Слепые вожди, слепые ученики и прозрение в Вифсаиде
Тихий берег Далмануфский едва успел встретить лодку, как превратился в поле битвы. Вместо жаждущих исцеления здесь стояли фарисеи в строгих одеждах. Их цель была не в поиске истины, а в испытании. Они начали спорить с Иисусом, требуя знамения с неба. Им было мало чудес с хлебами и исцелений. Они жаждали грандиозного зрелища, которое подчинило бы их разум.
Иисус ответил не спором, а глубоким вздохом, в котором смешались скорбь и усталость. «Для чего род сей требует знамения?» — спросил Он. Поколение, ослеплённое традициями и гордыней, не видело знамения Царства Божьего. Иисус произнёс суровый вердикт: «Истинно говорю вам, не дастся роду сему знамение». Он оставил их, разорвав бесплодный диалог, и вошёл в лодку.
За бортом шумела вода, но в лодке царила тревога. Ученики забыли взять хлебов, оставив лишь один на всех. В этой ситуации Иисус произнёс слова, полные духовной тревоги: «Смотрите, берегитесь закваски фарисейской и закваски Иродовой». Он говорил о невидимой силе, разъедающей сердца. О фарисейской закваске — духе лицемерия и рабства букве. Об иродовой закваске — духе цинизма и политиканства. Эти силы могли проникнуть в сердца учеников и извратить их веру.
Ученики же думали о хлебе. Услышав слово «закваска», они начали рассуждать между собой: «Это значит, что хлебов нет». Их духовный слух оказался глух к словам Учителя. Они переживали о голоде, не видя за ним более страшной пустоты — пустоты сердца, которое может заполнить ложь.
Иисус, услышав их шёпот, обратился к ним. Его голос был полон боли: «Что рассуждаете о том, что нет у вас хлебов?» Он обрушил на них поток вопросов: «Еще ли не понимаете? Еще ли окаменено у вас сердце? Имея очи, не видите? имея уши, не слышите? и не помните?»
Он напомнил им о чудесах: о пяти хлебах для пяти тысяч и двенадцати коробах остатков; о семи хлебах для четырёх тысяч и семи корзинах избытка. Ученики помнили цифры, но не смысл. Они видели факты, но не Того, Кто стоял за ними. Их духовное зрение было искажено. «Как же не разумеете?» — спросил Иисус.
Лодка пристала к Вифсаиде. Едва они сошли на берег, как перед ними развернулась живая притча. К Иисусу привели слепого и попросили исцелить его.
Но исцеление произошло не на глазах у всех. Иисус взял слепого за руку и вывел его из селения. В уединении Он совершил странные действия: плюнул ему на глаза и возложил руки. Это было сочетание милосердия и священнодействия.
Он спросил слепого: «Видит ли что?» Ответ стал ключом ко всему: «Вижу проходящих людей, как деревья». Это было смутное видение. Свет проник в его тьму, но мир не обрёл чётких очертаний. Люди казались ему силуэтами, подобными деревьям. Он прозрел, но не до конца.
История слепого из Вифсаиды слилась с историей учеников в лодке. Ученики видели чудеса и слышали учение, но их видение было духовно неясным. Они путали закваску фарисейскую с отсутствием хлеба, знамение Царства с требованием небесного спектакля. Их сердца нуждались в откровении, которое вскоре, у Кесарии Филипповой, должно было полностью открыть им глаза.
Через требование знамения, забытый хлеб, предостережение о закваске и исцеление слепого Господь преподал ученикам суровый, но необходимый урок о двух видах слепоты. Ослепление враждебное требует знамений, но не хочет видеть. Слепота ученическая видит, но смутно и нуждается в терпеливом действии благодати, чтобы прозреть полностью.