Он — огонь, она — облако. Он, философ, греет мир идеями у камина в своем неряшливом королевстве. Она, нежная Пульсатилла, грустит и радуется от его взгляда, как цветок от солнца. Их брак — вечный танец жара и прохлады, гения и простых человеческих слез. Это история о том, как теория встречается с практикой любви.
Он, Сульфур - философ у домашнего очага.
Сульфур — мужчина с блестящим, но беспорядочным умом. В молодости он был полон великих идей и планов по переустройству мира. Сейчас, в зрелые годы, он больше философ, нежели деятель. Его любимое место — раскаленное кресло у камина, заваленное книгами, бумагами и чашками от вчерашнего чая. Он теоретик, и его теории грандиозны.
Внешне он может выглядеть неряшливым. Его одежда, хоть и дорогая, часто в пятнах, жилетка застегнута не на ту пуговицу. Волосы — гнездо воронье. Он излучает тепло, и зимой жена вечно жмется к нему, как к печке, а летом сторонится — его жар становится невыносимым. Его кожа часто красновата, с высыпаниями, зудящими и воспаленными, особенно на сгибах. Он страдает от жажды и пьет огромными глотками холодную воду.
Характер у него острый, проницательный ум. Он может блестяще рассуждать о квантовой физике или истории Древнего Рима, но при этом забыть купить хлеб, о чем его просили сто раз. Он уверен в своей правоте, иногда до заносчивости. В его мире он — король, а дом — его слегка неухоженное королевство. Его девиз: «Я мыслю, следовательно, я существую». А такие мелочи, как уборка или оплата счетов, — для существ низшего порядка. Его главные жалобы — на приливы жара, особенно к голове и стопам, кожный зуд, упадок сил около 11 утра и вечную рассеянность.
Она – Пульсатилла - переменчивая луна в доме Солнца.
Пульсатилла — его полная противоположность. Она — воплощение мягкости, изменчивости и потребности в любви. Она блондинка (часто в прямом, часто в переносном смысле), с голубыми глазами, ямочками на щеках и плачущим без слез выражением лица. Ее настроение меняется быстрее, чем погода в апреле. Сейчас она может смеяться над шуткой мужа, а через минуту — грустить у окна, потому что вспомнила о грустном фильме.
Она всегда одета мило, в мягких, пастельных тонах, часто в платьях и с украшениями. Она легко краснеет и бледнеет. Ей всегда то жарко, то холодно. Она ненавидит духоту, окна в их доме почти всегда открыты, даже зимой, что вечно вызывает споры с ее теплолюбивым мужем. Она почти не испытывает жажды, пьет мало и предпочитает теплые напитки.
Она нуждается в сочувствии и поддержке, как цветок — в солнце. Ее счастье зависит от атмосферы в доме. Если муж погружен в свои мысли и не обращает на нее внимания, она чахнет, становится плаксивой, капризной. Ее здоровье ухудшается от малейшего стресса. Ей свойственна кротость и податливость: «Как ты думаешь, дорогой?», «Решай ты». Но эта мягкость — ее сила. Она умеет окутать супруга такой нежностью, что он забывает о своих великих теориях и просто наслаждается миром. Ее главные жалобы — на мигрирующие боли (то колено заболит, то спина), расстройство желудка от жирной пищи, нерегулярные циклы и ощущение тяжести, будто ноги из камня.
Воскресенье. Пульсатилла, вдохновленная утренним солнцем, решила приготовить праздничный обед: жареную утку с яблоками — любимое блюдо Сульфура.
Действие первое: Приготовления.
На кухне царит легкий хаос. Пульсатилла суетится, ей жарко, она открывает окно. Запах жареного мяса, обычно приятный, сегодня кажется ей тошнотворным.
— Дорогой, — обращается она к мужу, который, развалившись в кресле, штудирует трактат о происхождении Вселенной, — ты не мог бы помочь мне с духовкой? Мне кажется, она снова греет неравномерно.
Сульфур бурчит что-то невнятное, не отрываясь от книги. Идея духовки кажется ему приземленной и скучной по сравнению с рождением звезд.
Пульсатилла вздыхает. Глаза ее наполняются влажной грустью. «Он меня не ценит, он не любит меня», — шепчет она себе, начиная накрывать на стол.
Сульфур, наконец, привлеченный аппетитным запахом, занимает свое место во главе стола. Он набрасывается на еду с жадностью, ест быстро, большими кусками. Его лицо краснеет от жара пищи и собственного внутреннего пламени.
— Прекрасная утка, моя дорогая! — провозглашает он, и Пульсатилла расцветает от комплимента. Ее мир снова сияет.
Но вот она сама ест мало и без аппетита. Жирная кожа утки вызывает у нее тяжесть в желудке.
— Я, кажется, не рассчитала с порцией, — говорит она печально. — И еще этот жир... Мне кажется, мне станет плохо.
— Вздор! — гремит Сульфур, запивая еду большим глотком ледяного пива. — Тебе просто нужно лучше питаться! Ты слишком худоба! Ты должна укреплять силы!
Его тон докторальный, безапелляционный. Он не предлагает сочувствия, он предлагает теорию.
После обеда Сульфур, довольный, возвращается в свое кресло. Но его собственная пищеварительная система, всегда слабая, мстит ему за обжорство. Возникает изжога, живот вспучивается. Он становится раздражительным, сбрасывает с себя тапочки — ноги горят. Он ворчит на беспорядок в гостиной, который сам же и создал.
Пульсатилла, чувствуя тяжесть и тошноту, прилегла на диван. Она слышит ворчание мужа, и ее охватывает волна саможаления. Тихие слезы катятся по ее щекам.
— Ты плачешь? — спрашивает Сульфур, наконец замечая ее состояние. Его тон меняется. Вид слез жены — единственное, что может пробить его философскую броню.
Она кивает, не в силах говорить.
И тут происходит чудо. Великий теоретик Сульфур покидает свой трон. Он подходит к дивану, садится рядом, и его большая, теплая рука грубовато, но нежно ложится ей на лоб.
— Ну, ну, моя маленькая, — бормочет он, и в его голосе нет и тени высокомерия, только неуклюжая ласка. — Все хорошо. Просто ложись спать. Я... я принесу тебе чаю.
Для Пульсатиллы этих нескольких слов и одного прикосновения достаточно. Ее мир снова обретает устойчивость. Ей стало плохо, но он заметил, он проявил участие. Ее потребность в симпатии удовлетворена.
А Сульфур, стоя у кипящего чайника, чувствует странное удовлетворение. Он, решающий глобальные проблемы, только что разрешил самую важную из всех — вернул солнце в глаза своей жены. И в этот момент он понимает, что его теории о Вселенной меркнут перед практикой простого человеческого сострадания.
Так они и живут: жаркое, эгоцентричное Солнце (Сульфур) и изменчивая, чувствительная Луна (Пульсатилла), находя в своих полярностях не конфликт, а вечный и плодотворный баланс.
Еще больше гомеопатических зарисовок на моем сайте https://materiamedica.pro/
Заходите также на мой Телеграмм-канал "Гомеопатия для профессионалов", где публикуются много интересных материалов. Подписывайтесь на него, вместе будем еще больше погружаться в мир гомеопатии.