(Рассказ)
Сейчас я вам расскажу одну казусную историю, которая случилась со мной очень-очень давно, и если быть точной — то около пятидесяти лет назад. А я, как известно, вольно, или невольно, постоянно попадаю в такие переделки.
Оставалась ровно неделя до встречи Нового года, а я возвращалась в Уфу из очередного отпуска, который провела в Ельце, у своих родных. Вот уже два года моим местом жительства была Уфа, куда меня направили работать по распределению после окончания техникума. В те времена так было положено: после окончания учебного заведения человек обязан был отработать три года там, куда назначит государство. Мне оно назначило работать в прекрасном городе Уфе, в коим я затем и осталась навсегда.
Прямого железнодорожного сообщения между Ельцом и Уфой не было, и приходилось делать пересадку с поезда на поезд в Москве. Между прибытием поезда из Ельца, и отправлением поезда в Уфу оставалось около девяти часов, и их требовалось как-то скоротать. Для молодой девушки это было не трудно, тем более мне и самой хотелось погулять по городу. А ещё — было большое желание увидеть двоюродную сестру Аллу, живущую здесь, в Москве.
Недолго думая, я позвонила Алле из телефона-автомата, и мы с ней договорились встретиться на Красной площади, а затем вместе погулять по городу, посмотреть какие-либо достопримечательности, и праздничное убранство столицы.
Помню, что погода стояла отличная: теплая и солнечная, падал легкий снежок, жители столицы с озабоченными лицами бегали по магазинам, совершая предновогодние покупки — подарки родным и близким, продукты к праздничному столу, у многих из сеток и сумок проглядывались ароматные мандарины. А довольные мужчины гордо шли с перевязанными бечевкой живыми ёлочками под мышкой.
Подробности нашей прогулки теперь уже стёрлись из памяти, но если сказать в общих чертах, то всё было отлично. Мы гуляли по предпраздничной Москве, регулярно заходили погреться и перекусить в кафе, посетили зимний городок, сидели в парке на лавочке, и с увлечением вспоминали беззаботное детство, курьезные случаи, которым не было конца. Незаметно пролетели часы до отправления поезда, на котором я должна уехать. Алла проводила меня на Казанский вокзал. Мы тепло простились с ней, выразив надежду на новую встречу, обнялись, помахали друг другу рукой на прощание, и мой поезд отошёл от перрона.
По прошествии стольких лет, я точно не могу вспомнить своих попутчиков, все они оказались уфимцами, все были доброжелательны — это точно. До сих пор считаю, что в советское время народ был более общителен, более дружелюбен, более открыт и приветлив к своим землякам и соотечественникам.
Познакомившись друг с другом, мы стали устраиваться в купе, стелить постели. Сейчас в поездах стоимость постельных принадлежностей входит в стоимость билета, а раньше был другой порядок: за постель надо было платить отдельно — она стоила один рубль.
Когда проводница принесла нам постель, то все в купе зашевелились, доставая деньги. Я тоже достала из сумки свой кошелёк и с удивлением обнаружила, что он пуст. В этот миг мне показалось, что на меня вылили ушат холодной воды. Куда же подевались мои деньги? Я точно помню, что у меня было пять рублей, приготовленные в дорогу на мелкие расходы. В кошельке вместе с деньгами лежал и билет, но с ним было всё в порядке — он был на месте, а денег — нет.
И вдруг меня осенило: я же тратила эти деньги, когда мы гуляли с Аллой по Москве. Помню, что на радостях от встречи разменяла эти злополучные пять рублей ещё в самом начале нашей прогулки, а сдачи я ссыпала в карман своего пальто, не считая. Я быстро полезла в карман пальто и достала оттуда деньги — их оказалось ровно один рубль и ещё двадцать копеек. У меня отлегло от сердца — комплект белья за рубль я купить смогу, и мне не придётся лежать на голой полке, пока мы будем ехать до Уфы.
Мысленно я ругала себя за то, что так бездумно тратила деньги, совсем забыв о том, чем я буду питаться в поезде, и на что буду покупать постель. Потом, немного успокоившись, я решила, что, в сущности, ничего страшного не произошло — пусть у меня будет почти два разгрузочных дня: сегодня и завтра. Куплю себе на оставшиеся двадцать копеек два стакана чая. И тут я вспомнила, что поезд, на котором я сейчас еду — скорый, а не простой пассажирский, и он не делает остановку на моей станции Дёма, где я живу, а проследует до Уфы. Значит, мне надо еще добираться с Уфимского вокзала до Дёмы на электричке, а стоимость билета пятнадцать копеек. Получается, что в моём распоряжении остаётся только пять копеек, на которые я смогу купить себе только два стакана чая, по два копейки, причём — без сахара.
Перспектива ехать голодной более суток и пить несладкий чай, меня, конечно, не радовала, но ничего тут не поделаешь. Успокоившаяся и удовлетворённая таким исходом дела, я легла на свою верхнюю полку и уснула «мёртвым сном».
Видимо, волнение последнего часа оказали на меня сильное влияние, и я проспала весь остаток дня и всю ночь. Утром я, естественно, пробудилась от запахов вкусной еды, которые витали в нашем купе. Мои попутчики с удовольствием уминали свои припасы, запивая их сладким чаем. Потом они выказали своё удивление моему долгому пробуждению, и потеснившись, предложили мне сесть за столик и тоже позавтракать с ними. Я вежливо ответила, что сижу на диете и у меня сегодня разгрузочный день. И ещё добавила, будто совсем не люблю сладкое, когда они удивились тому, что я попросила у проводницы чай без сахара.
Наверно, попутчики догадались, что у меня нет денег, но деликатно не подавали вида, и каждый раз, когда садились перекусить, настойчиво предлагали мне присоединиться к ним. Мне же в душе было стыдно за свою безалаберность, и я принципиально отказывалась, напоминая им о некоем разгрузочном дне. Но чего это мне стоило! Есть я хотела ужасно!
На моё счастье, поездка скоро заканчивалась. Подъезжая к станции Дёма, которая была перед Уфой, я оделась, взяла свою сумку и стала перед выходом из вагона, надеясь внутренне, что поезд остановится, хотя он был скорый и в Дёме не останавливался. Но, о чудо! Поезд, видимо, по чьей-то просьбе, вдруг притормозил буквально на одну минуту, и несколько пассажиров из других вагонов быстро спрыгнули на перрон. Я, недолго думая, тоже выпорхнула из вагона, и поезд тут же быстро поехал дальше.
И вот, стою на перроне своей родной станции Дёма, но радости от того, что благополучно вернулась домой, в моём сердце не ощущаю, а испытываю одну досаду. Эх, знать бы, что поезд притормозит здесь! Сжимаю в кулаке не пригодившиеся пятнадцать копеек, оставленные на проезд в электричке, и сожалею о том, что могла бы в поезде попить чай с заваркой и сахаром.
Вот такой казус случился со мной много-много лет тому назад.
Одним словом — разгрузочный день поневоле. А виновата во всём моя забывчивость, из-за которой со мной случались и случаются разные истории.
Автор: Нина АКАТЬЕВА
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций.