Глава 31.
В Пухляково с некоторых пор на окраине, за старым логом, один за другим вырастали новые дома. Их строили приезжие — те самые, кого Нинель Никоноровна давно окрестила про себя «нахальными самоселами».
— И откуда их столько?! — бушевала она в кабинете, стуча пальцем по карте села. — Ещё вчера тут пусто было, а сегодня — целый посёлок! И все чего‑то требуют!
Наташа, её секретарша, аккуратно сидевшая у стола с блокнотом, робко заметила:
— Ну, они же платят налоги…
— Налоги?! — Нинель взмахнула рукой так резко, что с полки свалилась папка с бумагами. — Они требуют! Электричество, колодец, трубы для отопления… А дороги?! Они уже намекают, что дороги нужны! Да никогда в жизни!
Её лицо приняло то самое выражение — твёрдое, как замёрзшая лужа в ноябре: «Будет по‑моему, и только так».
На следующий день у рупора собралась толпа. Иван Сергеевич, как всегда, взял слово первым:
— Граждане! Поступило обращение от новосёлов: просят проложить дорогу от лога до центральной улицы. Аргументы: «не можем возить стройматериалы, дети ходят в школу через грязь». Что скажете?
Из толпы тут же выскочил Серёга:
— А я скажу! Они сами виноваты! Надо было селиться там, где дороги есть! А то понаехали, понастроили, а теперь мы им должны?!
Вениамин, державший в руках рупор, важно кивнул:
— Совершенно верно! В уставе Пухлякова нет пункта «Прокладывать дороги для тех, кто сам решил жить на болоте»!
Толпа засмеялась. Кто‑то крикнул:
— Так они же и болото осушили!
— Осушили?! — взвился Серёга. — А кто им разрешил?! Где разрешение от сельсовета?! Где подпись Нинель Никоноровны?!
Иван Сергеевич, улыбаясь, подытожил:
— Вот и я говорю: сначала — порядок, потом — дороги. А не наоборот!
Тем же днём Нинель лично подписала «Распоряжение № 47‑Д»:
«В связи с отсутствием утверждённого плана застройки и недостаточной плотностью населения на территории нового жилого массива, строительство дорог откладывается до особого распоряжения. Рекомендовано использовать существующие тропинки».
Наташа, прочитав, побледнела:
— Но ведь тропинки эти — через овраг… и после дождя их размывает…
— Зато закаляет характер! — отрезала Нинель. — Пусть учатся преодолевать трудности. А то привыкли: «дайте, дайте, дайте»!
Уже на следующий день новосёлы столкнулись с реальностью:
Грузовик с кирпичами застрял в грязи у лога. Водитель, вылезший в резиновых сапогах, кричал:
— Да тут танк не пройдёт! Кто так строит?!
Мама с ребёнком на руках, балансируя на досках через лужу, взмолилась:
— Кто‑нибудь, помогите! Я третий раз падаю!
Дед Прохор, случайно зашедший в новый район, хмыкнул:
— Ну и местечко! Как в болоте жили, так и живём. Только дома теперь новые.
Особенно страдали Елена Воронцова и Маргарита Родина — именно их дома стояли дальше всех.
— Это же произвол! — кипятилась Елена. — Мы платим налоги, а нам даже тропинку нормальную не делают!
Маргарита, уже доставая блокнот, отвечала:
— Не волнуйся. Сейчас всё будет в газете.
Вечером у рупора снова было многолюдно. Иван Сергеевич торжественно объявил:
— Поступило коллективное обращение новосёлов. Требуют дороги. Что ответим?
Серёга, не дожидаясь очереди, вскочил:
— Ответим: «Нет!» Потому что:
1. Они сами выбрали это место.
2. В бюджете нет денег.
3. А вдруг они потом ещё и тротуары попросят?!
Вениамин добавил:
— К тому же, дороги — это ответственность. А кто будет следить за ними? Кто чинить ямы? Нет уж, пусть пока по тропинкам ходят — так надёжнее.
Толпа зашумела. Кто‑то поддержал, кто‑то недовольно качал головой.
А на следующее утро в газете «Вся правда о Пухляково» вышла статья Маргариты Родиной под заголовком: «Дороги для избранных: как в Пухляково делят грязь». Текст был хлестким:
Вчера новосёлы Пухляково в очередной раз убедились: дороги в нашем селе — привилегия. Если ты живёшь в центре — асфальт, фонари, чистота. Если поселился на окраине — лужа по колено и тропинка через овраг.
Нинель Никоноровна, видимо, решила: „Пусть сами выберутся“. Но разве это справедливо?
А что говорят "приближенные" лица?
— Серёга: „Они сами виноваты!“
— Вениамин: „В уставе нет пункта о дорогах для самоселов!“
— Иван Сергеевич: „Сначала порядок, потом дороги“.
Интересно, какой „порядок“ они ждут? Может, когда новосёлы сами проложат асфальт? Или когда дождь всё окончательно размоет?
Мы продолжаем следить за ситуацией. А пока — берегите сапоги!»
К статье прилагались фото:
- грузовик, увязший в грязи;
- женщина с ребёнком на досках над лужей;
- табличка «Новая улица» на фоне непроходимого болота.
Нинель, прочитав газету, швырнула её на стол:
— Опять эти Воронцова с Родиной! Ну ничего, я им покажу!
Она велела Наташе:
— Объявите через рупор: «В связи с жалобами на бездорожье, принято решение провести… конкурс на лучший способ передвижения по новому району! Победители получат приз — мешок цемента!»
Наташа в ужасе:
— Но это же насмешка!
— Это — юмор! — рявкнула Нинель. — Пусть посмеются над собой.
У рупора новость встретили по‑разному:
Серёга хлопал в ладоши: «Вот это идея! Может, они на плотах поплывут?!»
Вениамин важно кивал: «Конкурс — это цивилизованно. Не то что эти их жалобы!»
Иван Сергеевич, сдерживая улыбку: «Ну что ж, посмотрим, кто самый изобретательный!»
А в стороне, скромно прислонившись к забору, стоял Антошка Верблюдов. Обычно активный участник рупора "Говорит и слушает Пухляково", сегодня от тихо отмалчивался, ведь он тоже жил на этих новых улицах и тоже хотел нормальных дорог, до своего домика. Но открыто выступить против Нинель Никоноровны он не мог, после той истории с конем и правами, которые Нинель Никоноровна помогла ему вернуть. Теперь он был обязан ей служить. Поэтому он просто стоял и думал о чём‑то своём.
Новосёлы, прочитав объявление, сначала разозлились, потом рассмеялись.
— Она думает, мы обидимся? — сказала Елена Воронцова. — Нет, мы сделаем лучше.
И на следующий день у лога появилась… самодельная канатная дорога. Деревянная тележка на тросах, которую тянули вручную. На табличке значилось: «Народный транспорт Пухляково. Бесплатно. Мешок цемента не требуется».
Люди приходили смотреть, фотографировали, смеялись. Кто‑то кричал:
— Эй, прокатите!
— Садитесь! Только не раскачивайте!
Даже Нинель, выглянув в окно, замерла. Потом резко захлопнула ставни.
А вечером в газете вышла новая заметка Маргариты: «Канатная дорога вместо асфальта: как новосёлы ответили на вызов.»
Сегодня в Пухляково открылось первое народное транспортное сообщение: канатная дорога через лог. Строили всем миром, без бюджета и разрешений.
Что скажет сельсовет? Возможно, скоро мы увидим объявление: „Конкурс на лучший мост через реку“. Но пока — добро пожаловать на канатку!
P.S. Мешок цемента победители всё же получили. От соседей».
Ночью около канатной дороги промелькнула тень. Вдруг, троса натянулись как струны и аж зазвенели от напряжения, тележка с огромной скоростью помчалась вниз, не выдержав веса сидящего в ней пассажира. Ударившись об землю, тележка последний раз крякнула и развалилась на куски, а в луже осталась сидеть Нинель Никоноровна. Она решила сломать канатную дорогу, чтобы навредить жителям новостроек. И у нее это получилось.
Вылезая из лужи Нинель прошипела:
— Вот, получайте себе свою канатную дорогу! — и похромала в сторону дома.
Так Пухляково не получило новую достопримечательность, зато Нинель еще долго не могла сидеть, даже в своем любимом золотом кресте. Это был ей молчаливый урок: когда власти не решают проблем народа, они получают по заслугам.
Не забудь подписаться на Андрюшкины рассказы и нажать 👍внизу рассказа.
Все события и персонажи вымышлены. Любое совпадение с реальными людьми или событиями является случайным.
Читайте новую серию историй Тайны Южного города.
А также читайте истории из серии рассказов Приключения в селе Пухляково.