«Что же уменьшило… религиозность?
Для выяснения этого вопроса были опрошены те неверующие дети, которые раньше были религиозными. Пусть это будет утомительно, но я приведу довольно подробно их ответы, эти «человеческие документы», демонстрирующие формирование нового, советского человека главным образом под влиянием антирелигиозной пропаганды в школе и пионеротряде. Эти документы я буду приводить словами детей, лишь с исправлением орфографии. Вот один из них: «Мне 14 лет. Я девочка. Я была раньше очень религиозная и ходила в церковь, молилась там. И дома я тоже молилась перед обедом. И когда я спать ложилась, тоже молилась. А теперь, как я начала ходить в школу, все это бросила: и в церковь ходить, и также молиться дома. Почему я не стала верить в Бога? Потому, что в школе учителя говорят, что Бога нет, и это все предки остались от старинного обычая. Мне в церкви очень нравится, когда служит епископ с хорошим протодьяконом, а остальное мне больше ничего не нравится. Теперь я не верую, потому что меня убеждали в том, что это все предки. Наша семья не очень верует: в церковь они очень мало ходят, посты мы не соблюдаем. Меня папа заставляет в церковь ходить, а я его не слушаю и не хожу никогда в церковь. Мне родные говорят, что, если ты не пойдешь в церковь, так я тебе есть не дам, а я все равно не иду, хотя я и буду голодна. Я никаким предсказаниям не верю, а сказки я люблю читать и также рассказы». В этом ответе все удивительно типично: семья, заставляющая, под страхом голода, ходить в церковь, но сама «не очень верующая», и девочка, которой еще очень нравится в церкви, «когда служит епископ с хорошим протодьяконом», но «больше ничего не нравится», и она вступает в конфликт с семьей и не идет в церковь, «хотя я и буду голодна», убежденная в нерелигиозности школой, «потому что в школе учителя говорят, что бога нет, и это все предки остались от старинного обычая».
Вот другая девочка: «Я была религиозная, и меня отшатнуло, это когда мы стали изучать (Земля — шар). Тогда я поняла, что на небе нет никакого Бога, и теперь я в Бога не верю и не признаю. У нас семья не верит в Бога, а икона висит, и празднуют пасху и рождество».
Еще одна девочка: «Я была религиозная, но, когда я поступила в школу, мне сказали, что Бога нет. И когда я была в 4-й группе, мы проходили про религиозные праздники, и мне показалось очень смешно и глупо, и я не «стала с этого времени верить в Бога. Моя семья нерелигиозная, кроме двух бабушек: они каждый день ходят в церковь».
Еще девочка: «Я раньше была религиозная, но когда я поступила в школу, то меня сразу отшатнуло: я научилась читать и стала читать книги и разные картины стала смотреть... Семья наша слабо-религиозная, только мама одна религиозная».
Таких примеров можно привести еще много. В общем, картина ясная: антирелигиозное влияние делает неверующим ребенка, происходящего из слабо-, скорее, лишь внешне-обрядово-религиозной семьи. Кроме школы, ребенка делает нерелигиозным еще пионеротряд. Приведу и здесь подробно один из ответов (девочка 12 лет): «Я была года два тому назад религиозной, ходила в Церковь и исполняла все обряды религии. Но меня это после не стало интересовать, так как я не видела в этом правды, когда узнала и изучила все это происхождение праздников и религии. Год тому назад я хотела очень записаться в пионеры, чтобы не отставать от народа, который движется все вперед и вперед. Но что меня задержало? А вот что. Семья моя очень религиозна, но не вся семья. У меня мать, отец и старшая сестра очень религиозны, а остальная часть семьи: 2 брата и 2 сестры не веруют, а состоят в партии, а кто в комсомоле. Но старшая сестра не верит, но исполняет обряды: крестит ребят и т.д. И сейчас я никаких верований не признаю, а записалась в пионеры, потому что мне на все стало скучно смотреть, и моя сестра, с которой я после стала жить, была в комсомоле. Она и я идем за правду. А моя старшая сестра верующая, и на нее это очень плохо действует. Она считает меня свиньей»…
Нерелигиозный с самого начала ребенок вырастает, как было выше сказано, в нерелигиозной семье, и он нерелигиозен вследствие влияния родителей: «Не верю в Бога: мне с детства никто не говорил о Боге» или: «Я не верю в Бога, потому что папа мне объяснил, что Бога нет». Но в условиях нашего революционного времени и религиозная раньше семья нередко бросает религию, снимает иконы и т.п. или, оставаясь сама поверхностно религиозной, т.е. лишь исполняя важнейшие религиозные обряды, по существу, уже отходит от религии и церкви. Вместе с семьей в этих случаях такую же эволюцию проделывает и ребенок: бросающая религию семья и своего ребенка делает нерелигиозным. Подобная семья, наряду с вышеуказанными факторами (школа и пионеротряд), также выступает заметным фактором в деле превращения ребенка из религиозного в нерелигиозного.
Лишь 24% четверогруппников в нашей школе, почти все девочки, религиозны, причем треть их по своему умственному развитию стоит ниже среднего уровня своих товарищей. Религиозные четверогруппники довольно ясно распадаются на два типа. В качестве образца первого типа приведу следующий пример: «Я верую в бога, потому что меня мама посылает в церковь молиться, а я только слушаю, как поют, и молюсь. Наша семья верит. Мне нравится, как в церкви поют, а потом нравится, как рассказывают. Мне все сказки нравятся. Я очень редко хожу в кино или театр». Каждая фраза в этом ответе с психологической точки зрения очень типична. «Я религиозная, потому что мне говорили маленькой и теперь говорят, что надо верить, и я верю», «Я религиозная, потому что Мама верит, и я верю», «Я верю, потому что все верят», вот мотивировки этого типа; для него религия есть вера в буквальном смысле слова, т.е. полное отсутствие критицизма, своеобразная интеллектуальная послушность. Вот почему я назвал бы этот тип послушно-верящим. В умственном отношении этот тип стоит на невысоком даже для 12-летних детей уровне. Основой его религиозности являются такие общие черты характера, как послушание, пассивность, доверчивость, умственная неразвитость. Он развивается на общем фоне некультурности и подчинения, я бы сказал, остатков рабства.
Религия этого типа носит внешний характер: «Мне нравится, как в церкви поют», «Мне нравится хор» и т.п., такая фраза почти стереотипна в отчетах этого типа. В религии детей этого типа больше всего привлекает ее эмоционально-эстетическая сторона. Характерно, что дети этого типа обыкновенно сравнительно редко ходят в кино или театр. Возможно, что это не поощряется средой, но еще вероятнее, что причина здесь, отсутствие денег. Это можно предполагать на том основании, что семья, поставляющая таких детей, обычно малокультурная и бедная, материально нуждающаяся. Убогость окружающей среды и отсутствие культурных возможностей удовлетворять художественные запросы питают это. «Мне нравится в церкви, когда поют в хору», «Меня привлекает ходить в церковь «молиться, научить те молитвы, которые поют в церкви», «Когда я хожу в церковь, мне там нравится, когда поют певчие», и т.п. Мне кажется, педагогика антирелигиозного воспитания обязательно должна учесть эту тягу ребенка к пению, и надо откровенно сознаться, что мы эту тягу к пению удовлетворяем в высшей степени слабо. Во всяком случае, педагогика антирелигиозного воспитания серьезно должна задуматься над ответами вроде следующих (девочка 11 лет): «Я верую богу, потому что там хорошо слушать пение... В кино хожу «по праздникам, и то редко». Что касается любви религиозных девочек к фантастическим сказкам, то специфическим является не то, что только они любят эти сказки, но то, что все они любят фантастику, тогда как среди нерелигиозных детей, кроме любящих фантастику, есть большое количество отрицательно относящихся к ней. Предположительно (так как вопрос требует до исследования) можно так сконструировать психологическую ситуацию такого верующего: убогая обстановка; жажда красивого; любовь к пению и тяга в церковь (хор); жажда фантастики и чуда; положение, благоприятное для молитвенных настроений; пассивный, послушный, доверчивый, умственно неразвитый ребенок; религиозная семья. Характерно, что церковь привлекает только эстетической стороной, а стоять в ней, слушать непонятное дети не любят, им скучно, и за это, судя по отзывам, они не любят церкви. Характерно также, что ряд неверующих и (особенно) ставших неверующими из бывших религиозных нередко в качестве очень сильного антирелигиозного аргумента указывает на бессилие молитвы, бесполезность ее. Этот аргумент после аргумента «враки» наиболее энергично подчеркивается.
Для того чтобы яснее вырисовался второй тип религиозного четверогруппника, приведу несколько выдержек. Вот, например, выдержки из ответа одной 12-летней девочки: «Я религиозная, в семье у нас все верующие, и я буду всегда верить в Бога, потому что он во всем помогает. В церковь я хожу и буду ходить. Семья сильно верующая... Я в кино хожу редко, а в театр почти не хожу. С младенчества мне внушали про Бога и рассказывали рассказы про Бога. Я буду верить и верила раньше, буду праздновать все праздники». Другой ответ ее ровесницы: «Я религиозная: верую в Бога, хожу в церковь. Семья на меня не действует... Я уверена, что Бог есть. Семья моя в Бога верует. Я верю Богу, потому что Бог создал землю. Я в этом уверена». Две черты ярко выступают в религиозности этого типа: упорство («Я буду верить и верила раньше») и утверждение своей самостоятельности («Семья на меня не действует»). Как и первый (послушно-верящий) тип, этот тип, который я назвал бы упорно-убежденным, обыкновенно не является частым посетителем кино или театра, но, в отличие от первого типа, он не увлекается эстетической стороной религии, а, наоборот, как увидим ниже, нередко подчеркивает, что именно эта сторона для него не играет роли.
После этого анализа прочитаем, с целью получения цельного впечатления об этом типе, еще несколько выдержек. Десятилетняя девочка пишет: «Я верую в Бога от себя и буду верить всегда. Моя семья тоже верует. Мне там нравится все, потому что я верую в Бога. А что мне там говорят, чтобы я не верила, то я их не буду слушать, а буду верить в Бога. В театр я хожу не очень часто, но все-таки хожу».
Девочка 11 лет: «Я верую в Бога сама от себя. Моя мама ходит в церковь. Когда я была у тети на даче, у ней много было книг божественных, и я их читала. Я стала еще лучше верить в Бога».
В религии этих детей выступает уже, как было сказано, не внешняя эстетическая сторона, а догматическая. Вместе с тем подчеркивается недоверие к учителю. Вот что пишет 11-летняя девочка: «Я верую в Бога (пишет с большой буквы; так же пишут и все следующие девочки), хожу в церковь. В церковь я хожу не смотреть, а молиться. Семья моя верующая и ходит в церковь. Бога я представляю духом: Бог отец, Бог сын, Бог дух. Я не верю учителю, потому что они не знают, Бог есть или нет».
Другая 10-летняя девочка пишет: «Верю, хожу в церковь. В церкви мне нечего, нравится. Я хожу не смотреть, а молиться. Семья меня не втягивает в веру, но сама верит. Бога я представляю: дух невидимый, как и любовь. Я не верю (учителям), потому что еще сами не знают о Боге». В этом ответе каждая фраза типична: и подчеркивание малого значения эстетической стороны, и утверждение своей самостоятельности, и догматика, и недоверие к учителю...»
(Блонский П.П. «Религиозность и нерелигиозность наших школьников. Проблема антирелигиозного воспитания.» 1929 год.)
--------------------
И знай в сердце твоем, что Господь, Бог твой, учит тебя, как человек учит сына своего (Втор.8:5).
Ибо Господь дает мудрость; из уст Его знание и разум; Он сохраняет для праведных спасение; Он – щит для ходящих непорочно; Он охраняет пути правды и оберегает стезю святых Своих. Тогда ты уразумеешь правду и правосудие, и прямоту, всякую добрую стезю. Когда мудрость войдет в сердце твое, и знание будет приятно душе твоей, тогда рассудительность будет оберегать тебя, разум будет охранять тебя, дабы спасти тебя от пути злого, от человека, говорящего ложь, от тех, которые оставляют стези прямые, чтобы ходить путями тьмы; от тех, которые радуются, делая зло, восхищаются злым развратом, которых пути кривы, и которые блуждают на стезях своих; дабы спасти тебя от жены (души, жизни, знания, пути) другого, от чужой, которая умягчает речи свои, которая оставила руководителя юности своей и забыла завет Бога своего (Притч.2:6-17).
Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь (2Фес.3:10).