— Я тебя не спрашиваю, чего ты хочешь, мы едем на праздники к моим родителям и точка! Нечего тут с подружками-разведенками прохлаждаться! — заявил муж, швыряя на диван свою куртку.
Лена медленно подняла глаза от телефона. Еще минуту назад она переписывалась с Олей и Мариной, планируя встретиться в кафе в новогоднюю ночь. Теперь экран потух, и комната словно сжалась вокруг нее.
— Прости, что? — только и выдавила она.
— Ты меня прекрасно услышала, — Сергей расстегивал ремень, не глядя на жену. — Двадцать восьмого выезжаем. Я уже маме сказал, что приедем.
— Сергей, мы же обсуждали... Ты же сам говорил, что в этом году останемся дома. Я уже планы построила!
— Какие планы? — он наконец повернулся к ней, и в его взгляде читалось раздражение. — Сидеть с этими твоими подружками? Одна после третьего развода, вторая вообще мужиков меняет как перчатки. Отличная компания!
— Они мои друзья, Сергей. И при чем тут их личная жизнь?
— При том, что я не хочу, чтобы моя жена набиралась от них дурных мыслей, — он прошел к шкафу, достал чемодан. — Вот и всё. Собирайся.
Лена встала, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой узел.
— Нет.
Сергей замер, не веря своим ушам.
— Что ты сказала?
— Я сказала "нет", — повторила она тверже. — Я не поеду к твоим родителям. В прошлом году мы там были, позапрошлом тоже. Каждый раз одно и то же — твоя мать командует на кухне, твой отец весь вечер рассказывает про политику, а твоя сестра намекает, что я плохая хозяйка.
— Ленка, не начинай...
— Нет, это ты не начинай! — она шагнула к нему, и голос ее задрожал от сдерживаемых эмоций. — Ты даже не подумал меня спросить! Просто взял и решил за меня. Как будто я мебель какая-то, которую можно переставить куда удобно!
— Я глава семьи, и я принимаю решения, — отрезал Сергей, скрещивая руки на груди. — Мои родители хотят видеть нас на праздники, и мы поедем.
— А я хочу встретить Новый год с друзьями! Один раз! Один несчастный раз за пять лет!
— С разведенками, которые только и делают, что жалуются на мужиков? Спасибо, увольте.
Лена почувствовала, как щеки начинают гореть.
— Ты вообще слышишь себя? Они не "разведенки", они мои подруги! Оля воспитывает двоих детей одна, работает на двух работах. Марина открыла свой бизнес! Они потрясающие женщины!
— Которые не смогли сохранить семью, — парировал Сергей. — Вот что я слышу.
— Может, потому что у них были такие же мужья, как... — она осеклась, но было уже поздно.
— Как я? — он шагнул к ней, лицо его побагровело. — Договаривай! Как я, да?
Повисла тяжелая тишина. Лена отвернулась к окну. За стеклом падал редкий снег, и город готовился к празднику, украшенный гирляндами. Где-то там была жизнь, свобода, выбор.
— Лен, — голос Сергея смягчился. — Ну чего ты? Мама уже всё готовит, ждет нас. Стол накрывает. Я не могу ей теперь позвонить и сказать, что мы не приедем.
— Почему нет? — обернулась она. — Почему ты можешь позвонить и сказать, что мы приедем, не спросив меня, но не можешь позвонить и отказаться?
— Потому что это мои родители!
— А я — твоя жена! — крикнула Лена, и сама испугалась силы своего голоса. — Я не приложение к тебе, не аксессуар, которого можно таскать туда-сюда! У меня есть свои желания, свои планы!
Сергей провел рукой по лицу, устало вздохнул.
— Ты закатываешь истерику из-за ерунды.
— Это не ерунда для меня.
— Для меня тоже не ерунда — семья, родители, традиции, — он сел на край дивана. — Знаешь, что мама скажет, если мы не приедем? Что ты меня настроила против них. Что жена должна уважать родителей мужа.
— А муж должен уважать жену? — тихо спросила Лена. — Или это правило не работает?
Он поднял на нее глаза, и впервые за вечер в них мелькнуло что-то похожее на замешательство.
— Я тебя уважаю.
— Правда? Тогда почему ты принимаешь решения за меня? Почему называешь моих подруг "разведенками"? Почему даже не попытался найти компромисс?
— Какой компромисс? Либо едем, либо нет.
— Можно поехать на один день вместо трех, — предложила Лена, присаживаясь рядом. — Или пригласить твоих родителей к нам. Или...
— Мама никогда не согласится приехать к нам, — перебил Сергей. — У нее свой дом, свои порядки.
— Ага, и там она королева, а я — прислуга на подхвате.
— Лена!
— Что "Лена"? — она вскочила снова, не в силах сидеть спокойно. — В прошлом году я с утра до ночи стояла у плиты! Чистила, резала, жарила! Твоя мама только указывала: "Это не так, то не так, лук крупнее нарежь". А потом все сидели за столом, а я бегала то за салатом, то за водой!
— Ты преувеличиваешь.
— Нет, это ты не замечаешь! — голос ее сорвался на крик. — Потому что ты сидел с отцом, пил коньяк и смотрел телевизор! Тебе было комфортно! А мне?
Сергей молчал, глядя в пол.
— Знаешь, что обиднее всего? — продолжила Лена тише. — Что ты даже не спросил, как я себя чувствовала. Даже в машине обратно молчал, будто всё нормально.
— Я думал, всё нормально, — пробормотал он.
— Вот именно — думал. Не спросил, не проверил. Думал.
Она подошла к окну, прижалась лбом к холодному стеклу.
— Сергей, я устала быть удобной. Удобной женой, которая всегда соглашается. Которая улыбается, когда твоя мама делает ей замечания. Которая проводит праздники не там, где хочет, а где "надо".
— Тогда что ты предлагаешь? — в его голосе звучало раздражение вперемешку с усталостью. — Плюнуть на родителей?
— Я предлагаю учитывать и мое мнение тоже! — обернулась она. — Это так сложно?
— Моя мама...
— Твоя мама не будет жить с тобой всю жизнь, — жестко оборвала его Лена. — А я буду. Если, конечно, ты будешь продолжать в том же духе.
Эти слова повисли в воздухе, тяжелые и пугающие. Сергей вскинул голову.
— Ты что, угрожаешь мне разводом?
— Нет, — выдохнула Лена. — Я просто хочу, чтобы ты услышал меня. По-настоящему услышал.
Он встал, прошелся по комнате, остановился у книжной полки, уставился на корешки, не видя их.
— Что ты хочешь от меня? — спросил он наконец.
— Уважения. Внимания. Чтобы мое мнение что-то значило, — она подошла ближе. — Я не прошу невозможного, Сережа. Просто хочу, чтобы ты советовался со мной, а не ставил перед фактом.
— А родители?
— Позвони маме. Скажи, что в этом году мы останемся дома, но обязательно приедем на Рождество. Или на день рождения твоего отца в феврале.
Сергей покачал головой.
— Она устроит скандал.
— Пусть устраивает, — спокойно сказала Лена. — Ты взрослый мужчина. У тебя своя семья.
— Она скажет, что это ты виновата.
— И что? Пусть думает что хочет. Главное — что думаешь ты.
Он повернулся к ней, и впервые за весь разговор действительно посмотрел на нее. Увидел усталость в глазах, напряжение в плечах, сжатые губы.
— Тебе правда так важно остаться в городе?
— Да, — она кивнула. — Я хочу встретить праздник с друзьями. Хочу надеть новое платье и пойти в ресторан. Хочу танцевать под бой курантов, а не слушать, как твой отец храпит на диване после третьей рюмки.
Сергей фыркнул — почти улыбнулся.
— Ладно, это было смешно.
— Но правда, — настаивала она.
Он потер затылок, тяжело вздохнул.
— Мама меня убьет.
— Переживет, — Лена шагнула к нему, осторожно коснулась его руки. — Сережа, я не против твоих родителей. Правда. Просто я хочу, чтобы у нас был баланс. Год к твоим родителям, год здесь. Или по очереди встречаемся с обеими семьями. Или вместе что-то придумываем.
— А твои родители? Они тоже хотят нас видеть.
— Вот именно, — кивнула она. — Они тоже существуют. И им тоже было обидно, когда мы в прошлом году даже не зашли к ним поздравить.
Сергей опустился на диван, притянул ее к себе.
— Я не подумал, да?
— Не подумал, — она села рядом, но не прижалась к нему. — Как и сегодня.
— Просто мама позвонила, сказала, что очень ждет... И я автоматом согласился.
— Вот это и есть проблема, — мягко сказала Лена. — Ты автоматически соглашаешься с ней, но автоматически отметаешь мои желания.
Он молчал, глядя на свои руки.
— Наверное, ты права, — произнес он наконец. — Я привык, что мама решает. В детстве она всегда всё решала. А когда женился, как-то само собой перенес это на нашу семью.
— Только теперь семья — это мы с тобой, — напомнила Лена. — И решения мы должны принимать вместе.
— Знаешь, что самое странное? — он повернулся к ней. — Я думал, что так правильно. Что муж должен быть главой семьи, всё решать. А получается, я просто тобой командовал.
— Получается, да.
Он обнял ее, прижал к себе.
— Прости.
Лена почувствовала, как внутри что-то отпускает, ослабевает та тугая пружина напряжения.
— Позвонишь маме?
— Позвоню, — пообещал он. — Хотя мне страшно.
— Боишься матери в сорок лет?
— Ты ее не знаешь, когда она разозлится, — попытался пошутить Сергей, но в голосе сквозила тревога.
— Справишься, — Лена поцеловала его в щеку. — Я в тебя верю.
Он достал телефон, посмотрел на экран, снова убрал.
— Может, завтра?
— Сегодня, — настояла она. — Чем раньше, тем лучше.
Сергей кивнул, набрал номер. Лена встала, давая ему пространство, но он удержал ее за руку.
— Останься.
Она осталась.
— Мам, привет... Да, всё нормально... Слушай, мам, насчет праздников... — он замялся, и Лена сжала его руку ободряюще. — Мы в этом году останемся в городе... Нет, мам, послушай... Мам!.. Мы с Леной обсудили и решили... Потому что мы так решили... Мама, я не мальчик, мне сорок... Мам, хватит... Нет, это не Лена виновата, это наше совместное решение... Тогда приезжай к нам... Нет?.. Тогда приедем на Рождество... Мама, прекрати... Я повесил.
Он действительно нажал отбой, опустил телефон на колени.
— Ну вот, — выдохнул он. — Она сказала, что я неблагодарный сын, что Лена меня испортила, и что она теперь не знает, как смотреть соседям в глаза.
— Переживет, — повторила Лена, обнимая его за плечи.
— Ты думаешь?
— Знаю. К Рождеству остынет.
Они сидели молча, слушая, как за окном шумит город, готовясь к празднику.
— Лен?
— Да?
— А что если мы действительно пригласим и твоих, и моих родителей к нам? На обед, например, первого января?
Она отстранилась, посмотрела на него с удивлением.
— Серьезно?
— Почему нет? Будет нейтральная территория. Все вместе, но ненадолго.
— Твоя мама точно не придет.
— Ее дело, — пожал плечами Сергей. — Я предложу. А там как решит.
Лена улыбнулась — впервые за весь вечер.
— Хорошо. Давай попробуем.
Он притянул ее ближе, поцеловал в макушку.
— Извини, что был ослом.
— Главное, что понял это.
— Понял, — кивнул он. — Наверное, мне еще много чего предстоит понять.
— Ничего, будем учиться вместе.
Телефон Сергея ожил — пришло сообщение от матери: "Я с тобой не разговариваю".
Он усмехнулся, показал экран Лене.
— Началось.
— Выдержим, — она забрала у него телефон, выключила звук. — Сегодня вечер для нас. Без родителей, без скандалов.
— А с чем?
— С пиццей, вином и старым фильмом? — предложила она.
— По рукам.
Он заказал пиццу, она достала вино из серванта. Включили комедию, которую смотрели на первом свидании, семь лет назад. Тогда всё казалось проще — они были влюблены, мир был полон возможностей, и никакие свекрови не маячили на горизонте.
— Помнишь, как ты тогда пролил на меня колу? — засмеялась Лена.
— Ты меня напугала своей шуткой про экзорциста! — оправдывался Сергей.
— И я потом весь вечер ходила с липкой блузкой.
— Зато потом я купил тебе новую.
— Которая была на три размера больше.
Они смеялись, и напряжение окончательно растворилось. Привезли пиццу, и они ели прямо из коробки, сидя на полу у журнального столика, как в студенческие годы.
— Знаешь, — сказал Сергей между кусками, — может, это и к лучшему. Что мы остаемся дома.
— Правда?
— Правда. Я уже устал от этих марафонов — туда-сюда, у родителей всегда по их расписанию. Хочется простого спокойного праздника.
— С разведенками? — подмигнула Лена.
— С твоими замечательными подругами, — поправился он. — Кстати, а они правда такие классные, как ты говоришь?
— Даже лучше. Оля вообще мой ангел-хранитель. Когда я после первого года брака рыдала, что твоя мама меня за человека не считает, она три часа меня успокаивала.
Сергей поперхнулся пиццей.
— Серьезно? Ты рыдала?
— Еще как. Помнишь, когда мы приезжали на день рождения твоего отца? Твоя мама при всех сказала, что я "городская штучка, которая в жизни курицу не зарежет".
— Боже, — он закрыл лицо руками. — Я даже не вспомнил об этом.
— Потому что тебе было нормально. Это про меня говорили, не про тебя.
— Лен...
— Всё, прошло, — она махнула рукой. — Главное, что сейчас ты меня слышишь.
Они досмотрели фильм, допили вино. За окном город сверкал огнями, и до Нового года оставалась неделя.
— А во сколько встречаемся с девчонками? — спросил Сергей.
— В десять в "Облаках". Ты правда хочешь пойти?
— Почему нет? Познакомлюсь наконец с этими легендарными Олей и Мариной.
Лена расцвела улыбкой.
— Правда?
— Правда. Раз уж я испортил тебе столько праздников, хочу хоть этот сделать хорошим.
Она обняла его, уткнулась носом в шею.
— Спасибо.
— Мне спасибо, — он гладил ее по спине. — За то, что не сдалась. За то, что не стала молча терпеть и копить обиды. За то, что сказала мне всё в лицо.
— Я боялась, что ты разозлишься.
— Я и разозлился, — признался он. — Но потом подумал: а она ведь права. И если я сейчас не пойму этого, то она действительно может уйти. А я этого не хочу.
— Я тоже не хочу, — прошептала Лена. — Я просто хочу, чтобы мы были командой.
— Будем, — пообещал Сергей. — Учиться никогда не поздно.
Телефон снова ожил — теперь писала его сестра: "Мама плачет, ты ее расстроил".
Сергей прочитал, покачал головой и удалил сообщение.
— Завтра разберусь, — сказал он. — Сегодня я с тобой.
И Лена поняла, что это — самые важные слова, которые он мог сейчас произнести. Не оправдания, не обещания позвонить маме. Просто "сегодня я с тобой".
Может, это и был настоящий первый шаг к тому балансу, который она так искала. К партнерству, уважению, к тому, чтобы быть не приложением к чужой семье, а полноценной частью своей собственной.
За окном падал снег, город готовился к празднику, и впереди был Новый год — их Новый год, который они встретят так, как хотят оба.
Вместе.