвакуации вместе с заместителем командира прибыла за мной и дотащила до точки эвакуации, откуда меня уже доставили в первый госпиталь.
К сожалению, парень, который попал со мной в этот смертельный огневой капкан, был убит на месте.
Как жить дальше?
- От точки эвакуации до твоего возвращения домой в Иланский был нелегкий путь.
- Сначала доставили до госпиталя в Токмаке. Хотя словом «госпиталь» трудно назвать подвальное помещение, где было обустроено только место под операции и пара коек, чтобы раненых можно было положить.
Еще когда меня эвакуировали с поля боя, я говорил, чтобы мне отрезали ногу. Ее связывала с остальным телом только тоненькая полоска из кожи. Но ее парни закрепили, чтобы были шансы на восстановление.
В Токмаке первый хирург сразу сказал, что надо отрезать, но его коллега, который был помоложе, сказал, что есть мизерный шанс на сохранение конечности. Несколько часов продлилась операция, а когда я проснулся с утра, нога была в гипсе, но со мной. Затем погрузили в УАЗик и перевезли в госпиталь в Мариуполе.
Здесь тоже был памятный случай. Уже лежал в палате, как прозвучал сигнал ракетной атаки. Все, кто могли ходить, спустились в подвал, ну а мы остались наверху вместе с несколькими медсестрами и врачами. И, с одной стороны, ты – прошедший боевые действия, получивший серьезные травмы, привык к атакам с воздуха, но с другой, Мариуполь – мирный город, где мирные жители остались в своих домах.
Это как раз один из эпизодов, который очень ярко показывает, что для противника не только нет разницы между гражданскими и военными, скорее наоборот они вполне осознанно бьют по жилым кварталам, по школам и детским садам, по больницам, по беззащитным людям, старикам и детям. Поэтому вопросов, почему мы с ними боремся, возникать у далеких от СВО людей не должно.
В Мариуполе нас погрузили на вертушку и на ней доставили до Ростова-на-Дону. Пилоты настоящие ассы – летели максимально близко к земле, чтобы вражеские локаторы не могли засечь. Порой, проходя на уровне домов деревень и поселков. В Ростове провели несколько операций, затем спецбортом направили в Санкт-Петербург.
- Как нога перенесла все перелеты?
- В Питере провели несколько операций и казалось, что ее удастся сохранить. Но, через несколько дней начались страшные боли, пошло заражение крови, и врачи приняли тяжелое для меня решение. Перед операцией они дали подписать согласие на ампутацию, хотя их целью было до последнего бороться за спасение конечности. Отойдя от наркоза, я понял, что спасти не удалось.
Затем, три дня прошли как в тумане. Честно, крутил в голове вопрос о том, а стоит ли дальше жить, но пересилил себя, вспомнил про своих детей и … Их лица, их глаза, которые мне виделись в каждом сне, стали главным стимулом, чтобы продолжать жить.
На четвертый день я уже попросил перевести меня в обычную палату из реанимации, заодно написав сообщения маме и невесте, что ногу пришлось ампутировать.
Великая сила ЛЮБВИ
- Мама никогда не бросит своего ребенка, а вот невеста могла и отвернуться от тебя, но, насколько понимаю, поступила иначе.
- Я день не отвечал на сообщения и звонки родных, после своей смс-ки об ампутации. Слышал истории про то, как от парней уходили жены из-за более легких ранений. Но на следующее утро принял звонок от Татьяны и понял, что у меня будет другая история. Она очень долго просила разрешить ко мне приехать, но я ей отказывал, честно сказать, боялся примет ли она меня.
И вот утро 31 декабря, я после бессонных ночей от болей, пытаюсь заснуть, дверь в палату открывается, и заходит она. Я несколько минут не мог понять, что это именно она стоит передо мной. Думал, что сон уже вижу. Тут она рванулась ко мне, и в этот момент я пришел в себя и понял, что все это не сон, что это, действительно, она моя любимая, моя родная Татьяна.
Так и начались наши встречи, пока я восстанавливался.
Дети новость восприняли однозначно – ты наш папа и это главное. Старшая дочь Маша мне позвонила, как только я появился в сети. Сразу спросила, что случилось, потому что так рано я не должен был еще включить телефон. Не знаю, как она это почувствовала, что со мной что-то произошло. Я ей рассказал только о ранении и пообещал скоро встретиться. Поэтому встреча с ней и младшей дочерью Дашей стали для меня глотком свежего воздуха, таким мощным стимулом, который заставляет преодолевать любые сложности и жить полной жизнью. А еще мой дух укрепляет любимая моя жена Татьяна, дочь Василина и сын Костя. Для меня семья – не только моральная опора, но и главный источник жизненных сил, несмотря на все ранения и испытания. «Если бы не они, я бы не справился с тем, что пришлось пережить. Их любовь и вера в меня помогли выжить и вернуться домой.
К тому же, когда я вернулся, в Иланской дистанции электроснабжения меня поддержали, дали новую должность, связи с ограничениями по здоровью. Поэтому активно сейчас возвращаюсь к той мирной жизни, ради которой сражался на Донбассе и верю, что мои усилия и усилия и жертвы тех парней, что там воевали и еще воюют, будут не напрасными.
Чтоб был МИР…
- Буквально через несколько дней вся страна отметит наступление Нового 2026 года. Что ты пожелаешь иланцам в предстоящем году, парням на передовой, семьям, которые ждут их в тылу?
- Главное желание, которое в новогоднюю ночь загадает каждый россиянин – это мирное небо над головой. Парням хочу пожелать возвращения живыми и невредимыми домой, их семьям – терпеливо, не теряя веры и надежды, непременно дождаться своих героев, волонтерам, которые помогают фронту, - не опускать руки, потому что без вашей поддержки, без вашей помощи нам было бы очень туго. Там, на фронте, это чувствуешь с особенной остротой.
А всем читателям газеты хочу пожелать в наступающем году мира, добра, уюта в доме, любви, счастья и крепкого сибирского здоровья.
Стас АЛЕКСАНДРОВ.