- "О том, какие грехи прощать, не нужно и спрашивать, потому что Новый Завет не делает никакого различия и обещает отпущение всякого греха кающимся как должно", - говорил святитель Василий Великий.
- Дорогие братья и сестры! Священник Евгений Подвысоцкий, настоятель храма в честь Казанской иконы Божией Матери ст. Ясенской Краснодарского края, ежедневно совершает молебны. По праздникам совершаются Богослужения. Если у вас есть молитвенные нужды, то пишите записки о здравии и об упокоении ваших близких на WhatsApp по номеру: + 7 (952) 86-112-44.
- Молитва перед исповедью прп. Симеона Нового Богослова
"О том, какие грехи прощать, не нужно и спрашивать, потому что Новый Завет не делает никакого различия и обещает отпущение всякого греха кающимся как должно", - говорил святитель Василий Великий.
Стыд на исповеди — одно из самых мучительных переживаний для человека, который всерьёз относится к своей вере. Есть грехи, о которых говорить тяжело, неловко, страшно. Они ощущаются особенно постыдными, «неприличными», такими, после исповедания которых, как кажется, священник обязательно посмотрит иначе, отругает, прогонит, а Бог отвернется. И тогда возникает искушение: промолчать, обойти, назвать общими словами или вовсе оставить «на потом».
В таких случаях формально исповедь вроде бы и состоялась, слова произнесены, а внутри остается тяжесть и странное чувство, что что-то пошло не так.
Православная Церковь говорит об этом состоянии не обвинительно, а трезво: скрываемый грех — это не редкость, и с этим сталкиваются многие. Апостол Иоанн Богослов прямо говорит: «Если мы утверждаем, что в нас нет греха, мы обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1:8). Скрытый грех — это не просто слабость характера, а форма самообмана, при которой человек одновременно хочет исцеления и боится его.
Более того, в чине исповеди священник произносит такие строки: "аще ли что скрыеши от мене, сугуб грех имаши". То есть, человек, который скрывает какой-то грех осознанно, принимает на себя не отпущение грехов, а еще больший грех! Потому скрывать какие-то грехи от священника на исповеди не надо!
- Важно понять главное: исповедь — это не разговор со священником, перед которым нужно "держать лицо" и не отчет. Это встреча с Живым Богом, Который ждет нашего покаяния, искреннего обращения к Нему, чтобы даровать отпущение согрешений.
Христос говорит: «Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным» (Лк. 8:17). Эти слова не угроза, а напоминание: Бог уже знает всё, мы ничего не открываем Ему впервые. Скрывая грех на исповеди, человек прячется не от Бога, а от самого себя, от правды о своем состоянии и усугубляет собственный грех.
Дорогие братья и сестры! Священник Евгений Подвысоцкий, настоятель храма в честь Казанской иконы Божией Матери ст. Ясенской Краснодарского края, ежедневно совершает молебны. По праздникам совершаются Богослужения. Если у вас есть молитвенные нужды, то пишите записки о здравии и об упокоении ваших близких на WhatsApp по номеру: + 7 (952) 86-112-44.
Одна из причин, по которой человек не решается назвать грех, — страх осуждения. Но православный опыт снова и снова подчёркивает: священник на исповеди — не судья и не следователь. Он свидетель покаяния и как бы духовный врач, который стоит пред аналоем не для того, чтобы судить больного за его болезнь, а чтобы помочь исцелиться.
Нужно помнить, что мы исповедуемся не человеку, но Богу; священник присутствует, чтобы услышать и засвидетельствовать покаяние. Там, где человек ожидает осуждения, чаще всего скрывается его собственное непринятие себя и ложный стыд, внушаемый бесами.
Есть и другая, более тонкая причина: гордость. Постыдный грех особенно болезнен потому, что разрушает образ «я — хороший, я стараюсь, я верующий». Апостол Павел пишет: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю» (Рим. 7:19). Пока человек держится за иллюзию собственной «хорошести», он будет бояться назвать то, что эту иллюзию рушит.
Что же делать, если человек понимает, что скрывает грех на исповеди? Прежде всего — не оправдывать себя и не впадать в отчаяние. Само осознание проблемы — уже шаг к исцелению. Христос говорит: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные» (Мф. 9:12). Исповедь нужна не тем, кому не стыдно ни в чем пред Богом, а тем, кому больно и страшно.
Если страх слишком силен, допустимо начать с малого: сказать священнику, что есть грех, о котором трудно говорить, попросить помощи, не вдаваясь сразу в подробности. Опытный духовник поймет и не станет давить.
Помолитесь пред исповедью, можно прямо сказать своими словами: «Господи, мне стыдно, мне страшно, я не могу решиться — помоги мне». Апостол Павел пишет: «Сила Моя совершается в немощи» (2 Кор. 12:9). Бог действует именно там, где человек смиряется и предает себя в Его руки.
Многие святые отцы подчеркивали, что постыдный грех, названный вслух, уже наполовину побежден. Диавол особенно держится за те грехи, которые человек стыдится открыть, потому что именно длительное отсутствие покаяния закрепляет грех и уводит человека все дальше от Бога. Исповедь же разрушает этот замкнутый круг.
Христос говорит: «Приходящего ко Мне не изгоню вон» (Ин. 6:37). Ни один грех, даже самый тяжелый и постыдный, не страшнее Божиего милосердия! Страшнее только жизнь с грехом, который человек по ложному своему стыду боится исповедовать Христу.
Помоги Господь!
Молитва перед исповедью прп. Симеона Нового Богослова
Бо́же и Го́споди все́х, вся́каго дыха́ния и души́ имы́й вла́сть, еди́н исцели́ти мя́ моги́й! Услы́ши моле́ние мя́, окая́ннаго, и гнездя́щагося во мне́ зми́я наи́тием Всесвята́го и Животворя́щаго Ду́ха умертви́в потреби́. И мене́, ни́ща и на́га вся́кия доброде́тели су́ща, к нога́м свята́го моего́ отца́ (духо́внаго) со слеза́ми припа́сти сподо́би, и святу́ю его́ ду́шу к милосе́рдию, е́же ми́ловати мя́, привлецы́. И да́ждь, Го́споди, в се́рдце мое́м смире́ние и по́мыслы бла́ги, подоба́ющие гре́шнику, согласи́вшемуся Тебе́ ка́ятися; и да не в коне́ц оста́виши ду́шу еди́ну, сочета́вшуюся Тебе́ и испове́давшую Тя́, и вме́сто ми́ра избра́вшую и предпоче́тшую Тя́. Ве́си бо, Го́споди, я́ко хощу́ спасти́ся, а́ще и лука́вый мо́й обы́чай препя́тствием быва́ет: но возмо́жна Тебе́, Влады́ко, су́ть вся́, ели́ка невозмо́жно су́ть от челове́ка. Ами́нь.