— Анна Николаевна, ну вы же современный человек! Вы же понимаете, что деньги должны работать!
Игорь, муж моей дочери, ходил по моей гостиной, размахивая руками. Он был похож на плохого актера в школьном спектакле, который пытается изобразить энтузиазм, но забыл слова.
— Деньги, Игорь, я аккуратно положила закладку в томик Чехова, это всего лишь эквивалент труда. А то, что ты предлагаешь, называется авантюрой.
— Это не авантюра! — вскинулась моя дочь, Катя. — Мам, это бизнес! Логистический хаб! Игорь всё просчитал. Нам нужно всего пять миллионов для старта. Через год вернем с процентами!
Она сидела на диване, сжимая в руках сумочку. Вид у неё был уставший, глаза красные. Видимо, Игорь «обрабатывал» её не одну неделю, прежде чем прийти ко мне.
— И где вы планируете взять пять миллионов? — спросила я, хотя уже знала ответ.
— Ну... — Игорь остановился и посмотрел на меня своим фирменным взглядом «успешного бизнесмена», у которого из активов только кредитный «Солярис». — У вас же квартира. В центре. Трехкомнатная. Вы одна живете. Можно разменять на двухкомнатную в спальном районе, а разницу...
— Вложить в твой хаб, — закончила я.
— Инвестировать! — поправил он. — Анна Николаевна, это шанс! Катька с работы уйдет, дома будет сидеть. Вы же хотите счастья дочери?
Я посмотрела на дочь. Она отвела глаза.
— Мам, правда... Мы так устали от кредитов. А тут — реальная тема. Игорь говорит, сто процентов выстрелит.
Я вздохнула. Сорок лет в школе. Я научилась видеть ложь по тому, как ученик держит ручку или отводит взгляд. Игорь врал. Не вдохновенно, как двоечник, придумавший историю про больную бабушку, а расчетливо и цинично.
— Хорошо, — сказала я. — Покажите план бизнеса
Игорь просиял. Он выхватил из портфеля папку и плюхнул передо мной на стол.
— Вот! Тут всё. Графики, окупаемость, SWOT-анализ.
Я надела очки. Достала из пенала на столе свою красную ручку. Привычка.
Я читала молча. Игорь нервно постукивал ногой. Катя теребила ремешок сумки.
— Страница четыре, — сказала я, не поднимая головы. «Аренда складских помещений, 50 тысяч рублей в месяц». Игорь, ты где видел такие цены в Москве? Реальная ставка — минимум двести.
— Ну... это предварительно... по знакомству... — забормотал он.
— Страница восемь. «Фонд оплаты труда». Ты собираешься нанять пять водителей и платить им по тридцать тысяч? Они у тебя бастовать начнут через неделю. Или ты планируешь нелегалов? Тогда добавь статью расходов на штрафы ФМС.
Я перечеркнула страницу крест-накрест.
— И главное. Страница двенадцать. «Риски». Пусто. Рисков нет.
Я сняла очки и посмотрела на зятя.
— Игорь, ты когда-нибудь слышал про кассовый разрыв? Про дебиторскую задолженность? Про налоги, в конце-то...
— Да вы... вы просто придираетесь! — он покраснел. — Вы учительница, что вы понимаете в бизнесе?! Это нынешние технологии! А вы застряли в своем девятнадцатом веке с Чеховым!
— Может быть, — спокойно согласилась я. — Зато я умею считать. И читать.
Я достала телефон.
— Катя, ты знаешь, в каком банке Игорь собирается брать кредит на недостающую сумму? Если я откажу?
— В «Сбере», кажется... Или в ВТБ... Не знаю, мам. Он сказал, у него там всё схвачено.
— «Зеленый Банк», отделение на Лесной, — буркнул Игорь. Там управляющий, мой знакомый. Он уже одобрил, ждет только залог.
— На Лесной? — я улыбнулась. — Прекрасно.
Я нашла в контактах номер. «Миша Елисеев, 11 "Б", выпуск 1998».
— Алло? Мишенька? Здравствуй, дорогой. Это Анна Николаевна. Да, спасибо, давление в норме. Миша, у меня к тебе вопрос. К вам тут некий Игорь Соколов обращался за кредитом? Да, под залог недвижимости тещи. Да, бизнес. Логистический хаб.
Игорь замер. Лицо его стало цвета свежепобеленной стены.
— Ага... Поняла, Миша. Слушай, а ты его план бизнеса видел? Тот, где водители за еду работают? А... даже не смотрел еще? Миш, ты посмотри. Как бывший отличник. Там ошибок больше, чем в сочинении Петрова, помнишь такого? Да. И еще, Миша. Квартира на Кутузовском — это моя квартира. И я никакого согласия на залог не давала и не дам.
Я слушала трубку еще минуту, кивая. Потом нажала «отбой».
— Миша передавал привет, — сказала я в полной тишине. — И сказал, что служба безопасности банка проверит твою кредитную историю, Игорь. Там, кажется, есть непогашенные микрозаймы? И долг по алиментам от первого брака?
Катя подняла голову.
— Алименты? Игорь? Ты же сказал, что у тебя нет детей!
Игорь вскочил, схватил папку.
— Да пошли вы! Старые карги! Сговорились! Я... я найду другого инвестора!
Он вылетел из комнаты, даже не подождав жену.
Катя сидела неподвижно. По её щеке катилась слеза.
— Мам... Как ты узнала? Про Елисеева?
— Я учитель, Катя, — я подошла и обняла её. — Я помню всех своих учеников. Миша Елисеев сидел на первой парте и всегда списывал математику, зато литературу знал блестяще. Теперь он большой человек. Но учителей не забывает.
— Он меня бросит теперь, да? — всхлипнула дочь.
— Если бросит из-за того, что не смог украсть у нас квартиру, то, невелика потеря, жестко сказала я. — А теперь пойдем на кухню. У меня пирог с капустой. И чай с мятой. Тебе надо успокоиться.
Мы пили чай молча. Катя держала чашку обеими руками, как будто грелась.
— Мам, — тихо сказала она. — А правда, что у него долги?
— Правда, — кивнула я. — Миша проверил по базе, пока мы говорили. Там два миллиона. Он хотел перекрыть их деньгами от продажи моей квартиры, а «бизнес» — это просто ширма.
Катя закрыла глаза.
— Спасибо, мам. Что поставила ему «двойку».
— Это не двойка, доченька, — я погладила её по руке. — Это работа над ошибками. Главное теперь — выучить урок и не повторять его.