Я решила, что в этом году всё будет иначе. Без привычных салатов, без проверенных схем и без фразы «и так сойдёт». Хотелось чего то красивого. Новогоднего. Такого, чтобы поставить на стол и сразу стало понятно, я старалась. Не просто накрыла, не просто приготовила, а именно вложилась.
Выбор пал на десерт. Не просто десерт, а тот самый, который в интернете всегда выглядит как облако. Белоснежный, воздушный, с ягодами и лёгким блеском. На фото он будто не готовится, а появляется сам. Как будто кто то просто открыл духовку, а там уже праздник.
Я смотрела на эти фотографии и ловила себя на странном спокойствии. Никакой тревоги. Никакого сомнения. Только уверенность, что сейчас всё получится. В голове это выглядело очень логично. Если у других срабатывает, почему у меня должно быть иначе.
Я прочитала рецепт три раза. Потом ещё раз. На всякий случай сохранила. Там было много слов, которые начинались с «главное» и «очень важно». Я кивала экрану, как будто он меня видит. Особенно в местах, где говорилось про аккуратность и терпение.
Кухня выглядела подозрительно торжественно. Я достала миски, миксер, весы, которые обычно лежат без дела. Даже фартук надела. Это был важный момент. Фартук я надеваю редко и всегда с ощущением, что сейчас произойдёт что то серьёзное.
Я расставляла всё по столу и чувствовала, как во мне включается режим человека, который решил доказать что то самой себе. Не кому то другому. Не гостям. Себе. Что я тоже могу. Что не только простые вещи.
В какой то момент я поймала себя на мысли, что разговариваю с ингредиентами. Просила их не подвести. Обещала, что всё сделаю аккуратно. Яйца лежали спокойно, сахар рассыпался слишком бодро, миксер выглядел "я могу". Казалось, команда собралась неплохая.
Первые минуты вселяли уверенность. Всё взбивалось, выглядело прилично, даже красиво. Масса светлела, становилась пышной, начинала походить на то самое облако с фотографий. Я стояла и смотрела, как она растёт, и чувствовала удовлетворение. Спокойное, почти взрослое.
Я подумала, что зря боялась. Что, возможно, я из тех людей, у которых такие вещи получаются с первого раза. Что есть какой то скрытый талант, который просто ждал своего часа. Эта мысль была очень приятной и очень преждевременной.
Я дала себе пару секунд, чтобы ею насладиться.
Эта мысль была ошибочной.
На этапе, когда масса уже выглядела как что то белое и внушающее доверие, я решила, что дальше всё пойдёт само. Это была вторая ошибка за вечер. Первая заключалась в уверенности, что рецепт можно просто повторить. Вторая в том, что я поверила, будто десерт не заметит моего самодовольства.
Рецепт предлагал «аккуратно выложить». Я выложила. Аккуратно по своему. Масса легла на противень с выражением «я тут временно». Я попыталась придать форму. Потом ещё раз. Потом отошла, посмотрела со стороны и поняла, что форма у неё будет своя. Не круглая, не симметричная, а та, которая рождается, когда слишком стараешься.
Я ещё немного покрутилась вокруг противня, делая вид, что думаю. На самом деле я просто тянула момент, в котором надо было признать, что контролировать это уже не получится.
Духовку я разогрела заранее. Проверила температуру. Дважды. Открыла дверцу, поставила противень и закрыла её с тем уважением, с каким закрывают дверь за чем то важным. Аккуратно. Медленно. Почти торжественно. Было ощущение, что если сделать всё слишком резко, десерт это запомнит.
Через десять минут я заглянула внутрь. Просто посмотреть. Совсем немного. Десерт смотрел на меня в ответ. Он был не облаком. Скорее намёком на него. Чуть покосившимся, как будто уже устал притворяться.
Я решила не мешать. Прошло ещё время. Я снова заглянула. Поверхность слегка треснула, как будто ему стало тесно. Не катастрофа. Просто знак. Я закрыла дверцу и сделала вид, что так и задумано. Иногда это единственная стратегия, которая остаётся.
Пока он там жил своей жизнью, я взбивала сливки. Они взбивались плохо. Потом слишком хорошо. Потом снова плохо. Я стояла посреди кухни, в фартуке, с миксером в руках и думала, что новогоднее настроение это миф, придуманный людьми, у которых есть лишние нервы и запасные продукты.
Я остановила миксер и долго смотрела на миску. Сливки были на грани. Как и я. Я решила, что лучше не усугублять и оставить всё как есть.
Когда я достала основу из духовки, стало понятно: десерт прошёл через внутреннюю трансформацию. Он осел. Не драматично. Просто как человек, который понял, что переоценил себя и теперь старается выглядеть достойно в новых обстоятельствах.
Я дала ему остыть. Ждала. Пару раз подходила проверить, не горячий ли. Потом выложила сливки. Сверху добавила ягоды. В этот момент он вдруг стал выглядеть почти прилично. Не как на фото. Но как нечто, за что уже не стыдно. Как результат старания, а не мастерства.
Я отступила на шаг назад и посмотрела. Кухня была в следах. Посуда везде. Стол в крошках. Настроение странное. Десерт стоял посреди стола и будто ждал, что я скажу. Что я как то его назову. Оценю. Похвалю или пожалею.
Я ничего не сказала.
Позже, когда всё немного улеглось, я поймала себя на том, что улыбаюсь. Потому что это было очень в моём стиле. Захотеть красиво. Получить как получилось. И всё равно оставить. Не переделывать. Не выбрасывать. Не оправдываться.
Десерт мы съели. Он оказался вкусным. Не идеальным. Но вполне новогодним. Таким, который запоминается не формой, а тем, как его делали.
Рецепт я всё таки сохранила. Просто не здесь. У себя. В телеграм канале Василисы. Там он лежит спокойно, без обещаний и фотографий из интернета. Если вдруг кому то захочется повторить этот путь, вот ссылочка:
Я выключила свет на кухне и подумала, что, возможно, в этом году будет именно так. Не идеально. Зато по настоящему.