- Ты что, Ева, - надумать мать, - Не веришь собственной матери и родной сестре? Если уж родным людям в вопросах денег нельзя верить, то кому тогда можно?
Ева отбивалась на удивление долго. Обычно ей хватало одного взгляда матери, чтобы во всем согласиться и во всем уступить. А тут она уже полчаса отбивается. Рекорд, однако. Она взглянула на мать, потом на Марину, которая сидела в кресле, и произнесла:
- Сводной сестре, мам. Не такой уж и близкой мне сестре…
Об этом говорить было запрещено. Ну, запрещено для Евы. Когда сестренке что-то надо, то они родные и вообще - “как ты можешь отказаться?”, но, когда о чем-то просит Ева, то не такие уж и родные. Классика.
- Марина тебе сестра! - выкрикнула она, мама чуток поддалась панике, но тут же взяла себя в руки, - Она тебе родная! Не смотри на то, что у вас разные отцы. Откуда ты взяла эту ересь про то, что вы не близки? Твой отец тебя надоумил?
Папа умер семь лет назад, а, когда был жив, то просил не ругаться с родней, даже с родней по отчиму.
- Ты сама говорила при мне и при Марине, что…
- Я ничего подобного не могла сказать! - прикрикнула мама.
Даже не дослушала.
Говорила-говорила, Еве она часто говорила, что отчим ей не отец, то и прав у нее тут нет никаких, и просить она ничего не может, она ж ему не дочь, и сестре не такая уж и сестра.
А тут вон как.
- Мам, я куплю у нее квартиру, - произнесла она, - Но официально. С договором, регистрацией и всем прочим.
Галина уже не знала, как до нее достучаться. Объясняла же, объясняла…
- Марине деньги нужны прямо сейчас, - заявила она, - А бегать по нотариусам у нее нет времени. Она тебе расписку напишет, что все отдаст, и на этом все. Расписке-то ты доверяешь? Или что тебе еще от нас нужно?
- Я хочу просто купить квартиру.
- Так покупай!
Вообще это сюр.
Квартира, о которой шла речь, принадлежала их общей с Мариной бабушке. Бабушка, добрая душа, оставила ее их маме, чтобы та распорядилась по справедливости, но справедливость у нее всегда была только в одну сторону, и мама, как оказалось, уже “полностью отдала” ее Марине. Но Марина живет у своего мужа, а у мужа дом. Поэтому “бетонный скворечник”, как она выражалась, ее не интересует.
И теперь, когда Ева с Пашей, ее мужем, отчаянно искали для себя жилье, эта квартира, выставленная на продажу за смехотворный по нынешним меркам миллион рублей, казалась удачей. Ну, у них квартиры зачастую так и стоили… Маленький город, никаких амбиций, а квартира хоть и не дворец, но вполне себе жилье.
- Мам, но... - начала Ева, но Галина запрокинула голову и подняла руку, промычав - “у меня от тебя мигрень”.
И добавила:
- Никаких “но”! Это твое решение, Ева. Ты хочешь квартиру - Марине нужны деньги. Немедленно. Или мы продадим другим.
Ева, привычная к подобному давлению и к тому, что решения часто принимаются за нее, сдалась.
- Хорошо, - сказала она, - Хорошо. Я привезу завтра деньги, Марина напишет расписку, и покончим с этим.
Ева не жила с мамой несколько лет, но слушалась ее почти беспрекословно. Слушалась и боялась, прямо как в детстве.
Но к этому еще надо было подготовить мужа.
- Паш, - приступила она к уговорам, - Ты же хотел как можно скорее переехать в собственную квартиру? Я уже говорила, но повторюсь. У Марины продается квартира. Та, что принадлежала нашей бабушке.
Паша что-то такое смутно припоминал.
- У Марины? Та, которую твоя мама, значит, “отдала” ей? - ой, сколько сарказма было в этом вопросе, - Ну да, одной подарили, а вторая потом выкупит. Очень честно…
Ева и сама понимала, что нечестно.
- Ну да… - кивнула Ева, - Она хочет ее продать. Она не такая уж дорогая, миллион. Ну, как в среднем, они и стоят… Однушка. Но сорок квадратов.
Паша помолчал, задумчиво потирая подбородок.
- Миллион… Это, конечно, не двадцать миллионов, но и не три копейки. А что, у нее там ремонт, мебель?
- Нет, без всего. После бабушки все повыкидывали. Сейчас пустая. - Ева поспешила добавить, - Но город у нас маленький, Паш, мало предложений сейчас. И нам же надо где-то жить.
- Конечно, я думал о двушке…
- Но пока мы еще накопим на двушку.
Купить однокомнатную они могли. Хотя сейчас. Для двухкомнатной надо было подкопить, но а цены-то растут.
- Убедила, - сказал он, - Но ты уверена, что все будет официально? Я тебе говорил, Ева, я не хочу никаких “договоренностей на словах”. Мы покупаем квартиру, значит, она должна быть нашей. На бумаге.
Был у него уже один неприятный инцидент с ее родней…
- Да, конечно, Паша, - заверила его Ева, - Обязательно. Просто нужно поторопиться. Она хочет продать прямо сейчас.
Паша внимательно посмотрел на нее, будто мысли читать умел. Хотя, если б умел, то это бы спасло положение, потому что Ева собиралась сделать большую глупость.
- Ты уверена? - спросил он еще раз.
- Да, - выдохнула Ева, - Я все устрою.
В тот же вечер Паша уехал в очередную командировку. Он полностью доверил Еве все дела, связанные с покупкой. Ева, которая наврала ему, что все будет официально, брала ответственность на себя.
Передача денег в обмен на расписку состоялась уже на следующий день. Галина, Марина и Ева.
- Ну что, Ева? - спросила Марина, - Готова оформить наше маленькое дельце?
Ева кивнула и достала из сумки пачку денег. Она отдала их Марине, та их пересчитала и, не мешкая, протянула Еве лист бумаги. Расписка. С корявым почерком Марины, подписью и датой. В принципе, сойдет.
- Вот, - сказала Марина, улыбаясь, - Все в порядке. Деньги получила, квартиру отдаю. Ну, или почти отдаю.
- Что?
- Шучу-шучу, - исправилась Марина, - Чего ты такая напряженная? Расслабься. Не проиграла же ты эти деньги, а большое дело сделала - жилье купила.
Галина с умилением смотрела на дочерей.
- Вот видите, - сказала она, - Как все просто решается, когда есть взаимопонимание. И не надо ничего бояться.
Ева сложила расписку, убрала в папку и закрыла сумку. Но думала она о другом: “Официально. Я же хотела официально”. Но сейчас, глядя на улыбающихся мать и сестру, она почувствовала себя глупо. Ведь это просто формальность, верно? Они же семья.
***
Паша вернулся через две недели.
За это время Ева успела заказать мебель, которую они по вечерам выбирали, обсуждая все по телефону, перевезти в квартиру немного вещей и обустроить спальню. Больше всех новое жилье оценила Мила, их дочь, которой очень понравился размах детской площадки во дворе, а она была просто огромной.
- Я сначала сомневался… - говорил Паша, наконец-то, попав в новый дом, - Думал, извини, что твоей сестре веры-то нет. А все так замечательно вышло! И по цене получилось все-таки чуть дешевле, и до работы удобно добираться.
В их крошечном городе отовсюду удобно добираться до работы, но Паша хотел как-то похвалить Еву.
- И школя рядом.
- Да, и школа, - протянул он, - Спасибо, что уговорила меня.
Обживались, привыкали. Ева пыталась в их квартире воссоздать один из дизайнов, подсмотренных на популярном сайте, но получалось такое себе: креатива в избытке, а денег нет.
Но, как выяснилось, и не пригодилось.
В одну далеко не добрую субботу к ним завалилась мама.
- Мам, а ключи-то у тебя откуда?? - округлила глаза Ева, выбежавшая в коридор на звук открывания входной двери. Выбежала с вазой. Думала, их грабить пришли. И была недалеко от истины.
- Так Марина дала ж, - ответила мама, отряхивая обувь.
Надо было замки поменять…
- Мам, ты зачем приехала?
- А у меня к тебе срочное дело!
- И с чего такая срочность?
- Ева, - начала она без всяких предисловий, - Увы и ах, но вам надо съехать из Марининой квартиры. С грузчиками я уже договорила, помогут вам все вывезти… Хотя и вещей-то у вас немного. Мебель же увозить не будете? Ну, это было бы некрасиво с вашей стороны.
Ева не ошиблась - точно их пришли грабить.
- Мам, это уже моя квартира. Я же купила ее. С чего она опять стала Марининой?
Мама подтолкнула Еву к креслам.
- Ты сядь-сядь… И не спорь, - отрезала Галина, - Я ж не сама это выдумала. Марина тебя просила. Просит. Просит побыстрее съехать.
- Мам, зачем ей квартира, если у Бори дом есть? Или они, как дворяне, хотят теперь себе летний и зимний особняк? - воскликнула Ева.
У мамы на лице читалось - “сейчас я тебе все расскажу, ты аж расплачешься от жалости к сестре и немедленно соберешь вещи”
- Был дом, да сплыл, - обреченно произнесла она, - Это дом отца Бори, а его отец теперь сам там жить хочет. Дождался, пока они там ремонт начнут делать! Марине и Боре с детьми срочно нужно куда-то переехать.
- Но у них есть деньги с продажи этой квартиры! Они могут переехать, куда душа пожелает.
- Да какие деньги? Ты понимаешь, сколько стоит ремонт дома? Там подлатали, тут скважину сделали, тут теплицу поставили - и все, денег нет, а ремонт только начался.
Ой, врет. Врет она, что Марина и Боря все вложили в дом его отца.
- Но… как? - прошептала она, - А как же я? Мы же…
- Ты же умная девочка, Ева, - перебила ее Галина, - Придумай что-нибудь.
- Мам, что я придумаю? Все, баста, денег у нас больше нет. Все отдали Марине. Под твое и ее честно слово! Ты что мне обещала? Что родные люди не предают!
Мама с печальным видом произнесла:
- Мне грустно осознавать, что ты так о нас думаешь. Никто тебя не предавал. Марина ж не нажиться на вас решила, а ей с детьми идти некуда. Тут уж, извини, но сделка отменяется…
- Тогда пусть вернет деньги.
- Я же сказала - деньги потрачены.
Это не обсуждалось. После ухода мамы Ева плакала, злилась, снова плакала. А ей еще предстояло обо все рассказать Паше! Что тут будет…
Паша кричал так, что стекла в окнах дребезжали.
- Я просил все оформить! - это он уже немного прокричался, - Я просил, Ева! Я повторял! Я тебе все доверил! И уж никак не ожидал, что ты такая д***… Что нам теперь делать? Милости просим, на вокзал?? Я посажу и твою сестру, и мать!
Ева ни слова поперек ему не сказала. Сама она на себя и похуже ругалась. Доверилась маме. Подвела мужа и дочь.
- Ты понимаешь, что натворила? - продолжал Паша, а Еве захотелось провалиться сквозь землю, - Я тебе полностью доверял! Ну уж я никак бы не подумал, что ты квартиру без документов купишь. Даже в самом страшном сне мне такое присниться не могло!
- Прости…
- Что “прости”? Что? Как твое “прости” вернет нам деньги?
- Прости…
А больше и ответить было нечего.
Ругались так, что дело чуть до развода не дошло. Ну, Паша
В том же месяце они сняли комнату, потому что денег на квартиру не было. Маленькую комнату с шикарным видом на недостроенную новостройку. Мила, которая не любила, когда в их жизни появлялось много чужих людей, постоянно спрашивала:
- Когда мы вернемся домой? Тут в коридоре всегда кто-то ходит…
Конечно, ходит, это ведь коммуналка.
Паша ехидно заметил:
- У своей матери спроси, что она натворила, и почему у нас теперь нет дома!
Ева лишь опускала глаза.
Она сама не понимала, как могла на это повестись. С самого детства она боялась матери. Галина никогда не баловала Еву, в отличие от Марины, с которой всегда сюсюкала. Еве же прилетало за все подряд, даже за то, чего она не делала. И этот страх опять сыграл с ней злую шутку.
Однако жизнь продолжалась.
Худо-бедно, но им удалось поправить свое материальное положение. После долгого и тяжелого разговора Паша нашел в себе силы простить Еву. Спустя полтора года они влезли в ипотеку - взяли двушку подальше от того дома, где раньше жили.
Ева даже не позвонила матери и Марине. Потому что они еще и обижались на нее! Обиделись на то, что Ева, под давлением Паши, пошла в суд с той распиской, чтобы хоть как-то вернуть потраченные деньги. В итоге Марина, которая так и не нашла работу, теперь платила Еве по пять тысяч в месяц. И еще смела обижаться!
Галина же, как обычно, искала виноватых.
- Кого я воспитала, - говорила она Еве, - Что ты подала на сестру в суд? Как такое может в голову прийти? Если между родными есть недопонимания, то его надо решать внутри семьи. Кому доверять, если не родным? Наверное, твой муженек настоял. Он всегда нас ненавидел.
Ева неизменно отвечала:
- Нет, Паша тут не при чем.
Но неожиданно, спустя какое-то время, тон матери изменился. Однажды она даже заглянула к Еве с гостинцами и… неожиданным предложением.
- Ева, - сказала она, - Раз все так хорошо закончилось, ты успокоилась, наконец-то, то у меня к тебе сразу вопрос - ты пустишь сестру пожить у тебя? Они с Борей продали квартиру, чтобы... ну, им было нужно.
“Им было нужно” прозвучало как-то подозрительно.
- Что на них нашло, что они единственное жилье продали? - спросила Ева, - Как я понимаю, Боре отцовского дома теперь не видать.
- Ну, они… - замялась Галина, - они продали квартиру, чтобы… В общем, им срочно нужны были деньги.
Ева мысленно улыбнулась. Она знала, что “надо им было” означает, что они на быструю прибыль повелись и вложили деньги во что-то рискованное.
- Забирай их к себе, мам, - сказала Ева, - Если так переживаешь.
Мама округлила глаза:
- Я? К себе? - возмутилась она, - Я в однокомнатной квартире живу! Ты забыла?
- Ну, ты сама же поменяла трешку на однушку, - ответила Ева, - Остаток денег ты потратила. Еще говорила, что большая квартира тебе без надобности, только платить и убираться больше.
Галина стукнула кулаком по столу.
- Матери хамить вздумала?
Но Еву, после того, как она осталась без квартиры и чуть не потеряла мужа из-за своей глупости, стучанием по столу не напугаешь.
- Нет, мам, - сказала она, - Это не хамство. Ты о них беспокоишься - ты их и забирай. А меня судьба Марины не волнует. Вас же всех не волновало, куда мы пойдем, когда вы нас с квартирой кинули.
Ева вывела мать из квартиры.
- Вспомнишь потом мать… да только может быть поздно, - попрощалась Галина.
Именно в этот момент, когда дверь захлопнулась, Ева почувствовала, что впервые за много лет она по-настоящему свободна.