Первый секс – это не любовь. Это внеплановая проверка жилищно-коммунального хозяйства с несанкционированным вскрытием стояков. Комиссия из двух человек, один из которых главный инженер без опыта, а второй – сам объект проверки, сопротивляющийся и одновременно дающий добро.
Ты подходишь к объекту, как молодой сантехник, вызванный для устранения засора, которого нет. В руках – теоретический чертеж сливного бачка, в голове – паника, а в штанах – инструмент, с которым непонятно: то ли это ключ разводной, толи это сам засор. Объект – крепость. Не рыцарская, а обычная, панельная, с замком на двери, но с предусмотренным входом для аварийных служб.
Штурм начинается не с криков «ура!», а с заполнения формы №7-Б «Заявка на проведение работ в нерабочее время». Каждое движение – это согласование. Рука на пояс – это акт обследования несущих конструкций. Поцелуй – это получение устного разрешения от старшей по подъезду, которая сама же и является объектом. Ты действуешь не как завоеватель, а как техник, который должен доказать, что стук в батареях – это не поломка, а удача.
Ее тело – это не тело. Это коммунальная квартира чувств. В одной комнате – скрипящая кровать, доставшаяся от бабушки. В другой – журнальный столик, на котором разложены пособия по кройке и шитью. В третьей – работает телевизор, показывающий программу «Время». Ты пытаешься провести ремонт, но тебе мешают заседатели: ее школьная подруга Машка, которая «все про всех знает», и тень бывшего физрука Виктора Сергеевича.
Процесс напоминает не соитие, а незаконную перепланировку. Ты пытаешься снести стену стеснения, но натыкаешься на арматуру комплексов. Ты хочешь провести воду страсти, но трубы ржавые, и весь напор уходит в никуда. Вместо трубного гласа получается звук, похожий на то, как сосед сверлит стену в шесть утра.
А она – не союзник. Она – главный прокурор этой реконструкции. Ее вздохи – это не стоны, а замечания из акта: «Не соблюдена технология укладки паркета». Ее закрытые глаза – не экстаз, а проверка сметы на светильники с закрытыми глазами. Ты работаешь, а она фиксирует нарушения.
Кульминация – это не оргазм. Это авария на теплотрассе. Внезапный выброс пара, не предусмотренный проектом. Стыд, сравнимый только с затоплением квартиры этажом ниже. Молчание, как после отключения электричества во всем районе.
И ты лежишь. Два сантехника после неудачного ремонта. Не герои, сдавшие объект, а виновники коммунальной катастрофы. И единственный вопрос, который висит в воздухе, пахнущем дешевым одеколоном и старыми обоями: «Будем вызывать аварийную службу или замажем своими силами?».
Первый секс – это не про любовь и не про победу. Это про то, как два слесаря, не глядя в схемы, пытаются починить газовую колонку и чуть не взрывают весь подъезд. И взрыва не происходит. Раздается лишь тихий шик. И ты понимаешь, что остался жив. И что крепость – не крепость. А такая же аварийная хрущевка, как и ты. И вам теперь жить в ней вместе, подписывая акты о взаимных претензиях. До следующей проверки.