— Я Арина, — представилась девушка, не выпуская из своей руки руку Лериного мужа.
Лера стояла перед ними в баре "Гамма", чувствуя, как пол уходит из-под ног, а шум музыки и голосов превращается во что-то отдаленное.
Дима, её муж, не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к Арине — к её самоуверенной улыбке, к сиянию длинных каштановых волос, к открытым плечам, выглядывающим из-под чёрного платья.
Они сидели в углу, в полумраке, а их пальцы были сплетены на столешнице. Лера не помнила, как подошла.
В памяти всплывали обрывки: бокал с чем-то розовым в руке Арины, Димин испуганный вздох, не "Лера, я могу объяснить", а "Лер, не надо сцены". Но сцену он уже устроил. Весь бар был её свидетелем.
— Ты кто? — услышала Лера свой собственный голос, плоский и безжизненный.
— Я Арина, — ответила девушка. — А ты, наверное, Лера. Дима много о тебе рассказывал.
Много рассказывал? Лера с горечью поняла: это точно не мимолётное увлечение.
— Встань, — сказала Лера, обращаясь к Диме. — Мы идём домой. Сейчас же.
Дима медленно поднял глаза. В них не было ни любви, ни даже стыда. Только усталость и раздражение.
— Лера, давай не здесь. Поговорим завтра.
— Завтра? Какое завтра? Ты сидишь здесь, с… с ней, и говоришь о завтра? — её голос начал срываться, в горле встал ком.
Арина мягко положила свою руку на Димино запястье, как будто успокаивала его.
Этот жест стал детонатором. Ярость Леры, которая искала выхода все последние месяцы, вырвалась.
Лера даже не думала. Рука сама схватила тот самый бокал с розовым и выплеснула содержимое Арине в лицо.
Девушка ахнула, вскочив с места. Бокал с глухим стуком покатился по полу.
— Лера! Ты с ума сошла! — закричал Дима, вскакивая следом за Ариной.
Но Лера уже его не слышала. Она рванулась к Арине, желая не столько ударить, сколько стереть с лица эту сладкую, снисходительную улыбку, которая теперь сменилась гримасой шока.
Лера вцепилась ей в волосы. Они с грохотом свалились на пол, задев соседний столик.
Послышались крики, испуганный возглас бармена. Драка была короткой и нелепой.
Арина не была слабой. Шок прошёл быстро, и она стала отбиваться — жёстко, эффективно, без истерики.
Удар в плечо, резкий рывок, и Лера оказалась внизу, придавленная коленом к липкому от пролитых напитков полу.
Над ней стояла Арина, дыша через раз, с разгорячённым, разгневанным лицом и холодной яростью победительницы.
— Хватит! — рявкнул Дима, расталкивая зевак.
Он не стал помогать Лере подняться. Мужчина обхватил плечи Арины, оттянул её, осматривая.
— Ты в порядке? Не порезалась?
— В порядке, — буркнула Арина, поправляя платье. — Дима, давай уйдём отсюда.
Лера тоже поднялась на ноги, опираясь на чей-то стул. Колени дрожали, в ушах звенело.
Она смотрела на мужа и ждала, что он обернётся, увидит её унижение, её боль, и… что? Пожалеет? Вернётся?
Дмитрий и правда обернулся. Он взял с диванчика сумочку Арины и свою куртку.
— Извини, — сказал Лере муж. — Так нельзя. Я не могу так.
— Не можешь что? — прошептала девушка, чувствуя, как слёзы наконец прорываются, смешиваясь с косметикой и грязью на лице. — Не можешь изменять? Или не можешь смотреть, как твоя любовница бьёт твою жену?
Он промолчал. Просто повернулся и пошёл к выходу, ведя Арину за собой. Та, уходя, на секунду задержала взгляд на Лере.
И в её глазах девушка прочла сожаление. Как будто она смотрела на раненое, жалкое животное, которое само нарывалось на боль.
Дверь за ними закрылась. В баре наступила тягостная тишина, потом гул голосов возобновился с новой силой.
Кто-то из персонала подошёл, предложил помощь, воды. Лера отстранилась и вышла на холодную ночную улицу.
Такси довезло её до пустой квартиры. Последующие дни были похожи на тяжёлый сон. Дима не вернулся. Он позвонил через сутки и говорил чётко, без эмоций.
— Я остаюсь с Ариной, Лера. То, что произошло… это был последний гвоздь. Мы не те люди, которые нам нужны. Ты и сама понимаешь.
— Потому что я не смогла её победить? — спросила Лера, и сама удивилась спокойствию своего голоса. — Потому что в драке проиграла? Это твой критерий? Кто сильнее, с тем ты и остаёшься?
На том конце провода помолчали.
— Не упрощай. Речь не о драке. Речь о… о состоянии. Ты была в истерике. Она — нет. Мне надоели эти вечные сцены, подозрения, эмоциональные качели. Мне нужен покой.
— Ты ушёл к другой ради покоя? — спросила уязвленная Лера.
Дмитрий ничего не ответил. Он молча положил трубку. Первые дни Лера не могла спать.
Каждую ночь она заново проживала тот позор в баре. Но теперь сценарий менялся.
В её фантазиях она не промахивалась бокалом. Она ловко уворачивалась, била первой, била сильно.
Арина падала. Дима смотрел на Леру с новым уважением, даже со страхом. Он возвращался, умолял о прощении.
Но реальность была иной. Реальностью был звонок юриста Димы и разговор о разделе имущества, пустые полки шкафа и осуждающие взгляды общих знакомых, уже знавших историю в изложении Димы: "Лера совсем с катушек слетела, набросилась на девушку в баре".
Лера перестала есть, похудела, стала похожей на тень. Она уволилась с работы и заперлась в квартире.
Родители уговаривали её сходить к психологу, но она отмахивалась. Какой психолог вернёт ей самоуважение? Его отнял не уход мужа, а та драка, в которой она потерпела поражение.
Однажды, просматривая в очередной раз профиль Арины в соцсетях (закрытый, но на аватарке — её уверенная улыбка), Лера наткнулась на ссылку.
Это был сайт женской секции по самообороне. И там, среди фотографий тренеров, Лера увидела Арину.
В спортивных штанах и футболке, с серьёзным лицом, показывающую приём на партнёрше. Подпись: "Тренер по Krav Maga, Арина С. Группы для начинающих".
Всё встало на свои места. Это не была случайность или врождённая ловкость. Это была профессия.
Она, Лера, бухгалтер с дипломом, вызвала на драку профессионального тренера по самообороне и проиграла.
В этом была хоть какая-то справедливость. Лера долго смотрела на экран. Потом закрыла вкладку, встала и подошла к зеркалу. Перед ней была бледная, с потухшими глазами женщина.
— Нет, — тихо сказала она своему отражению. — Не ей. Я проиграла себе. Той, что позволила, чтобы вся её жизнь свелась к мужчине. Чтобы ценность измерялась его выбором. Чтобы битва за него шла на коленях в грязном баре.
На следующий день она записалась в спортзал на бокс. Ей было страшно, неловко, она не попадала по груше, смущалась перед зеркалом.
Но Лера приходила туда снова и снова. Удары по груше стали отдушиной. С каждым ударом она выбивала из себя злость, боль, унижение.
*****
Прошло полгода. Лера получила развод по почте. Дима был счастлив в новом браке, как сообщали общие знакомые.
Лера не следила за его жизнью. У неё появились новые знакомые — из зала. Она научилась держать удар.
Её тело окрепло, в глазах вернулся свет и уверенность. Та самая, которой она так восхищалась в сопернице.
Однажды, возвращаясь с вечерней тренировки, она зашла в небольшой кофейный магазинчик. Заказывая латте, Лера услышала знакомый голос.
— Двойной эспрессо, пожалуйста, и кусочек чизкейка.
Лера обернулась. У стойки стояла ее соперница. Арина, получив свой заказ, тоже увидела Леру.
Она замерла. В её глазах мелькнуло узнавание, настороженность и готовность к конфликту.
Лера узнала этот взгляд. Тот самый, что был в баре после драки. Но что-то изменилось.
Лера не опустила глаза и не сжалась. Она спокойно выдержала её взгляд и медленно, почти незаметно, кивнула.
Арина замешкалась. Потом, кивнув в ответ, быстро вышла из магазина. Лера взяла свой латте и вышла на улицу.
Она сделала глоток горячего кофе и вдруг поняла, что не чувствует ни злобы, ни зависти, ни даже болезненного восхищения.
Была только пустота. Она не победила Арину и не хотела этого больше. Лера перестала с ней бороться, потому что настоящая битва, оказалось, шла не за мужчину в баре, а внутри, за право дышать полной грудью, стоять на своих ногах и смотреть в лицо прошлому без страха и стыда.