- Я и не собирался, - рассмеялся Валентин. - Они обе мне очень дороги.
- Ой, повезло тебе, Анют, с будущим зятем, - усмехнулась Морецкая и посмотрела на Валентина. - Учтите, юноша: Жанна мне как дочь. Так что тёщ будет сразу две. Если только доживу до свадьбы. Хотелось бы успеть, но тут уж как судьба.
Жанна видела, как Морецкая угасает. А когда та вызвала к себе Осю и заперлась с ним в кабинете на три часа, Жанна встревожилась ещё сильнее: Иосиф Яковлевич, тот самый Ося, был известным в городе юристом, специалистом по наследственным делам.
Пока Жанна налаживала жизнь, у Тимура Гранина началась чёрная полоса.
Когда-то он действительно был амбициозным и компетентным врачом. Но со временем почивал на лаврах, сам почти не работал, передавая всё наёмному персоналу. А его заместитель Лев Седов за спиной босса нанял множество неквалифицированных специалистов. Клиника теряла клиентов из-за ошибок. Даже массаж, которым когда-то славился Эклипс, люди теперь предпочитали делать в Ванили.
Когда потери стали катастрофическими и расходы впервые превысили доходы, Гранин спохватился. Начал выяснять, куда уходят клиенты, и узнал про новую массажистку - Жанну. Инвесторы, с которыми он недавно строил планы расширения сети, внезапно отказались сотрудничать: проверка финансов показала, что Эклипс на грани банкротства.
Тимур по привычке убеждал себя, что проблемы временные. Но когда один из партнёров швырнул ему в лицо отчёты, Гранин понял: дело нечисто.
Вскоре выяснилось, что и в личных финансах всё плохо. Молодая жена Тимура, бывшая модель и королева красоты, оказалась транжирой. Наводя порядок в счетах, Гранин нашёл странные траты на загородный отель: номера люкс на двоих, снова и снова. Через пару дней выяснил и личность любовника. Им был Лев Седов.
Гранин подал на развод и уволил заместителя под предлогом сокращения. Но разорение было уже близко.
И тогда в его кабинете появился предприимчивый мужчина, посланец местных криминальных кругов. Представился Александром.
- Видим, вы терпите бедствия, - нагло улыбаясь, сказал он. - Но ещё всё поправимо. Приличные инвесторы с вами дел иметь не станут, зато мои хозяева готовы дать кредит. Разумеется, под залог недвижимости. У вас же есть склады, которые сейчас пустуют.
- Не думаю, что ваше предложение мне интересно, - прищурился Гранин. - У нас всё хорошо.
- Ну конечно, - широко улыбнулся Александр. - А как будет, если вдруг завтра ваша клиника, к примеру, сгорит? Или все узнают, что вместо дорогих препаратов вы используете дешёвые аналоги? Как долго продержитесь?
Гранин стиснул зубы.
- И сколько вы можете дать? - недружелюбно спросил он. - Учтите, ситуация правда критическая.
- Мы в курсе, - хохотнул Александр. - Если добавите к залогу здание клиники и свою квартиру, получите больше. Под процент, разумеется. Хотя вам ведь уже всё равно. Ни один банк не станет сотрудничать с тем, кого ждёт разорение.
Тимур сдался, не понимая, что подписывает себе приговор. Теперь он был должен бандитам, которые недавно завершили передел влияния в городе. Молодые, злые, голодные, наглые. Уже ходили слухи: несговорчивые бизнесмены лишались всего.
Одним из главарей был Александр. Мало кто признал бы в нём мелкого афериста, бывшего мужа Жанны. А он приглядывал за бывшей женой и прекрасно знал, что её финансовое положение резко изменилось.
Пока Александр не решил, как это использовать, но уже имел виды на возможные капиталы Морецкой.
Выходя из клиники, Александр споткнулся о метлу дворника и выругался. Пожилой мужчина в оранжевом жилете вёз тачку с листьями.
- Эй ты, - рявкнул Александр. - Совсем обнаглел? Хозяев не видишь?
- Владелец клиники, вообще-то, Тимур Николаевич, - спокойно ответил дворник. - А вас я впервые вижу.
- Теперь будешь часто наблюдать, - хмыкнул Александр. - Метлу свою прибери. И помни: с такими как мы лучше не ссориться.
Фёдор Иванович узнал его. Это был Саша, бывший супруг Жанны. Теперь он не походил на мелкого жулика. Скорее на акулу, вкусившую кровь.
Фёдор Иванович решил предупредить Жанну, но она не придала этому значения. Саша с ней не связывался. Она давно собиралась подать на лишение родительских прав. Валентин не раз намекал, что готов в будущем удочерить Свету. Прошлая жизнь казалась страшным сном.
Её волновало другое: состояние Морецкой ухудшалось.
Через неделю Морецкая тихо ушла во сне. Утром Жанна пришла будить её и сразу поняла: всё. Приехавшая скорая констатировала смерть.
Организацию похорон взяла на себя Анна Сергеевна. Прощание с бывшей примой устроили в театре оперы и балета. Сцену затянули чёрным бархатом. Выяснилось, что Морецкая давно прописала сценарий собственных похорон до мелочей и передала подруге.
На центральном городском кладбище, на престижной аллее, под пронизывающим ветром Жанна искренне оплакивала женщину, которая стала им всем родной. Анна Сергеевна сжимала руку дочери. Другую руку держал Валентин, а на руках у него сидела Света.
Никто не заметил, что от ворот кладбища за траурной процессией пристально наблюдает Александр. Его уязвило изменение положения бывшей жены. А мужчина рядом с ней спутал планы окончательно.
Город всколыхнула новость после оглашения завещания. Всё имущество Морецкой перешло Жанне и Свете, поровну.
К Жанне в салон стали заглядывать клиенты другого уровня: жёны первых лиц города, богатые дамы. Её считали своей. Все пытались выведать детали завещания. Жанна молчала, потому что для неё самой всё это стало шоком.
Наутро после похорон в дом приехал Иосиф Яковлевич. Он провёл Жанну в кабинет Морецкой и показал документы.
- Вот так, милая. Вы со Светой теперь владельцы всего наследства Эммочки. А это, ни много ни мало: три гостиничных комплекса, пять зданий с арендуемыми помещениями и этот особняк. Не считая вкладов, драгоценностей и прочего.
- Я же ничего не смыслю в бизнесе, - растерянно сказала Жанна.
- Разобраться несложно, - усмехнулся юрист. - Эмма тоже давно им не занималась. Она просто получала свои проценты. Управляющих подбирал я лично, за каждого ручаюсь. Бизнес работает чётко, как часы.
- А почему она вообще выбрала такие вложения? - спросила Жанна.
- Женщины, обожающие бриллианты, бывают разные, - улыбнулся Иосиф Яковлевич. - Эмма выросла в коммуналке и считала недвижимость самой надёжной ценностью. Так что вложения понятны. Вы получаете капитал, которому не страшны потрясения.
Жанна расплакалась.
Юрист кашлянул как-то странно, быстро свернул разговор, попрощался и ушёл. Жанна не придала этому значения: подумала, что пожилой человек просто переживает смерть приятельницы.
Оформление наследства заняло время. Всё это время рядом были близкие. Семён Алексеевич учил Жанну азам бизнеса, объяснял, как устроено управление. Валентин просто поддерживал её и помогал со Светой. Девочка действительно обрела в нём заботливого отца.
Когда формальности завершились, Жанна решила довести до конца лишение Саши родительских прав. Она понимала: богатая наследница и её ребёнок могут заинтересовать не только бывшего мужа, но и его друзей, кредиторов и прочих тёмных людей.
Жанна даже не предполагала, какую цепь событий запустит её обращение в суд.
Тем временем Тимур Гранин, переживая финансовый и внутренний кризис, предпринял очередную отчаянную попытку выяснить правду о своём происхождении. Он много лет искал мать. И сейчас нанятый детектив по имени Вадим внезапно сообщил:
- Я нашёл её.
- Через три дня? - переспросил Тимур, не веря удаче. - Давайте адрес.
- Городское кладбище. Центральная аллея. Участок семьдесят три, - спокойно ответил сыщик.
- Что за идиотские шутки?! - взорвался Тимур. - Вы издеваетесь? Подсунуть мне покойницу вместо реальной матери?!
- Тимур Николаевич... вы что-нибудь знаете об Эмме Марецкой? - тихо спросил Вадим. - Я нашёл свидетелей, что именно она сдала вас в дом малютки. Есть документы об отказе от ребёнка. Она даже алименты платила до вашего совершеннолетия. Не знаю, почему мои предшественники этого не нашли.
Тимур задохнулся.
- Тогда девушку звали Эмма Седова, - продолжил Вадим. - Она вышла замуж за спортивного тренера и взяла его фамилию, с которой позже стала известна. Пикантная деталь: ей было восемнадцать, тренеру почти тридцать. Через три месяца муж подал на развод, а через полгода родились вы. Вероятно, она не захотела портить карьеру.
- А детей больше не было? - прохрипел Тимур.
- Нет. Она получила контракт с театром, быстро выбилась в примы. Ваша мать не была образцом нравственности, - сухо закончил сыщик. - Я отправлю вам схему участка. Жду оплату. Работа закончена.
После звонка Тимур долго сидел в машине, не в силах пошевелиться. Много лет он выстраивал в голове образ матери: бедная женщина, вынужденная отказаться от сына. Он мечтал о встрече, о том, как простит и утешит. Теперь стало ясно: он просто был ей не нужен.
Через час он всё-таки завёл мотор и поехал на кладбище. Остановил машину на парковке под взглядами местных нищих, купил букет ярких пластиковых цветов и побрёл по центральной аллее.
Нужный участок был недалеко. Ухоженный холмик, множество венков, портрет. Возле могилы стояла высокая стройная женщина в тёмном пальто и перчатках, с букетом белых роз.
Приглядевшись, Тимур с удивлением узнал в ней свою бывшую уборщицу.
Он подошёл ближе, чувствуя, как нелепо выглядят его пластиковые цветы.
- Это вы... - пробормотал он. - Я... пришёл отдать последние почести.
- Интересно, - холодно сказала Жанна. - Вы были знакомы с Эммой? Я думала, бессердечные люди не ходят по кладбищам посреди рабочего дня. Им ведь важнее большие дела, а другие люди их мало волнуют.
- Вы не понимаете, - смутился Тимур.
- Год назад ваши слова отняли у меня всё, - спокойно ответила Жанна. - Увольнение стало худшим ударом, но одновременно заставило меня найти себя. Я вас не простила, но и ненависти к вам не испытываю. Сейчас вы выглядите жалко. А я не добиваю упавших.
Она наклонилась, положила белые розы на могилу, бережно смахнула листву с портрета и ушла.
Тимур остался стоять, опустив плечи. Ему нечего было тут делать. Миф, за которым он гнался, не существовал. Он осторожно положил свои пластиковые цветы на край могилы и пошёл к выходу, чувствуя, что внутри пусто.
Но даже в этой пустоте он всё ещё цеплялся за мысль, что сумеет вернуть прежнее величие. Только вокруг уже сжималось долговое кольцо.