Новый год — это цирк. И в этом его смысл

В этом году я всё чаще замечаю цирк в новогоднем декоре. Маслёнки в виде куполов, карусели, фигурки акробатов и клоунов, ёлочные игрушки с цирковыми артистами, даже Императорский фарфоровый завод не остался в стороне. Сначала это выглядит как милая тенденция, заигрывание с ностальгией. Но в моих глазах юнгианского психолога это приобретает форму символического, бессознательного послания психики.

Новый год сам по себе является порогом: старое время завершилось, новое ещё не оформилось. Цирк — пространство того же порядка. Это место «между»: между реальностью и фантазией, порядком и хаосом, серьёзным и смешным. В цирке действуют иные законы: люди летают, животные говорят телом, взрослые снова смеются как дети, бессознательное тянется к образам игры, спонтанности, телесной радости.

В такие переходные моменты рациональные структуры ослабевают, и на первый план выходит символическое мышление. Психика ищет образы, которые способны выдержать неопределённость, и тогда цирк оказывается одним из самых ёмких и поддерживающих.

Новый год — это культурно разрешённая пауза. Редкий момент, когда можно ослабить контроль, позволить себе лишнее, странное, немного нелепое. Цирковой декор удивительно точно совпадает с этим состоянием. Он апеллирует к нашему детскому опыту, к архетипу puer aeternus, той части психики, где живёт игра, спонтанность и радость от самого процесса. В юнгианском смысле это необходимое движение психики назад, к источникам витальности. Цирк предлагает именно это переживание, яркое, телесное, немного наивное, но насыщенное энергией. Он возвращает контакт с тем слоем психики, где жизнь ещё не расчленена на «надо» и «должен».

Есть в цирке и ещё один важный образ — арена. Круг. Мандала. Символ Самости, целостности. И именно на этой арене появляется Трикстер. Он всегда присутствует там, где порядок ослабевает. Без него цирк невозможен. Клоун, шут, фокусник — прямые носители архетипа Трикстера. Это фигура, нарушающая порядок, высмеивающая нормы, создающая хаос, но именно через это приходит обновление.

Под Новый год Трикстер нам всем особенно нужен, он помогает психике совершить этот лиминальный переход. Культура всегда будет искать формы, где хаос можно прожить символически, поэтому цирк, карнавал, Новый год — такие контейнеры, где Трикстеру позволяют быть.

В мифологическом и юнгианском смысле Трикстер — это архетип первичного хаоса, тесно связанный с Тенью. Он появляется тогда, когда Эго слишком отождествилось с определённой формой, ролью, образом «правильного» себя, Персоной. Его задача — не разрушение ради разрушения, а расшатывание застывших структур, которые больше не служат жизни.

В реальной жизни мы видим его влияние постоянно, особенно в новогодние дни. Например, на корпоративах. В течение года роли жёстко зафиксированы: начальник серьёзный, сотрудники — сдержанные. А потом вдруг тот же директор надевает нелепый костюм, танцует, смеётся над собой, проигрывает конкурсы. И после этого в коллективе часто становится больше тепла и живости, будто энергия, застрявшая в ролях, снова начинает двигаться.

Цирк приводит либидо, жизненную энергию, в движение. И в этом, пожалуй, его главный смысл. Через декор, клоунаду, карнавал, наряды и смех психика устраивает ритуализованную встречу с хаосом, которая делает возможным обновление. Именно поэтому цирк так неожиданно и так точно вписывается в новогоднюю атмосферу.

Автор: Трямкина Юлия Александровна
Психолог, Аналитический психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru