Предыдущая часть:
Катя поехала на старый автовокзал. В их небольшом городке ходили в основном автобусы пригородного сообщения. Посторонних здесь почти не бывало — в основном жители соседних поселков. Она бывала тут пару раз с отцом, но тогда у него никаких знакомств на автовокзале не было. С трудом она отыскала того самого сторожа — ей дали его телефон. Пожилой мужчина был не на смене.
Разговаривать с ней он поначалу отказался. Но Катя была настойчива и сумела убедить Михаила Ивановича встретиться и поговорить. Они общались на тихой улочке — дедуля даже не хотел приглашать ее домой, но, узнав, что она дочка Павла Васильевича, немного смягчился.
— Не ворошила бы ты это осиное гнездо, — вздохнул он, выслушав Екатерину. — Пусть старые тайны останутся похороненными вместе с их обладателями.
— Я не могу, — призналась она. — Муж развернул против меня нехорошую игру, и если я проиграю, то потеряю сына, а он самое дорогое, что у меня есть.
— Эх, дело-то прошлое, — неохотно проронил Михаил Иванович. — Мы с твоим отцом были знакомы давно, еще в армии вместе служили. Я местный, а он сюда переехал потом. На первых порах помогал найти дом приличный, на работу устроиться. А потом пришел черед Димки меня выручать — остался на пенсии ни с чем, на копейке не выжить. На складе он как раз стал заведовать, вот и взял меня сторожем.
— Это понятно, — кивнула Катя. — Но о каких тайнах идет речь?
— Да все просто, — усмехнулся сторож. — Заметил Дима, что по накладным материалы проходят на большие суммы, а на наш склад, откуда они должны отгружаться, не попадают.
— Он стал выяснять, в чем дело, и вскрыл какие-то махинации, но сразу обнародовать не стал. Бормотал все, что должен поговорить с зятем, а тот в офисе сидел начальником.
— В общем, не знаю, поговорил или нет, но стал Дима еще более мрачным и замкнутым, — продолжил он.
— Да, папа перед смертью сам не свой ходил, — кивнула Екатерина. — Стал дом запирать, хотя раньше никогда так не делал, все шутил, что людям надо доверять.
— Вот и я о том же, — подтвердил сторож. — Все с папочкой ходил, а потом уехал куда-то, целую неделю взял отгулами. Но куда ему было податься? У нас ведь кладовщики на объекты строительства не выезжают.
— Да, я помню, но папа нам не рассказал, — кивнула Катя. — И что делать? Как это узнать?
— Да ты бы дослушала, торопыга, — сказал с усмешкой Михаил Иванович. — Отец твой, когда вернулся, конверт мне отдал. Сказал: "Спрячь на всякий случай". Ну вот и лежит он до сих пор. Будешь забирать?
— Конечно, — обрадовалась Катя. — А вы не знаете, что там?
— Взял грех на душу, полюбопытствовал после его смерти, — вздохнул дедуля. — Ключ, а еще бумажка с цифрами. Мне своим умишком такого шифра не понять.
Он протянул ей конверт, пожелтевший от времени. Екатерина заглянула внутрь. Ключ выглядел странно, и сторож пояснил, что такие же у них на автовокзале в ячейках. И Катя поняла, что цифры указывают на место, к которому подходит ключ.
Она отправилась домой. А на прощание сторож выразил надежду, что они больше не увидятся. Он явно до сих пор боялся и после передачи конверта как будто с облегчением вздохнул.
Открывать ячейку они отправились с Сергеем — ехать в одиночестве как-то не хотелось. Внутри обнаружилась старая цифровая камера. Они осторожно положили ее в сумку, а вечером, дождавшись, когда сын уснет, Екатерина включила запись. На экране возникло лицо ее папы, перекошенное от испуга, — говорил он торопливо, сбивчиво.
— Дочка, я знаю, ты у меня умная девочка, — произнес он. — Если со мной что-то случится, найди доказательства. Они в дачной бане под третьей слева плиткой у порога. Там правда про...
На этом месте запись оборвалась. Было непонятно, отец выключил камеру или памяти не хватило, но в любом случае предстояло проверить эту наводку.
Они с Сергеем отработали свои смены и в выходной Екатерины поехали на дачу. Об этом тут же узнала любовница мужа. В последний свой визит на дачу Коля прикрепил там камеру с датчиком движения. Света немедленно позвонила ему, и они вместе бросились на дачу. В эту поездку Екатерина и Сергей взяли с собой Мишу — решили устроить пикник на природе для себя и ребенка, чтобы не вызывать лишних подозрений. Потом планировали растопить баню и провести поиски, но муж с любовницей этого не знали, так что примчались на место почти сразу за ними. Поскольку ехали Николай с Светой на машине, то прибыли вслед за хозяйкой дачи.
Екатерина изумленно рассматривала ворвавшегося в калитку мужа, а он с порога начал возмущаться.
— Я знаю, ты приехала, чтобы меня опередить, — сказал он. — Говори, куда твой отец спрятал все это?
— Ты о чем? — удивилась она, не понимая, как муж с любовницей так быстро узнали об их прибытии. — Совсем уже помешался на поисках кладов? Не было у папы никаких богатств.
— Ты ведь сама ничего не знаешь об этом, — заорал на нее Коля. — Я же сказал: отдай дачу и отойди в сторону. Гараж можешь себе оставить, мне он без надобности.
— Ты ничего не получишь, — упрямо ответила Екатерина.
— Говори, что ты тут ищешь, — кинулась на нее любовница. — И не изображай тут счастливое семейство на выезде. Ты на эту дачу неделями не ездила, а теперь зачастила, вынюхиваешь что-то, да? Выкладывай, в чем дело.
— Я тебе вообще ничего не обязана говорить, — огрызнулась Екатерина. — И вообще, уезжайте отсюда, я никого не звала на свой участок.
Любовница набросилась на нее. И в этот момент Миша сильно испугался. Мать краем глаза заметила признаки начинающегося приступа. Сюда, на дачу, скорая бы просто не поехала. В этот момент Света в азарте изо всех сил толкнула её, и Катя ощутила, что падает на землю. Миша закричал, потом захрипел и начал задыхаться. Приступ был сильным. Екатерина с трудом на четвереньках поползла к сыну. Голова гудела, в глазах двоилось и плыло.
В этот момент Сергей подскочил к Мише. Он подхватил мальчика и унес его в дом. Нашел ингалятор, купировал приступ.
Катя с трудом поднялась и с ненавистью посмотрела на мужа. Тот стоял бледный, испуганный. Любовница тоненько визжала на одной ноте, а Катя понимала, что с этими людьми ее больше ничего не связывает. Они не смели рисковать здоровьем ее сына.
— Убирайтесь, и чтобы я вас больше не видела, — прошипела Катя, двинувшись на них. — И даже не думайте что-то мне доказывать или говорить, что случайно напугали Мишу. Учти, у меня теперь есть свидетель для суда, который расскажет и о том, что творила эта ненормальная девица, и о твоей любви к сыну. Глубже себя закопать вы точно не могли.
— Ты какого лешего полезла? — накинулся Коля на Свету. — Ехали же просто поговорить.
— Это была твоя идея напугать ее сильнее, — рявкнула в ответ любовница. — Сам стоишь, ничего не делаешь, а я виновата.
Они наконец покинули участок. На даче остались только Екатерина, Сергей и Миша, который к этому времени полностью пришел в себя. Катя уже и не знала, как отблагодарить коллегу, который снова спас её ребёнка, а тот вовсе не считал, что совершил какой-то исключительный поступок. Но разница была налицо: родной отец даже пальцем не шевельнул, чтобы помочь сыну, а чужой человек, не раздумывая, бросился на помощь.
Екатерина поймала себя на мысли о том, как была слепа все эти годы. Верила мужу, думала, что он изменится, а нужно было давно перестать тешить себя иллюзиями и найти для сына по-настоящему заботливого отца.
Под покровом ночи, когда Миша уже уснул, Екатерина и Сергей отыскали и открыли тайник в бане. Там обнаружилась папка с документацией и флешка. Ее они отложили на потом, а вот бухгалтерские отчеты и сметы изучали до утра. Масштабы аферы поражали. Здания же возводили из дешёвых аналогов, которые не прошли бы ни одну экспертизу.
В этом деле явно было замешано немало людей, и все это заметил честный кладовщик. Как стало ясно из документов, он больше года отслеживал махинации, надеялся придать факты огласке, но не успел. Умер на этой самой даче от разрыва сердца согласно официальному заключению. Но теперь Екатерина вовсе не была в этом уверена. Ей стало ясно, что Коля в этом не был замешан, но, видимо, хотел поживиться плодами трудов ее отца и, возможно, тесть советовался с ним по поводу компромата. Вот только ее муж явно не стал бы это обнародовать, скорее использовал бы как элемент шантажа и спокойно доил своих работодателей, получая при этом неплохие деньги.
Теперь Екатерина убедилась, что муж способен на любую подлость. Эти бумаги действительно могли стоить компании миллионов и репутации. Она понимала, обладательницей чего стала.
— Но что с этим делать? — растерянно спросила она у Сергея. — Мне как-то страшно, если все это пустить в ход, мы же окажемся под ударом, я и сын в первую очередь.
— Видишь ли, твой отец не спешил идти в полицию, и что с ним стало? — спросил Сергей. — Не стоит ждать, чем быстрее ты избавишься от бумаг, тем лучше. И пусть с этими махинациями разбираются там, где положено.
— Но я ведь даже не знаю, к кому обратиться, — вздохнула Катя. — У застройщика наверняка свои люди в полиции есть.
— Прав был Михаил Иванович, некоторые тайны лучше похоронить и не откапывать, — добавил он. — Но надо уже довести дело до конца. Я посоветуюсь с Валентиной Борисовной.
Утром они уехали с дачи. Екатерина с грустью смотрела на это место и понимала, что испытывает только сожаление о прошлых счастливых днях, но больше не хочет иметь к даче никакого отношения. Возникло только одно желание: продать участок, когда все закончится, и дальше спокойно жить с сыном без интриг и старых тайн.
Шпионы, любовница и муж Екатерины вскоре узнали, что владелица кафе ходила в следственный комитет, и это стало еще одним поводом, чтобы побольнее ударить Екатерину. Любовники понимали, их секреты вполне могут всплыть на поверхность, так что решили сделать все для своей победы. Они задумали подставить жену Николая, отправить ее в тюрьму и опозорить на весь город.
С этой целью Света приобрела кое-что запрещенное в объеме, достаточном для того, чтобы возбудить уголовное дело. Они с Колей планировали подкинуть сверток в кафе, а потом вызвать туда полицию, объявив это тихое семейное заведение притоном, где торгуют опасными веществами. Свои замыслы любовники без всякого стеснения обсуждали по телефону. Секретаршу в агентстве, скромную Олечку, Света вообще за человека не считала — видела в ней помесь мебели и кофеварки.
— Да, милый, закроется это кафе у Валентины, — усмехалась она, вертя в руках телефон. — Я бы многое отдала, чтобы посмотреть на лица хозяйки и твоей бывшей жены, когда их придут арестовывать, это будет зрелище, которое я запомню надолго.
— Я бы тоже не отказался от такого шоу, — усмехнулся Коля в ответ. — Конечно, после этого придется какое-то время поизображать хорошего папашу, чтобы не вызвать подозрений, но ты же потерпишь ребенка рядом, не так ли?
— Не знаю, мне твой мальчишка никогда не нравился, — протянула Света, закатывая глаза. — А нельзя его сразу как-то сдать в интернат, чтобы глаза не мозолил? У меня же не приют для сирот, кто вообще будет заниматься ребенком, пока мы на работе?
— Ты не понимаешь, — прервал ее Коля. — Он может знать, куда его мать спрятала то, что мы ищем, а ты просто хочешь сдать его в интернат, даже не поискав это сокровище.
— Ой, да может, мы вообще гоняемся за призраком, — усмехнулась Света. — Я предпочитаю смотреть на вещи реально, без этих твоих фантазий.
— Твоя жена в тюрьме быстро сообразит, что ребенка придется растить отцу, — продолжила она. — Перепишет и дачу, и гараж, мы их продадим, и появятся реальные деньги, а не твои мифические миллионы.
— Ой, да перестань, — отмахнулся Николай. — Там точно что-то стоящее, видела бы ты, как старик тогда был перепуган, он же мне звонил в день смерти, бормотал что-то про встречу, про масштаб обнаруженного.
— В общем, я уверен, там что-то стоящее, и на этом можно неплохо погреть руки, — добавил он.
— В общем, сегодня вечером посылка уже прибудет в кафе, — хихикнула Света. — Нет, нам точно нужна камера, чтобы посмотреть на их удивленные рожи, давай-ка попросим нашего шпиона ее поставить.
— Не хочу пропустить такой момент, — продолжила она.
— Да делай, что хочешь, — сказал Николай. — Лишь бы без проколов, учти, второго шанса может и не быть.
Света положила трубку и тут же начала названивать своему помощнику. Это был парнишка-курьер, доставлявший еду из кафе конкурента. Он вечно был на мели, так что легко согласился на эту странную подработку. Оставалось лишь отправить его с посылкой.
Слушавшая все это Оля не выдержала. Она дождалась, когда противная Света уйдет — та на прощание обозвала секретаршу чучелом и вообще заявила, что та должна радоваться, что ее хотя бы сюда взяли. Оля проводила рыжеволосую красотку взглядом, полным ненависти. Она любила ходить в кафе у Валентины — там вкусно кормили, а повар всегда была приветлива. Так что Ольга решительно схватила телефонную трубку и нашла номер заведения в справочнике.
— Я вас слушаю, — пропела Валентина Борисовна, отвечая на звонок. — Хотите заказать еду или столик забронировать?
— Нет, у меня послание от вашего анонимного друга, — тихо сказала Оля и выложила все, что услышала.
— Вот как, — вздохнула Валентина Борисовна. — Спасибо, пусть анонимный друг знает, что он всегда желанный гость в нашем заведении.
— Ну а если решит уволиться, то может приходить работать к нам, — добавила она.
Продолжение :