Получилось символично. Хотя мы к этому не стремились и поначалу почему-то собирались поужинать в ресторане… морепродуктов. Однако провидение устроило всё так, как, наверное, и должно было быть.
TapStation — бывшая заправочная станция-гараж. И это прошлое ненавязчиво, но вполне внятно иллюстрируется здесь деталями интерьера.
Фотографиями, плакатами и даже целыми фрагментами кузовов автомобилей, служащими теперь основаниями для столов и скамеек. А также всевозможными механическими приспособлениями, необходимыми когда-то для работы с двигателями, а теперь создающими здесь особый, характерный вайб.
С этой же целью снаружи, неподалёку от входа, стоит старый заправочный аппарат — один из тех, которыми пользовались американские автомобилисты в 1920–1930-е годы.
Помимо самого названия на вывеске заведения есть ещё три слова: Brewery. Burgers. Bourbon.
Первое означает «пивоварня». И да, здесь, действительно, варят собственное пиво. Что тоже аккуратно, но доходчиво акцентируется в обстановке.
Рядом с основным залом, на специальном участке, отделённом от посетителей небольшим парапетом, размещены блестящие пивоваренные аппараты внушительных размеров. А на стойке бара имеется целая шеренга соответствующих кранов.
Это, кстати, читается ещё и в названии паба: tap по-английски «кран, вентиль», station — понятно, «станция». Однако, всё вместе — TapStation — означает не просто «вентильная», но и «контактная» станция. То есть место, где люди могут пообщаться, установить друг с другом «контакт». Как филолог, не могла не оценить эту полисемию по достоинству.
Два оставшихся слова, поясняющих специализацию заведения, — Burgers и Bourbon — в переводе, уж точно, не нуждаются. А вот в восклицательном знаке (а то и трёх!) после каждого — очень даже да. Потому что такого впечатляющего списка гамбургеров и сэндвичей, а также бурбонов и виски мне видеть ещё не приходилось!
Кстати, понравилось не только само меню, но и то, как оно оформлено. Цена блюд в нём указывается крупно, чётко и сразу. А не по-европейски — мелкими цифрами и на правой стороне страницы (куда нужно ещё вести пальцем, чтобы не перепутать строки), но смотреть туда вроде даже как-то неловко, и приходится делать это украдкой.
Здесь же справа — лишь количество лайков от посетителей. Что, с одной стороны, отвечает привычкам современных сетевых пользователей. А с другой, помогает определиться с заказом.
Мы остановили свой выбор на бургерах All-American и сэндвиче Reuben (Рубен) с солониной из говядины.
Оба блюда, как видите, подаются с огромным количеством картошки-фри, которую, судя по виду и вкусу, они режут сами, а не покупают готовую оптом.
И мясо, и овощи, и хлеб, и соусы были безупречны по свежести и качеству.
Единственное, что меня немного смутило, — это посуда. Понимаю, что картонные тарелки вполне укладываются в концепцию данного паба. К тому же в США вообще во многих кафе считается нормальным подавать еду и напитки в бумажных или пластиковых тарелках и стаканах. Но лично меня это всякий раз очень удивляет и расстраивает.
Из напитков у ребят было, естественно, крафтовое пиво (к счастью, в стеклянных бокалах). А у меня потрясающий Bourbon Vanilla MilkShake (Adult Only) — молочный коктейль с карамелью и бурбоном (поэтому только для взрослых): очень неожиданное, вкуснейшее, но рискованное сочетание.
Ну, и по цене. Плотный ужин на четверых стоил 86 долларов.
Конечно, питаться так каждый вечер я бы не рекомендовала. Но изредка и по случаю — почему нет? Тем более, что случай был, как вы помните из названия, — весьма знаменательный.
Вероника Маанди
Фото автора
P. S. Год в США — это, как говорится, уже серьёзно. И я непременно расскажу обо всём подробнее. Чуть погодя. А пока посмотрите, как всё начиналось: