Кто такие татары? Загадка имени
История татарских улусов Приуралья начинается с завоеваний Чингизидов, известных в русской историографии как «Батыево нашествие» (1236–1241 гг.). При этом сам этноним «татары» имеет намного более древнее происхождение. Однако несмотря на существование неоспоримых научных доказательств, в популярной и околонаучной литературе до сих пор ведутся дискуссии вокруг этой темы. Насколько правомерно связывать возникновение татарской государственности в Волго-Уралье с монгольскими завоеваниями? Является ли термин «монголо-татары» корректным? Был ли этноним «татары» изначально самоназванием или же он стал политическим маркером в эпоху Золотой Орды? Эти вопросы продолжают волновать не только исследователей, но и широкую аудиторию.
Еще в начале XX века выдающийся тюрколог Йозеф Маркварт обратил внимание на то, что слово «татар» впервые зафиксировано в имени жуаньжуаньского правителя Да-тань кагана (414–429 гг.). Самое раннее упоминание об этом правителе сохранилось в китайской династийной хронике «Вэй шу». Древнейшие упоминания о татарах как об этносе (союзе племен) сохранились на орхоно-енисейских памятниках VIII в.
На стеле правителя Куль-Тегина (685–731 гг.) упоминаются «отуз-татары», а на памятнике Бильге-кагана (годы правления – 716–734 гг.) – «токуз-татары». Примечательно, что эти памятники написаны на древнетюркском языке, который во многом понятен носителям современного татарского. Важно и то, что в этих источниках татары предстают как один из ключевых народов Восточно-Тюркского каганата.
После распада каганата в середине VIII века часть татар мигрировала на запад, в бассейн Иртыша, где позднее участвовала в формировании Кимакского каганата (IX–XI вв.), простиравшегося до верховьев реки Яик (Урал). Однако основная их масса сохранила влияние в степях к северу от Китая, о чем подробно сообщают китайские хроники IX–X веков, где татары фигурируют под названиями «да-да» или «та-тань».
Татары и монголы: соседи, враги, союзники
Монгольские племена, обитавшие севернее татар, начали усиливаться лишь в XI веке. Долгое время между татарами и монголами шла жестокая борьба за гегемонию в регионе, пока Чингиз-хану не удалось окончательно подчинить татар и включить их в состав своей империи. Однако поскольку татары были более многочисленны и известны соседним народам, их имя стало распространяться на другие племена, включая самих монголов. Китайские источники, например, иногда называли монголов «черными татарами».
Лишь после создания Монгольской империи («Еке Монгол улус») начался обратный процесс: часть татар и других покоренных народов стала идентифицироваться как монголы.
При этом в ряде источников (китайских – «мэн-да», армянских – «мугал-татар») сохранилось двойное наименование «монголо-татары». В 1207 году войско Чингиз-хана завоевало Южную Сибирь, которая была передана под управление его старшему сыну Джучи. Так началась история Улуса Джучи, позднее охватившего всю территорию Дешт-и Кыпчака (Кыпчакской степи).
Рашид ад-Дин (1247–1318 гг.), визирь государства Хулагуидов и один из самых осведомленных историков эпохи, подчеркивал, что татары задолго до Чингиз-хана обладали значительным влиянием, благодаря чему их имя распространилось на многие племена. Однако Рашид ад-Дин выделял и племенных татар, т.е. этнических.
По его данным, наиболее известных и могущественных татарских племен было шесть: «татары-тутукулйут, татары-алчи, татары-чаган, татары-куин, татары-терат, татары-баркуй». По словам Рашид ад-Дина, из-за их влияния татарами стали называть все тюркские племена, проживавшие «в Дешт-и Кипчаке, в северных [от него] районах»
Золотая Орда: рождение татарского мира
Неудивительно, что именно в Золотой Орде основную часть населения улуса называли татарами.
В первую очередь имя «татар» распространилось на кыпчаков, поскольку по языку, обычаям и образу жизни они практически не отличались от татар. Этнических монголов по численности в Улусе Джучи было очень мало, поэтому они быстро ассимилировались, и весь военно-служилый слой джучидского общества стал именоваться татарами.
Массовое принятие ислама при хане Узбеке (1313–1341 гг.) еще больше сблизило кочевую аристократию с оседлым тюрко-мусульманским населением, что способствовало распространению татарской идентичности. К XIV–XV векам татарами стали называть и жителей Булгарского улуса.
Наряду с этим обстоятельством нельзя забывать о том, что в конце XIV – XV в. в результате климатических изменений, эпидемий, политических смут и военных конфликтов в Волго-Уралье произошли значительные демографические изменения и этнические миграции. Существенную часть городского и земледельческого населения Булгарского улуса, погибшую в результате пандемии «Черной смерти», заменили татары-кочевники, начавшие массовый переход к оседлому образу жизни.
Таким образом, на средневековом этапе развития основными этническими компонентами волго-уральских татар были булгары, кыпчаки и татары, переселившиеся с востока в ходе чингизидских завоеваний.
Приуралье – «общий дом» народов
Являясь контактной зоной, в которой соприкасались и активно взаимодействовали представители тюркских, угорских, финно-угорских и монгольских сообществ Приуралье становится «общим домом» для разных племенных объединений средневековья. Со времени вхождения Западного Приуралья в состав Золотой Орды доминирующим этнокультурным компонентом здесь становятся татароязычное население, которое, оседая на земле, меняло характер своей хозяйственной жизнедеятельности.
Подводя итог необходимо отметить, что вхождение Приуралья в состав Улуса Джучи привело к очень серьезным изменениям в этнической и конфессиональной структуре региона. Язычники угры («баскарды») были практически полностью вытеснены мусульманским населением из Центральной Азии и Булгара. Политической элитой Приуралья стали татары, которые к середине XIV в. окончательно исламизировались. Так произошло включение этих земель в мусульманское цивилизационное пространство, что нашло яркое отражение в архитектурных и эпиграфических памятниках.
В золотоордынский период в бассейне реки Белой был сформирован Акидель улус, известный по русским летописям XV в., как «Беловоложская земля». В северной части Великой Венгрии было образовано ещё три улуса: Иштякский, Сылвенский и Башкирский. Во второй половине XIII – XIV в. под юрисдикцией Булгарского юрта находилось и Пермское Прикамье, обозначенное в мусульманских источниках как область Чулман, а в русских летописях – как «Камская земля».
Наследник Орды – Казанское ханство
Все эти земли в середине XV в. вошли в состав Казанского ханства. Очевидно, что эти золотоордынские улусы и одноименные улусы Казанского ханства территориально совпадали, так как Казанское ханство продолжало традиции золотоордынской государственности, что выражалось и в использовании той же административно-правовой системы. С образованием Казанского ханства процессы этнической и социальной консолидации тюркоязычного населения Среднего Поволжья и Приуралья ускорились. Этому способствовали единая государственность, общая религия (ислам) и культурно-языковая близость. Татарские мурзы, сохраняя владения в Поволжье, осваивали промысловые угодья в Приуралье, а ясачное население свободно мигрировало из неспокойных пограничных районов Акидель улуса в более безопасные области Предкамья, где селилось в татарских деревнях.
Вотчинники Казанского ханства использовали эти и другие приуральские земли в основном в качестве промысловых угодий. Мед и меха, добытые здесь, мурзы реализовывали на международной Казанской ярмарке. Тарханные ярлыки, освобождавшие от налогов и пошлин, существенно увеличивали доходы от промыслов и торговли. Ярлыки выдавались ханами за особые успехи в военной и государственной службе и являлись важным инструментом ханской политики. Важно подчеркнуть, что у юго-восточных пределов Казанского ханства располагались широкая лесостепная полоса, сосновые боры и липовые леса, которые подходили для активной промысловой деятельности, а обширные степные ополья – для выпаса скота. Т.е. в южном Приуралье хозяйственная деятельность кочевников не мешала промыслам казанских вотчинников.
История Приуралья XIII–XVI вв. наглядно демонстрирует, как военно-политическая катастрофа завоевания трансформировалась в мощный импульс для нового экономического и культурного синтеза. Включение в состав крупнейшей евразийской империи обеспечило региону стабильность, подключило его к международной торговле и стимулировало градостроительство. Наследие Золотой Орды – не только в происхождении татарской знати и государственных институтов Казанского ханства, но и в сложившемся здесь уникальном симбиозе оседлой земледельческой и кочевой степной традиций, определившем исторический путь региона на столетия вперед.