От варяжских морей до византийских дворов
Когда в IX веке византийский император Феофил увидел в Константинополе первое русское посольство, он, кажется, невольно отодвинулся на троне. По хроникам, «варяги» были «выше любого грека на целую главу, лицом красными, глазами как лёд на реке Днепр». Греки тогда и слова такого не знали, но уже чувствовали: перед ними новая красота, дикая и грозная.
Марко Поло, проезжая через Черноморские степи, писал в своей «Книге» о русских: «белые и высокие, с волосами цвета золота киевского». Он не знал, что русичи сами в ту пору смеялись над своими северными соседями, называя их «худыми, как тростник». А вот византийки, наоборот, тайком вышивали на своих покрывалах краснолицых богатырей - таких, какими их запомнили с берегов Босфора.
Прошло пять веков. В 1576 году в Регенсбургскую ратушу вошло посольство московского великого князя. Император Максимилиан II вскочил со стула: перед ним стояли мужчины «с туловищами, как у быков, и животами, как у медведей». Итальянский дипломат Павел Иовий потом шептался в кулуарах: «Я видел, как одна дама из Фландрии упала в обморок, когда русский боярин снял шапку - а из-под неё высыпалась косма до пояса, а борода лежала на груди, как бархатный пояс».
Только вот сами русские не знали, что ими восхищаются. Они продолжали считать красивым «мужика дородного, с брюхом под пояс, с бородой до пупа». Купец из Ярославля, приехавший на ярмарку в Нюрнберг, каждое утро натирал свою бороду смальцом - «чтобы блестела, как у князя». А когда местные немки хихикали за спиной, он гордо выпячивал грудь: «Не смейтесь, девки! Это не брюхо - это мой корабль, на котором я плыву по жизни к богатству и почёту».
От персидских гаремов до парижских балов
В 1686-м князь Яков Долгорукий прибыл в Гаагу. Голландские художники выстроились вдоль каналов - каждый хотел зарисовать «московского Apollo». В газетах писали: «У них глаза - как у северного сокола, а взгляд пронзает сердце сильнее стрелы». В Париже дамы начали носить миниатюрные бородки из меха соболя - «à la russe». А в персидском Исфахане один шах даже попытался выкупить у послов «два самых красивых русских» для своего гарема - правда, получил в ответ только засмеявшихся дипломатов и кусок сырого мяса, брошенный вслед: «Русский мужик - не наложница, он сам выбирает, на чьей стороне воевать!»
Но самое удивительное случилось в 1890-х. На Всемирной выставке в Чикаго русский крестьянин из Владимирской губернии - с румянцем, с блестящей бородой, в рубахе до колен - стал главной достопримечательностью. Американки стояли в очереди, чтобы сфотографироваться с ним. Он не знал ни слова по-английски, но улыбался, вытягивал «грудь колесом» и гладил бороду - точно так, как учили его дед и прадед. А когда журналист спросил, в чём секрет русской красоты, он пожал плечами: «А красота ли это? Мы просто живём - не куримся, не пьёмся, баню паримся да бороду бережём. А если кому-то нравится - пусть себе радуются. Только помните: красота русского мужика - не в лице, а в том, что он за свою землю встанет - и никто его не сломит».
Так и осталась за русским мужчиной слава: где-то - «красный молодец», где-то - «дикий богатырь», а где-то - просто « Ivan с бородой, что пахнет чесноком и свободой». Но в каждом веку находились те, кто вздыхал: «Вот бы такого к себе - и неважно, что он рыгнёт и вытрет руки о бороду. Главное - будет стоять за тобой, как стена».
Открой дебетовую карту Тинькофф (Т-банк) и получи 500 рублей на счет
Понравилась статья? Ставь лайк, подписывайся на канал и жди следующую публикацию.