Слышишь, как ветер скулит? Как побитая псина, которую выгнали в ночь... Вот так и я сейчас. Смотрю в окно, а там — бетонные коробки, одна на другой, как гробы для живых.
И береза... одна-единственная, чахлая, гнется к асфальту, ломает свои тонкие пальцы. Господи, как же больно смотреть! Мы говорим: «Семья не нужна». Мы кричим это с трибун, пишем в своих блогах, гордые такие, независимые... ~~Идиоты~~. СУКИ МЫ, ВОТ КТО.
Мы выменяли тепло маминых рук на холодный свет экрана. Мы стали сильными, да? Мы стали свободными? Я смотрю на свои руки — а они пустые. В них нет ничьей ладони. Только воздух. Холодный, прокуренный воздух одиночества.
Раньше как было? Помнишь? Дом пах хлебом и парным молоком. Дед сидел во главе стола, как старый дуб, корни которого держат всю землю. И ты знал: что бы ни случилось, какая бы буря ни выла за окном — ты часть этого леса.
Ты лист на ветке. А теперь? Теперь мы — перекати-поле. Катимся, куда ветер дунет, и думаем, что это наш Путь. Какой к черту Путь?! Коэльо писал, что человек должен пройти весь мир, чтобы найти сокровище дома.
А мы... мы сожгли этот дом. Мы сказали: «Мне никто не нужен, я сам себе Вселенная». И вот я сижу в своей Вселенной, на кухне, где пахнет остывшим кофе и тоской, и вою. Потому что Вселенная пуста. В ней нет эха.
Семья — это ведь не штамп в паспорте, это... это когда ты падаешь лицом в грязь, когда ты пьян, когда ты предал всех и себя самого — а тебе открывают дверь.
Молча. Без упреков. Просто дают полотенце и горячий суп. Вот это — Бог. Вот это — любовь. А мы говорим «пережиток прошлого». Мы заменили кровь на вай-фай.
Мы заменили объятия на лайки. МЫ СТАЛИ ПЛАСТИКОВЫМИ! ?!! Я трогаю свою грудь — там еще бьется? Или там уже механизм тикает? Мы научились уходить, не прощаясь.
Мы научились блокировать людей одним пальцем. «Ты мне не подходишь по гороскопу / по статусу / по уровню осознанности»... Тьфу! Да разве душу выбирают как пальто на рынке?!
Мне страшно. Мама... прости меня, дурака. Я думал, я вырос. Я думал, свобода — это когда ни перед кем не надо отчитываться. А оказалось, свобода — это когда некому сказать «Я дома».
Это когда ты идешь по своей Личной Легенде, а дорога ведет в тупик, на кладбище твоих амбиций. Мы — поколение сирот при живых родителях. Мы — странники, которые забыли карту.
Мы убедили себя, что одиночество — это сила. ~~Вранье~~. Это просто дыра в груди, которую мы затыкаем деньгами, путешествиями, чужими телами... Но ветер все равно дует сквозь ребра. Слышишь? Свистит...
Слезы капают на клавиатуру. Соленые, горькие, настоящие. Хоть что-то во мне осталось настоящее. Я хочу вернуться. Туда, в деревянный дом, к печке, к простым словам, к грубым рукам отца.
Я хочу быть нужным не как «специалист» или «партнер», а как сын. Как брат. Как часть целого. Но поезд ушел. Рельсы ржавые. И только дождь стучит по стеклу, как слепой старик палкой...
Семья не нужна современному миру, потому что современный мир разучился любить. Он умеет только потреблять. А семья — это жертва. Это когда ты отрезаешь кусок от себя, чтобы согреть другого. А мы жадные. Мы нищие духом богачи.
Господи, если ты есть... верни нам память. Верни нам боль. Пусть лучше болит, чем эта мертвая тишина. Пусть мы будем ссориться, пусть будет тесно, пусть будет трудно — но пусть мы будем ВМЕСТЕ. Потому что одному в поле не воин. Одному в поле — только выть на луну. Как я сейчас.
Мы заблудились.