Есть мнение, что капитализм это «монополия капитала на власть». Мнение, вообще, длинное, полностью с ним можно ознакомиться на скрине ниже, и к концу комментатор сообщает, что в капиталистическом обществе ограничены даже доходы среднего бизнеса, – больше положенного заработать не дадут, и дурак тот кто верит, будто, больше работая, можно больше зарабатывать. Интересно мнение, однако, не противоречием наблюдаемым фактам, – среди самых богатых людей мира половина свои состояния унаследовали, но половина и заработали, – а упоминанием «справедливой системы распределения благ» – в СССР.
...Но ведь «справедливое распределение» подразумевает именно ограничение доходов. Их потолок. В советское время это было проблемой. Причём, признаваемой. Все попытки использовать такой эффективный механизм, как материальная заинтересованность работника в результатах труда, – а они предпринимались постоянно, во все периоды советской истории, – проваливались и прекращались из-за нежелательной побочки: каждый раз выходило, что кто-то начинал зарабатывать слишком много.
В результате, по поводу прочих стран можно спорить, а вот в случае СССР – нельзя. В СССР никто честным трудом не обогатился. Существенно большие положенного доходы можно было получить только незаконно. Но с этим уж государству ничего не удавалось поделать, – сажали только тех, кого получалось поймать.
…И, казалось бы, в чём проблема? Ведь наниматель же один, – государство. Всякий труженик, таким образом, пролетарий. По поводу же предельных размеров оплаты труда наёмного работника Карл Маркс ничего не говорил. Почему государству не платить одним в десять, даже в сто раз больше, чем другим, если для него – государства, – услуги этих «одних» по каким-то (любым) причинам в соответствующей пропорции ценнее? Материальный стимул, это мощный стимул. И капиталист считает возможным платить наёмным «золотым воротничкам» и в 100, и в 10 000 раз больше, чем «синим». Это же выгодно.
Проблем же было две. Первая заключался в том самом «относительно справедливом распределении благ». Справедливость же часто понимается, как равенство, – пусть и относительное. Не обязательно так, но часто. В СССР, во всяком случае, понималась. И комментатором, «справедливость» понималась именно так: доходы должны быть примерно равны. Хотя, тем кто хорошо работает, допустимо немного доплачивать.
...Вторая же проблема заключалась в том, что если доплачивать ценным специалистам много, то на что, собственно, они будут тратить деньги? Проблема, – кто помнит поздний СССР, – была нешуточная, ибо и люди со средним доходом не могли потратить его, так что на покупательная способность населения превосходила «продавательную» государства в четыре раза. Не хватало даже самых обычных товаров, не говоря уж о «роскоши». Получалось, что и богач, отстояв час в овощном за гнилой картошкой, всё равно себе икру к ней не купит… Или же требовалось разворачивать производство товаров специально «не широкого потребления». И создавать специальные же – для людей с высокими доходами, – торговые точки.
...Но и в раннем СССР ситуация не отличалась. Можно вспомнить метания Остапа Бендера с миллионом в чемодане. Что изменилось бы, если б он эти деньги честно заработал?