Найти в Дзене

ИДЕАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ НЕ СУЩЕСТВУЕТ

СМИРИТЕСЬ. Идея о «второй половинке», о том, что где-то есть человек, с которым мы наконец сольемся в идеальное целое, — красивая, но опасная иллюзия. Она похожа на обещание вечного лета: звучит прекрасно, но почти всегда заканчивается разочарованием. Жак Лакан когда-то сказал: «Сексуальных отношений не существует». Но это не про отрицание телесной близости. Он говорил о другом: в нашей психической реальности нет формулы, которая могла бы без остатка связать двух людей в одно целое. Мы всегда остаёмся двумя разными, отдельными. Одинокими в этой разности. Если говорить совсем честно, мы влюбляемся не столько в реального человека, сколько в некий образ. С самого детства, мы учимся любить через первые, самые важные привязанности. Поэтому взрослая влюблённость — это не открытие чего-то нового, а скорее узнавание знакомого. Мы встречаем человека — и будто узнаём в нём кого-то из прошлого. Догадываешься, кого? На партнёра неосознанно накладывается внутренний шаблон — фантазия, в центре

ИДЕАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. СМИРИТЕСЬ.

Идея о «второй половинке», о том, что где-то есть человек, с которым мы наконец сольемся в идеальное целое, — красивая, но опасная иллюзия.

Она похожа на обещание вечного лета: звучит прекрасно, но почти всегда заканчивается разочарованием.

Жак Лакан когда-то сказал: «Сексуальных отношений не существует». Но это не про отрицание телесной близости. Он говорил о другом: в нашей психической реальности нет формулы, которая могла бы без остатка связать двух людей в одно целое. Мы всегда остаёмся двумя разными, отдельными. Одинокими в этой разности.

Если говорить совсем честно, мы влюбляемся не столько в реального человека, сколько в некий образ.

С самого детства, мы учимся любить через первые, самые важные привязанности. Поэтому взрослая влюблённость — это не открытие чего-то нового, а скорее узнавание знакомого. Мы встречаем человека — и будто узнаём в нём кого-то из прошлого.

Догадываешься, кого?

На партнёра неосознанно накладывается внутренний шаблон — фантазия, в центре которой почти всегда стоит фигура родителя. И конфликт становится неизбежным в тот момент, когда живой человек отказывается играть эту роль, не хочет быть «мамой». Кстати, и мужчины, и женщины — каждый по-своему — ищут в партнере именно её.

Мужчины и женщины, живут в разных логических измерениях.

Мужская, так называемая фаллическая логика — это логика обладания. Желание часто цепляется за деталь, за изюминку, за нечто, чем хочется владеть. Партнер, в этом случае, легко превращается в объект желания.

Женская логика — это логика наслаждения. Она лишь частично подчиняется логике обладания и выходит за ее пределы, в область безграничного, почти мистического опыта, который трудно объяснить словами.

Что получается в итоге?

Мужчина пытается взаимодействовать с женщиной через свой фантазм, а женщина ждет любви, обращенной к самому ее существованию. Мы словно говорим на разных языках. И между нами всегда остается расстояние — как бы мы ни старались его сократить.

Любовь вообще рождается не там, где всё заранее совпадает. Она появляется именно в пустоте, в месте, где нет автоматической гармонии. Лакан определял её парадоксально: «Любовь — это желание дать то, чего у тебя нет, тому, кто этого не хочет».

«Дать то, чего нет» — значит не обмениваться ресурсами, не торговать заботой и вниманием. Это про готовность показать свою уязвимость, свою неполноту.

«Тому, кто этого не хочет» — значит признать: партнёр не создан для того, чтобы затыкать нашу внутреннюю дыру. У него есть свои нехватки, свои страхи и свои сценарии.

И в этом — огромное облегчение.

Понимание того, что «идеальных отношений» не существует, снимает тяжелый груз вины. Мы перестаем требовать от другого невозможного — быть нашим зеркалом или заполнить нашу пустоту. Пустота, как ни странно, и есть источник желания. Убери её — и желание исчезнет.

Когда мы принимаем инаковость другого, он перестает быть функцией для нашего комфорта. Перед нами появляется живой, странный, уязвимый, иногда неудобный, но по-настоящему интересный человек.

Отношения похожи на попытку двух людей, говорящих на разных языках, построить общий дом в темноте. И если вместо злости на партнера за то, что он «не понимает с полуслова», мы признаем эту дистанцию, происходит нечто важное.

Настоящая близость рождается не в момент слияния, а тогда, когда двое соглашаются танцевать над пропастью, аккуратно удерживая равновесие вместе.