Упоминания о том, что Сталин был недоволен ходом или результатом различных операций, можно встретить немало. Например, в случае со Сталинградской битвой его недовольство упоминают по поводу слишком долгой ликвидации окружённой немецкой группировки. Могу добавить, что было явное недовольство, отражённое в документах, по поводу сроков сентябрьского наступления наших войск севернее Сталинграда. Упоминается и недовольство итогами операции по прорыву Ленинграда.
В большинстве случаев (за редким исключением) информация идёт из различных воспоминаний, то есть источника крайне ненадёжного, к которому следует относиться с большой осторожностью. Поэтому я и поставил такую формулировку в заголовке. Ибо обсуждать степень достоверности утверждений о недовольстве Сталина смысла нет. А вот рассмотреть под определённым углом события того периода — осени и зимы 1942-43 годов, мы вполне можем себе позволить.
Давайте подумаем, были ли причины для недовольства.
Собственно, толчком для статьи послужил комментарий, в котором в очередной раз победа в Сталинградской битве представлялась как некий поворотный момент в войне, после которого уже началось неумолимое шествие к победе. А всякие попытки уточнить, что Сталинград был лишь одной операцией из многих, которая удалась, и реального перелома ещё не было, поскольку была ещё целая череда неудач, вызывают бурю негодования.
Поэтому давайте сначала про Сталинград.
О том, как Сталин в первые дни сентября звонил Маленкову в Сталинград, требуя ускорить начало наступления, я приводил документы. Документальных свидетельств его недовольства позже я не находил, но учитывая провалы наших последующих наступательных операций, повод для недовольства был. Фронт Гордова в сентябре и Рокоссовского в октябре съедали почти все резервы, отправляемые под Сталинград, а результата не было. Едва ли кого-то в Кремле могло такое радовать. Версия о том, что Сталин очень недоволен был темпами ликвидации окружённых в Сталинграде войск и тем, какие силы были так скованы, тоже выглядит вполне достоверной. Семь наших армий весь декабрь и январь вели наступление с целью разгромить армию Паулюса. Добивание окружённых немцев стоило нам от 180 до 200 тысяч убитых и раненых (более точно посчитать у меня пока не получилось).
Тут ещё надо отметить, что окружение немцев под Сталинградом силами Юго-Западного фронта в результате привело к срыву более масштабной и значимой операции по окружению немцев на Кавказе. Силы Юго-Западного фронта Ватутина, который и должен был сделать рывок к Ростову-на-Дону, были подорваны операцией «Уран», что позволило немцам успешно уйти с Кавказа с минимальными потерями.
Инерция Сталинградского сражения привела к нашим победам на Воронежском направлении. Были разгромлены войска союзников — Венгрии и Италии. Однако повторить успех Сталинграда не удалось — немцы отошли и окружить себя не дали.
Но это на юге. Стоит вспомнить, что наступление под Сталинградом и ещё более мощное наступление на Ростов, были лишь частью боевых действий на советско-германском фронте. Наш Генштаб, по личному требованию (если верить мемуарам) Сталина, планировал постоянно наступление по всем фронтам. Поэтому оставляя южный фланг, мы вспомним, что был ещё Ржевский выступ, имеющий, как минимум, не меньшее значение, чем Сталинград. Где наши войска ждал очередной провал и огромные потери в очередном наступлении (операция «Марс»). Едва ли результаты боёв на Ржевском выступе вызывали в Кремле позитивные эмоции.
Ещё один успех был у нас в тот период — операция «Искра», в результате которой удалось прорвать Блокаду. Успех огромный, к которому шли с первых дней сентября 1941 года. Однако и тут, как пишут, Сталин был недоволен.
Чем он мог быть недоволен? Ну, во-первых, наверное, тем, что в результате был прорван лишь узкий, насквозь простреливаемый коридор вдоль Ладоги, по которому снабжать город полноценно было невозможно.
Во-вторых, огромными потерями в ходе наступления. Наши войска потеряли 115 082 человека, чуть менее трети личного состава участвовавших в операции войск.
Дальнейшее же наступление по расширению прорыва ни к чему не привело, кроме новых огромных потерь.
Последовавшая за этим операция «Полярная звезда» — ещё одна попытка окружить и разгромить всю группу армий «Север», оказалась неудачной. Немцы сами ушли с Демянского плацдарма, что позволило им усилить оборону этого участка фронта и не дать нашим войскам выполнить поставленные задачи.
В феврале, покончив со Сталинградом, фронт Рокоссовского перебрасывается на новое направление — после долго перерыва снова готовят наступление на орловско-брянском направлении. Цели перед Рокоссовским грандиозные — окружить всю группу армий «Центр». Однако и на этом направлении наши войска ждёт неудача — все поставленные задачи не удаётся выполнить. Не то, что Гомель и Смоленск не освобождены, даже к Орлу ближе не подошли толком.
Возможно, что в неудачном наступлении Рокоссовского Сталин винил себя — это его личное вмешательство привело к тому, что наступление начали, когда больше половины войск ещё только выдвигались к фронту. В любом случае провал налицо, а тут ещё и немцы ушли с Ржевского выступа, не дав себя разгромить и нанеся нашим войскам в ходе своего отступления большие потери.
Про немецкое наступление под Харьковом напоминать, наверное, нет нужды.
Я специально предложил вам именно такой взгляд на события, совсем не для того, чтобы утверждать о том, как всё было плохо (но всё одно кто-то начнёт чушь писать в комментариях о том, как же тогда победили). Напомню, что целью было понять, могли ли быть у Сталина поводы для недовольства событиями того периода. Как мне кажется, их выше крыши. Как же он на самом деле воспринимал происходящее, мы никогда не узнаем. Но, впрочем, это не столь важно. Важно знать, как же было, в цифрах и фактах.
Ну а в развитии темы хочу вам предложить свою старую заметку:
Почему Сталин счёл операцию по прорыву Блокады Ленинграда неудачной?