Жил-был Человек. Как все мы.
С самого детства у него был Новый Год. Не просто праздник, а ощущение. Ощущение волшебного «ещё нет». Запах мандарина за неделю до, ожидание боя курантов, гирлянды и уверенность, что в следующем году всё будет иначе. Лучше. Ярче.
Но однажды, уже взрослым, в конце декабря он поймал себя на мысли. Предпраздничная суета все та же - магазины, подарки, огни. Но внутри... тишина. Того самого трепетного ожидания «ещё нет» не было. Будто кто-то вынул батарейку из гирлянды. Он попытался её «включить». Нарядил ёлку, купил мандарины, включил старый фильм. Но чувство не возвращалось. Оно просто... закончилось.
Он стоял у окна 31 декабря, смотрел на снег и чувствовал не радость, а тихую, странную потерю. Он потерял не праздник. Он потерял способ его чувствовать. Тот детский, наивный, безоговорочный способ верить в волшебство, которое приходит с боем часов.
Куранты пробили. Шампанское было. Он лёг спать с ощущением, что потерял что-то драгоценное и невосполнимое. Свой внутренний Новый год.
Наутро, первого января, мир был не волшебным, а просто всё было прибрано, гости разошлись. И в этой тишине он заметил то, чего раньше не видел.
Он увидел не «ожидание чуда», а само чудо настоящего момента. Тишину утра после праздника. Первый солнечный луч на пустой бокал. Спящего пса в гнезде. Он почувствовал не предвкушение будущего, а глубокую, мирную благодарность за уже прожитый год. Со всеми его радостями и шрамами.
С этого дня он начал терять многое. Уходили люди, с которыми раньше встречал Новый год. Уходила привычка загадывать громкие желания под бой курантов. Каждый следующий декабрь напоминал, что время уходит, как песок в стеклянных часах. И каждый раз ему казалось, что волшебства становится всё меньше.
Но, пережив эту грусть, он учился видеть по-новому. Если раньше волшебство было впереди в наступающем годе, то теперь оно оказалось вокруг и внутри.
Он заметил, что «Новый год», это не только ночь с 31-го на 1-е. Это момент, когда ты искренне благодарен за чашку горячего чая. Это смех друзей в обычный осенний вечер, который становится маленьким праздником. Это тихое «спасибо» самому себе за то, что справился в ещё одном сложном дне. Это миллион маленьких «новых начал», которые происходят каждый миг, а не раз в году.
В свой последний декабрь, уже старый, он сидел в кресле у окна. За окном падал снег, мигали гирлянды. Внутри не было того детского трепета. Была тихая, полная картина.
Он видел не просто «конец года». Он видел всю гирлянду прожитых лет с их яркими вспышками радости и тёмными промежутками грусти. И вся эта гирлянда, целиком, была красива. Он понял, что терял старый способ чувствовать праздник, чтобы найти новый способ чувствовать жизнь. Глубоко, полностью, без прикрас и ожиданий.
Когда часы начали бить полночь, он не стал загадывать желание. Он просто тихо улыбнулся. Он знал, что где-то сейчас малыш зажмуривается и шепчет свою самую заветную мечту в ожидании волшебства. А его собственное «волшебство» прожитая, прочувствованная жизнь, уже стало частью тихой, вечной ночи за окном. Частью этого снега, этих звёзд, этого бесконечного, спокойного круговорота времён.
Бой курантов стих. Наступила тишина. Не пустота, а полная, глубокая тишина нового начала. Не в календаре, а в душе. Он потерял Новый год детства, но обрёл вечное Сейчас. И в этом «Сейчас» было всё.