Глава 20
Пресс-конференция прошла как хорошо отрепетированный спектакль, где оба актера играли свои роли безупречно. Марьяна, в своем бархатном величии, говорила о продолжении дела мужа, о новых перспективах, о силе партнерства. Крылов, сдержанный и серьезный, подчеркивал стратегическую важность «Ясеня» и уважение к наследию «Орлова и Партнеров». Вместе они выглядели не как палач и жертва, а как две мощные силы, объединившиеся для общей цели. Ни единого намека на скандал. Только бизнес. Вопрос о утечке был ловко парирован фразой Артема:
«В бизнесе, как в хирургии, иногда вскрываются старые нарывы. Главное — профессионально их устранить и идти дальше».
Когда камеры выключились, и последний журналист покинул зал, напряжение спало, сменившись ледяной пустотой. Марьяна почувствовала страшную усталость. Крылов подошел к ней, пока она собирала бумаги.
— Блестяще, — сказал он тихо, не для посторонних ушей. — Я не думал, что вы так держитесь на публике.
— Я же Цаца, Артем Юрьевич, — она не подняла на него глаз. — Мы рождаемся с этим. А вы… неплохо импровизировали насчет хирургии.
— Это не импровизация. Это моя жизнь. Постоянная операционная.
Они вышли в коридор. Он неожиданно спросил:
— Дети смотрели?
Марьяна остановилась, удивленная.
— Надеюсь, что нет. Я просила Тамару Степановну занять их чем-нибудь.
— Зря. Они должны видеть, какая у них мать. Чтобы гордились.
Его слова задели ее за живое. Так просто и так точно.
— Спасибо, — выдохнула она, и это «спасибо» было лишено обычной ледяной вежливости.
Вернувшись домой, она обнаружила гостиную, украшенную самодельными гирляндами из цветной бумаги. На импровизированном троне из диванных подушек восседала Алиса в короне из фольги.
— Входи, верный подданный! Мы смотрели тебя по телевизору! Ты была как настоящая королева! — провозгласила она.
Сережа, стоя по стойке «смирно» с игрушечным мечом, добавил:
— А тот дядя… он был как твой генерал. Суровый.
Полина, снимавшая все на телефон, хмыкнула:
— Больше как визирь. Хитрый и всем заправляет. Но вы выглядели… солидно.
Марьяна рассмеялась, настоящим, легким смехом, которого не было сто лет. Она сняла туфли и позволила детям утащить себя на «пир» — чай с тем самым вишневым пирогом. Они расспрашивали, тыкали пальцами в экран, где застыл кадр с ней и Крыловым. И в их вопросах не было страха. Было любопытство. Гордость. Они видели сильную мать, и этого было достаточно.
Позже, когда все стихло, пришло сообщение.
«Ваши генералы и визири, судя по всему, одобрили. Отличная работа сегодня. Завтра на объекте «Ясень» в 10. Приезжайте. Посмотрим на поле будущей битвы вместе. А.К.»
Она смотрела на приглашение. «Вместе». Это слово уже не казалось таким чужим. А образ поля битвы вызывал не отторжение, а странное предвкушение.
— Хорошо, господин генерал, — прошептала она, глядя на спящих детей. — Завтра посмотрим на наши владения. Посмотрим, что мы сможем построить на руинах.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))