Это литературный эксперимент «Дыхание города»: я публикую роман в Дзене по одной главе в день. Это история об Александре, писателе, который слышит Нью-Йорк.
📚Чтобы войти в историю с начала
Глава 19. У дяди Джо
Александр дописал последнее предложение. Перо скрипнуло по бумаге, оставив жирную точку, похожую на застывшую каплю черной крови. Александр откинулся на спинку стула. Пальцы онемели от напряжения, в висках стучало, но внутри стало чуть легче. Словно он выплеснул часть того удушья, что сдавило грудь после пробуждения. Кошмар был заперт в словах. На бумаге. Пока.
Тишина квартиры вдруг стала громкой. Слишком громкой. Звенела в ушах, подчеркивая одиночество. Ему нужно было движение. Шум. Люди. Хотя бы иллюзия обычной жизни.
Виски, – подумалось первым. Холодный, обжигающий глоток, чтобы смыть привкус пепла и страха. В паб. В "Стэйт Стрит".
Он потянулся к телефону. Палец замер над именем в записной книжке: Рома. Армянин. Гора мышц и стальной воли. Тот, кто мог одним взглядом остановить драку в клубе и чьи удары ногами на ринге были сродни искусству. Рома, который горел кикбоксингом и презирал урезанный бокс. Рома, который был замечен мафией и примкнул к ним, когда счет за операцию матери стал непосильным приговором. Рома, который однажды в гневе чуть не убил двух наркоторговцев и с тех пор жил по своим законам. Выходил на связь только сам. Всегда.
Александр вздохнул, убрав палец. Звонить бесполезно. Опасно, даже. Его друг существовал в параллельной вселенной, где долги платились кровью, а не словами. Мысль о друге, погруженном в эту трясину, лишь усилила гнетущее чувство беспомощности. Он не мог помочь ему. Как и Рома не мог помочь ему сейчас.
Его взгляд упал на Эла. Кот лежал на своем подоконнике, свернувшись в идеальный темный шар с белыми лапками и белым пятном на груди, как в жилетке. Солнечный луч гладил его серо-черную шерсть. Он спал. Или притворялся. Совершенно безразлично. Без тени былого мистического внимания, без намека на связь с тем миром снов, куда он, казалось, вел Александра прежде.
«Отдыхает, сволочь?» – с горькой досадой подумал Александр. «Помог приоткрыть дверь в эту чертову бездну... а теперь – мол, хозяин, я свое дело сделал, разбирайся сам. Наслаждайся подарком». Злость клокотала коротко, бесполезно, и тут же сменилась усталостью. Даже кот его покинул.
Тогда возникло другое имя. Анна. Русая, невысокая , примерно 5 футов ростом, с глазами цвета лесного омута – зелено-карими, меняющими оттенок в зависимости от света и настроения. Девушка, которая грезила огнями рампы и овациями, а пока довольствовалась ролями в рекламе мыла. Анна, чья интуиция была острее бритвы. Она знала. Александр был уверен. Знает о его чувствах давно. Эти взгляды, чуть затянутые паузы, полуулыбки... Женщины всегда знают. Особенно такие, как Анна.
Он снова взял телефон. Нашел ее номер. Палец замер над зеленой трубкой. Сердце глухо стукнуло где-то в горле. Признаться? В чем? В любви? Или в том, что он только что во сне помогал убить человека? В любом случае – выйдет глупо. Жалко. Либо как слабый романтик, либо как сумасшедший. Она подумает, что яне в себе. Или пожалеет мою слабость, мое смятение. Этого он боялся больше всего. Любовь или безумие – оба признания казались сейчас абсурдными ловушками.
«Черт с тобой,» – выдохнул Александр , швырнув телефон на стол. Страх – и признания, и всего этого кошмара – сплелись в плотный клубок в груди. Гораздо проще уйти. Уйти туда, где шумно, темно и где льют виски.
Он накинул куртку. Резко, будто убегая от себя. Не глядя на Эла, не глядя на исписанные кошмаром листы. Вышел. Захлопнул дверь. Улица встретила его какофонией звуков и запахов – бензин, выхлопы, гул машин, обрывки разговоров, музыка из машин. Обычный Нью-Йорк. Его Нью-Йорк. Он зашагал быстрее, направляясь к знакомому углу, к знакомой вывеске. К «Стэйт Стрит Бэнион Флауэрс». К месту, где в его сне кипело нелегальное пойло и где он... Нет. Не думать. Просто виски. Один бокал. Чтобы прочистить горло. Чтобы стереть остатки того запаха.
Александр завернул за угол. Увидел знакомое кирпичное здание. И... замер. Как вкопанный.
Перед пабом стояла лестница-стремянка. Двое рабочих в заляпанных краской комбинезонах что-то делали над входом. В руках у одного – огромная, еще блестящая свежей краской вывеска. Другой откручивал последние болты от старой.
Старая вывеска – та самая, с потрескавшимся неоном и гордым, хоть и выцветшим названием «State Street Benion Flowers» – со скрежетом снялась с крюков. Рабочий небрежно прислонил ее к стене, словно выкидывая старую ненужную вещь.
На ее место, с мерзким лязгом металла о металл, водрузили новую. Яркую. Кричащую. Глупую.
«UNCLE JOE'S».
Просто и без затей. «У Дяди Джо» Никаких цветов. Никаких Бенионов. Никакой истории.
Рабочий закрутил последний болт, сплюнул на тротуар и крикнул напарнику что-то неразборчивое. Они начали спускаться.
Александр стоял, не двигаясь. Холодная волна, гораздо страшнее утренней, накатила от пяток до макушки. Воздух перестал поступать в легкие. Он смотрел на эту новую, чужеродную вывеску – «У Дяди Джо». Смотрел на старую, брошенную у стены, где слова «Benion Flowers» казались теперь надгробной надписью. В ушах зазвенела тишина, перекрывая уличный гул. Он почувствовал, как шрам-полумесяцна виске загорается ледяным огнем. Не болью. Предупреждением.
Мост в его «реальность» рухнул. Остатки утреннего облегчения, шаткой уверенности, что сон был лишь игрой разума, рассыпались в прах. Паб, в который он шел промыть горло виски и забыться, исчез. Как Дин О'Бэнион. Как его собственное ощущение твердой почвы под ногами.
Город вокруг продолжал гудеть, дышать, жить. Но Александр стоял посреди этого потока, как островок абсолютного одиночества и нарастающего ужаса. Он прикоснулся пальцами к горящему шраму. «У Дяди Джо». Эти слова висели в воздухе, как приговор. Или как новый вопрос в бесконечной череде вопросов, на которые не было ответов. Ответов, которые, возможно, таились не в прошлом, а в том, куда он теперь должен был идти. В «У Дяди Джо»? Или куда-то еще, куда вело это Дыхание Города, вдруг ставшее таким непостижимым и враждебным?
Он не знал. Знал только одно: виски сегодня не поможет. Не поможет вовсе.
Друзья, это конец первой части «Дыхания города». Спасибо, что были рядом эти 19 глав.
Прежде чем двинуться дальше, мне очень важно ваше мнение как первых читателей:
1. Какой образ или символ из первой части (ловец снов, шрам, паб) запомнился вам больше всего и почему?
2. Исходя из финала: что, по-вашему, должно стать главной целью Александра во второй части: найти ответы или спасти свой рассудок?
Пишите в комментариях. Ваши ответы помогут истории развиваться в верном направлении.
Завтра выйдет новая глава