Снова туфли? Серьезно? У тебя их уже не счесть! — Дмитрий кивнул на пакет с логотипом элитного бутика, который Алиса только что оставила в прихожей.
Она замерла, сжимая ключи в ладони. Этот разговор витал в воздухе уже давно, и вот он грянул.
— Да, Дима. Снова. Для важной встречи с инвесторами. — Голос ее звучал спокойно, но внутри уже бурлило.
— Сколько на этот раз? Пятнадцать? Двадцать тысяч?
— Восемнадцать. С хорошей скидкой, — она прошла на кухню, не глядя на него.
Дмитрий последовал за ней, не отпуская тему:
— Алиса, ты сама понимаешь, что это безумие? Постоянно новые сумки, платья, туфли. Денег резиновых нет!
«Твоих денег не резиновых, — подумала Алиса, включая чайник. — А вот твоей матушке переводить можно без конца».
Месяц назад все открылось случайно. Дмитрий забыл телефон на столе, экран загорелся от уведомления. Алиса машинально взглянула и увидела сообщение банка: «Перевод Елене П. выполнен. Сумма восемьдесят тысяч рублей».
Восемьдесят тысяч! Половина его месячного дохода. От шока Алиса открыла банковское приложение — пароль не требовался. История переводов шокировала еще сильнее: ежемесячные платежи свекрови начались сразу после свадьбы. Полгода назад. Одна и та же сумма. Один и тот же день месяца.
С тех пор она знала. Молчала. Ждала, что муж сам все расскажет. Он так и не сказал ни слова.
«Безумие — это когда взрослый человек тайком спускает половину зарплаты маме, но считает каждую копейку жены», — пронеслось у нее в голове.
— Дим, я покупаю это на свои деньги. Ты же в курсе, что я неплохо зарабатываю.
— Неплохо? — он усмехнулся. — Алиса, я зарабатываю втрое больше. Мы семья, нужно планировать траты вместе.
«Странно, о переводах матери ты со мной не советуешься», — хотела сказать она, но сдержалась.
Алиса действительно хорошо зарабатывала как руководитель проектов в крупной логистической фирме. За девять лет она выросла от обычного менеджера до незаменимого сотрудника. Дмитрий с его программистскими талантами получал больше — айтишники сейчас на вес золота. Они договорились вести раздельные бюджеты: общий счет на квартиру и коммуналку, личные траты — каждый за себя.
По крайней мере, так она думала до той находки в его телефоне.
— Дим, хватит. Я устала. Тяжелая неделя была, завтра презентация перед советом директоров. Мне нужны были эти туфли, потому что старые уже никуда не годятся.
— Я просто хочу, чтобы ты думала о будущем, — он смягчился, но нотки менторства остались. — О детях, которых мы хотим. О новой машине.
Алиса едва не поперхнулась чаем.
«О детях? О машине? А как насчет денег, которые ты каждый месяц переводишь матери? На них можно было бы и детей растить, и машину купить, и квартиру побольше!»
Но она лишь кивнула:
— Конечно, милый. Я понимаю.
Дмитрий обнял ее за плечи:
— Вот и отлично. Я просто забочусь о нас.
Алиса прижалась к нему, пряча лицо. Она чувствовала — долго это не продлится. Котел уже кипел.
— Алиса, ты бы хотя бы салфетки приличные купила, — Елена Павловна поджала губы, оценивающе глядя на стол. — Эти совсем выцвели.
Алиса медленно сосчитала до пяти, прежде чем ответить. Воскресные обеды со свекровью превратились в пытку.
— Елена Павловна, я покупала их на прошлой неделе. Специально к вашему приходу.
— Правда? — свекровь театрально подняла брови. — Наверное, некачественные. Я в своем любимом магазине беру, они годами служат.
Дмитрий, расставлявший тарелки, сделал вид, что не слышит. Как обычно.
— Садись, мам, — он придвинул стул. — Алиса сегодня такой борщ приготовила. Пальчики оближешь.
— Надеюсь, не из этих отравленных кубиков? — Елена Павловна поправила безупречную прическу. — Терпеть не могу химию.
— Из домашнего бульона, — процедила Алиса, разливая борщ. — Варила четыре часа.
Свекровь кивнула с видом, будто оказала милость, согласившись отведать еду невестки. Алиса представила, как выливает кастрюлю на голову этой самодовольной женщины.
Елена Павловна владела большой трехкомнатной квартирой в центре — наследство от покойного мужа, работавшего директором завода. У нее была дача за городом и новенькая иномарка. Пенсия приличная, плюс льготы как вдове заслуженного работника. О финансовых проблемах речи никогда не было. Наоборот, Елена Павловна обожала щеголять своей обеспеченностью.
— Представляете, я вчера присмотрела себе новую шубу, — начала она, пробуя борщ. — Норковую, серого цвета. Такая элегантная! Продавщица сказала, что мне очень к лицу.
— Мам, у тебя же есть шуба, — заметил Дмитрий.
— Димочка, той уже три года! — она всплеснула руками. — Она уже не в моде. Женщина в любом возрасте должна выглядеть достойно.
Алиса сжала кулаки под столом. Новая норковая шуба — это как минимум двести тысяч. Те самые деньги, что Дмитрий переводил матери последние месяцы.
— А сколько такая шуба стоит? — спросила она нейтрально.
— Алиса, о таких вещах не спрашивают, — Елена Павловна поморщилась. — Это неприлично.
— Просто любопытно. Может, и я себе присмотрю.
Свекровь окинула ее оценивающим взглядом:
— Тебе пока рановато такие вещи носить. Да и... — пауза, — не с твоими расходами на безделушки.
Дмитрий поперхнулся. Алиса замерла с ложкой в руке.
— Что вы имеете в виду?
— Димочка рассказывал, что ты очень любишь дорогие покупки, — свекровь промокнула губы салфеткой. — Это твое право, конечно. Но когда молодая семья, нужно быть разумнее.
Алиса медленно повернулась к мужу:
— Димочка рассказывал?
Дмитрий покраснел и уставился в тарелку:
— Я просто упомянул про туфли...
— И про сумку, и про платье, и про другие твои покупки, — подхватила Елена Павловна. — Дима переживает, что так вы никогда не накопите на свое жилье.
Внутри Алисы все закипело. Значит, муж обсуждает с мамой ее покупки? Те самые, что она делает на свои деньги? При этом сам тайком отправляет матери огромные суммы?
— А вы не думаете, Елена Павловна, — медленно произнесла Алиса, — что на жилье можно было бы накопить быстрее, если бы кое-кто не тратил деньги на... посторонние нужды?
— Что ты имеешь в виду? — свекровь нахмурилась.
— Ничего. Просто размышляю вслух. Простите, нужно проверить второе.
Она ушла на кухню, чувствуя, как дрожат руки. За спиной послышался шепот Дмитрия:
— Мама, зачем ты начала?
— А что такого? — громким шепотом ответила Елена Павловна. — Она должна понять, что семья — это ответственность. Не все на наряды тратить.
Алиса стиснула зубы и с грохотом поставила форму на стол. Терпение заканчивалось.
— Опять? Серьезно? — Дмитрий встретил Алису в прихожей, указывая на пакет. — Мы же обсуждали это!
Последняя капля испарилась. День на работе был адским, а теперь еще и это.
— Да, Дима, опять. Я купила костюм для международной конференции, где буду представлять компанию.
— И сколько?
— Тридцать пять тысяч.
— Тридцать пять?! — он раскрыл глаза. — Ты в своем уме? Это же почти половина твоей зарплаты!
Что-то внутри Алисы оборвалось. Она медленно повернулась:
Думаешь, я не в курсе твоих переводов? Восемьдесят тысяч! Каждый месяц! Это можно, да? А мне костюм за свои деньги купить нельзя?
— Откуда ты знаешь? Ты копалась в моем телефоне? — Дмитрий шагнул вперед.
— Можно и так сказать! В отличие от тебя, я не прячу свой телефон! Меня уже тошнит от твоего лицемерия!
— Я помогаю матери! Это нормально!
— Нормально? — Алиса рассмеялась. — Твоя мать живет в трехкомнатной квартире в центре, у нее машина и дача. На днях хвасталась шубой за двести тысяч. И ей нужна помощь?
— Не смей так говорить о моей матери!
— А как говорить? Она обсуждает мои траты на одежду, которую я покупаю на свои деньги, но спокойно принимает от тебя восемьдесят тысяч ежемесячно! А ты вместо того, чтобы это прекратить, поддакиваешь ей!
— Потому что она права! — выкрикнул Дмитрий. — Ты только и делаешь, что соришь деньгами!
— Своими деньгами, Дима! Своими! — Алиса подошла вплотную. — Я зарабатываю их сама. Не выпрашиваю у тебя, как твоя мамочка, и не беру из общего бюджета. А ты? Ты даже не нашел смелости рассказать мне!
— Я не обязан отчитываться...
— Обязан! Потому что мы семья! Или семья для тебя — это только когда нужно контролировать жену? А самому можно спускать деньги на прихоти матери?
Дмитрий стоял, сжав кулаки:
— Я не позволю...
— О, конечно! Мамочка святая! — Алиса развела руками. — Ты маменькин сынок, который не может построить свою семью. Двуличный человек, который учит жену экономии, а сам тайком спонсирует мать!
— Заткнись! — рявкнул Дмитрий.
— Нет! Потому что я больше не могу молчать! Хватит изображать заботливого мужа. Ты просто не вылез из-под маминой юбки. А мне надоело быть второй в твоей жизни после мамочки!
Дмитрий ударил кулаком по столу. Чашки подпрыгнули.
— Думай, что говоришь! Я забочусь о матери, а она заботится о нашем будущем!
— Заботится? — Алиса горько усмехнулась. — Она манипулирует тобой, а ты не видишь! Решает, что мне носить, как жить, и без зазрения совести забирает твои деньги!
— Я сам решаю, кому давать! Это мои деньги!
— Именно, Дима. Твои! Как и мои! Так какого черта ты устраиваешь допросы за каждую покупку?
Дверной звонок пронзительно разрезал напряжение. Они замерли.
— Кто еще? — процедил Дмитрий.
Алиса взглянула в глазок. Елена Павловна.
— Сюрприз. Твоя мамочка без приглашения.
Дмитрий распахнул дверь.
— Мама? Что случилось?
Елена Павловна вошла, окинув невестку холодным взглядом:
— У вас тут на весь подъезд крики. Что происходит?
— Ничего особенного, — Алиса скрестила руки. — Просто выясняем, кто в семье главный.
— Мама, не обращай внимания, — Дмитрий попытался увести ее. — Алиса устала...
— Нет, Дима, я не устала, — Алиса преградила путь. — Я все прекрасно понимаю. Пора разобраться. Елена Павловна, откуда у вас деньги на норковые шубы и золото?
Свекровь выпрямилась:
— Как ты заговорила! Дима помогает мне, потому что я его мать. Я вырастила его, выучила!
— И теперь он должен вам платить до конца жизни? — Алиса подошла ближе. — А вы не думали, что теперь он муж? Что у него своя семья?
— Я его семья! — отрезала Елена Павловна. — А ты... Ты просто тратишь его деньги на тряпки!
— Свои деньги! Я работаю не меньше вашего сыночка, и все, что покупаю, оплачиваю сама. А вот вы...
— Мама, Алиса, прекратите! — Дмитрий встал между ними.
— Нет, пусть договорит! — Елена Павловна оттолкнула сына. — Хватило смелости за спиной обсуждать?
— А вы смелая? — Алиса смотрела прямо в глаза. — Смелая, когда берете от сына восемьдесят тысяч каждый месяц, зная, что мы копим на дом? Когда обсуждаете мои траты, вы тоже смелая!
— Я имею право знать, как живет мой сын!
— Нет! — Алиса повысила голос. — Он взрослый. Или должен им быть. Но вы превратили его в вечного ребенка, который бежит к маме с каждой проблемой!
Дмитрий схватил Алису за плечо:
— Прекрати сейчас же!
— Убери руки, — она стряхнула его ладонь. — Пока я сама их не убрала!
Алиса прошла в спальню, достала сумку и начала складывать документы и вещи.
— Что ты делаешь? — Дмитрий вошел следом.
— Ухожу. К подруге. Потому что не собираюсь жить в этом треугольнике.
— Алиса, ты преувеличиваешь...
— Нет, Дима, это ты недооцениваешь, — она застегнула сумку. — Я готова была все обсудить, решить вместе. Но ты предпочел действовать за моей спиной. Обсуждать меня с матерью. Переводить ей деньги тайком.
Елена Павловна появилась в дверях:
— Дима, не позволяй ей собой манипулировать!
Алиса рассмеялась:
— Кто бы говорил о манипуляциях!
Она закинула сумку на плечо и пошла к выходу. У двери обернулась:
— Знаешь, Дима, я выходила замуж за мужчину, а не за маменькиного сынка. Но ошиблась. Так что живите дальше вдвоем. Вам же так хорошо вместе.
— Ты пожалеешь! — крикнул Дмитрий.
— Нет, — Алиса покачала головой. — Единственное, о чем жалею — что не сделала этого раньше.
Она вышла, захлопнув дверь. На площадке прислонилась к стене, переводя дыхание. Потом выпрямилась и пошла вниз. Без слез, без сожалений. Только с острым чувством освобождения.
За спиной слышались приглушенные голоса Дмитрия и его матери, но разбирать слова уже не хотелось. Какая разница? Этот спектакль окончен.
Если вам откликнулась эта история, буду благодарна за лайк и подписку на канал. Здесь я делюсь реальными житейскими ситуациями, которые заставляют задуматься о важном.