Следующая история как продолжение рассказа "По ту сторону" - для размышления... или просто как забавный эпизод развеять скуку.
Потеряшка
Тоска… Одна большая и печальная очевидность… Потапову тяжко. У реальности новый оскал. Правда, не такой кусучий как в момент попойки, но прекрасного в нём мало. Да сейчас вообще не до прекрас. Только сон и радует.
Во сне хорошо. Нет там сурового врачебного надзирания. Да там вообще докторов не видно. Только девчонки-медички и снятся. И медсестры те – всё больше по другим делам мастерицы, капельницы совсем ставить не умеют. Но хороши до безобразия.
Действительность же мрачна. Не до черной смоли, конечно, но серости предостаточно. Потапову реабилитация непросто дается. Бытие хоть и просветляется иногда, всё же медицинские препараты имеют действие, но в целом лечение даётся туго. У лекарств свои ограничения, а у Потапова – свои возможности. Конфликт интересов неизбежен. И сегодня чуть окрепший, – так уж кажется Потапову, – пациент капризничает, предъявляя какие-то претензии.
– Доктор, – спрашивает Потапов лечащего врача, – меня здесь надолго упрятали?
– А это, милейший, не от меня зависит… не от меня, – отвечает доктор, чуть смещая на нос маленькие прямоугольной формы очки. Эдакий жест докторской заботливости и внимательности к проблемам пациента. А какие у любителей хмельных напитков могут быть проблемы? Достаточно одного внимательного врачебного взгляда, чтобы выявить суть дела. Переизбыток дурман-снадобья виден и в лице больного, и в его теле. – Пока есть те, кто платит за ваш так называемый отпуск, будет и лечение.
– И кому же это я так не угодил, – удивляется Потапов. Вопрос задает не столько врачу, сколько самому себе, – заперли за решетку, да еще за это платят?
– Вы бы, милейший, поуважительней к тем, кто за вас поручился, – произносит доктор на правах как лечащего врача, так и старшего по возрасту. Потапову доктор годится чуть ли не в отцы.
– Хм… поручились… А на окнах решетки зачем?
– А у нас тут, знаете ли, не пансион для благородных девиц, – отвечает сарказмом доктор. Видимо, еще тот шутник. – Здесь всякого люда хватает.
– Сбегают от пыток, что ли? – иронизирует Потапов шуткой на докторский сарказм.
– Хм… Что ж, голубчик, вижу вам уже получше, – произносит доктор, бросив пристальный взгляд на Потапова. Затем, взявшись за подбородок пациента, поворачивает голову Потапова в правую сторону, после в левую. Через пару секунд проделывает манипуляцию с нижними веками пациента на предмет осмотра глазных яблок. Доктор особо не церемонится, оттягивает одновременно вниз оба века со словами: – Шутками забавляетесь… Так-так… Ну, в таком случае, надолго задерживать не будем. Так и быть, выпустим пленника…
Уже вдогонку уходящему доктору Потапов кидает последний вопрос:
– Так все же, когда мне на свободу? Душно у вас тут… Из палаты только выйдешь, а там медсестра хвостом повсюду. То в одном месте вето наложит, то в другом. Благо палата с удобствами. Хоть в туалете без слежки обхожусь. Доктор, мне б это… воздуха свежего глоток.
– Что ж… пропишу я вам воздуха глоток. Сегодня же пропишу. Прямо после обеда… и пропишу.
Доктор скрывается за дверью палаты. Через минут пять заходит медсестра – ангел в белом – и сообщает о послеобеденной прогулке.
Прогулка оказывается недолгой. Хватает и десяти минут. Свежий воздух валит Потапова с ног. Хорошо медсестра рядом оказывается – всё же есть польза от надзирателя в белом – подхватывает больного вовремя. Рука помощи протянута. На то она и медсестра, чтобы протягивать руку помощи в нужный момент.
Пьяный угар, в котором Потапов находился последнее время, сделал свое темное дело.
– Да, голубчик, не жалели вы себя. Здоровьицем-то слабоваты… – констатирует медсестра, когда ведет Потапова под руку по коридору, – вам бы свой хмельной энтузиазм поубавить надобно... А то так не хватит здоровьица надолго.
До палаты Потапова остаются считанные метры, когда в конце коридора появляется женский силуэт. Парит мимолетно, исчезая в одной из палат.
– Кто это? – спрашивает Потапов у медсестры.
– Где? – отвечает медсестра вопросом на вопрос.
– А та женщина… в конце коридора.
– Пациентка, наверное… или одна из нас, – говорит медсестра, заводя Потапова в палату. – Вам бы, голубчик, о своём здоровье подумать… А не о женщинах.
Медсестра особо не церемонится с пациентом. Уложив на кровать, тут же покидает палату, закрыв за собой дверь. Потапов вновь один, вновь наедине с самим собой.
«Всё же здесь не совсем тюрьма, – рассуждает Потапов, глядя на зарешеченное окно, – и женщины имеются… А мне это зачем? Ногами еле двигаю. Свежего воздуха так обдышался! Чуть кони не двинул… вместе с ногами. Спасибо сестричке. Без неё… точно бы башку себе разбил. Хм… Все ж полезные они… эти медсестры. А та… другая… Кто она?.. Может, видел когда? А на кой она мне вообще?..»
Недолгим оказалось размышление. Усталость, обладая снотворным действием, усыпляет Потапова.
Сонный провал…
– Эй… мужчина, – слышит сквозь сон Потапов...
Продолжение следует...
А если Вам уже сейчас хочется узнать продолжение, то на книжных платформах Литрес и Литнет Вашему вниманию книга "Ночная встряска" – рассказ "Потеряшка" вошел в данный сборник.
Благодарю за Ваше внимание, за Ваш интерес к моему творчеству. Буду признательна за подписку!
Всегда с Вами, Марина