Смерть — не скелет в балахоне. Смерть — это ты сам,
но вывернутый,как пустой карман перед сдачей в прачечную.
Твоя форма— лишь акт неповиновения хаосу,
что вот-вот расползётся швом по всем прожилкам.
Это — не конец пути, а слияние с ландшафтом.
Ты— трещина в стене, которую забелят.
Ты— последняя цифра на температурной шкале,
после которой столбик ртути— просто блестящая пыль.
Ты сам — тихий заказчик собственного небытия.
Ты строишь его каждый день кирпичиком равнодушия,
пока не окажешься внутри без окон и дверей,
и даже эхо твоих шагов забудет твой ритм.
Ты — и вопрос, и точка, его завершающая.
Ты— тёмный двойник, который всё это время
стоял за плечом,дыша в такт, и теперь
наконец делает шаг вперёд,забирая твоё место у окна.
И не будет ангелов, труб, ни огня, ни воды.
Будет только усталость материалов:
мягкое оседание плоти,тихий бунт молекул,
и ясность— страшнее любой боли.
Та самая:что ты был не сюжет, а пунктуация.
Запятая в длинном,никому не ведомом,
и уже нечитаемом тексте.
