— Сергей Игоревич, извините, что беспокою так поздно, — набрал номер начальника полиции Марк, — но меня обокрали.
— Игорь Сергеевич, — перебили его в трубке.
— Что? — взвыл Марк.
— Я говорю, Игорь Сергеевич.
— Да, да, конечно, помогите, это Марк Абрамович, шеф-повар "Метаморфозы". У меня украли старинный фолиант- кулинарную книгу и ворона.
— Что?
— Нет, ну что вы, я не ругаюсь, то есть не обзываюсь, птицу говорю, у меня из клетки украли, — лебезил в трубку Марк.
…
— Да, спасибо большое, буду ждать, — и он отключился.
***
— Он позвонил в полицию, — сказала Ольга, которая стояла под дверью и подслушивала. Хорошо, что строители сейчас строят дома с такой слышимостью.
Геннадий открыл окно.
— Летите, прячьтесь.
Вороны вылетели, а в дверь позвонили.
— Откройте, полиция.
Геннадий подчинился.
— Добрый вечер, точнее ночь. Этот гражданин утверждает, что вы украли его книгу.
— И птицу, — вклинился Марк, с лица которого не сходила улыбка.
— Пусть докажет, что книга его, — не поддался на угрозы Геннадий.
— Сам доказывай, что она твоя? — снова влез в разговор Марк.
— Да предъявите документы на владение книгой, — потребовал полицейский.
— Мне её подарила владелица книги Марфа Семёновна Загоруйко, — сказал Геннадий, понимая, что подтвердить права на книгу не может.
— Что ж, конфискую её до выяснения прав.
И потянулся к книге, но Марк победоносно схватил её.
— Стоп, — предупредил полицейский. — Я же сказал: кто подтвердит на неё права, тот её и получит. А пока она будет храниться в нашем участке.
Забрал книгу полицейский и вышел.
— А ворон? — напомнил Марк уже не так уверенно.
— А где вы видели птицу? У этого гражданина нет в доме птиц.
— Но она была! Он её отпустил на волю, мне на зло.
— Видите ли, Марк, домашние птицы привыкли, что их кормят, и они, прожив, как вы утверждаете, двадцать лет, всё равно прилетят к вам. Это закон природы. Кто не привык жить в природе, не сможет после такого долгого времени адаптироваться.
Марк только хмыкнул.
"Этот не вернётся", — пробубнил себе под нос и решил заявиться утром к начальнику с подарком, чтобы тот отдал ему книгу.
***
Тем временем, в квартире Марфы Семёновны...
Стук в окно. Тихий, но настойчивый. Марфа подошла, открыла. Влетел ворон.
Карл сел на стол. В клюве у него что-то блестело.
— Карлуша! — обрадовалась Марфа Семёновна. — Ты вернулся!
"Вернулся, — прозвучало в её голове. — Но ненадолго. И с предупреждением."
Он положил на стол алмазную брошь в виде снежинки. Та самая, что дала ему Снежная Королева.
"Это артефакт защиты, — продолжил ворон. — От Королевы. Благодарность за то, что спасли меня. Носите её всегда. Марк может напасть в любой момент. Он опасен."
Марфа Семёновна взяла брошь. Она была холодной, но не ледяной. Как зимнее солнце.
— Я буду носить, — пообещала она. — Спасибо.
"И ещё... документы на книгу. Возьмите. Завтра в полиции понадобятся."
Он каркнул ещё раз, ласково ткнул клювом в её руку, потом взлетел и выпорхнул в окно.
Марфа Семёновна стояла, держа в руках брошь. И улыбалась, и плакала одновременно. Он выжил, ее Карлуша.
***
Утром Ольга приехала к Марфе Семёновне.
— Нам надо ехать в полицию за книгой.
— Уже готовлюсь, — кивнула Марфа Семёновна. — И документы взяла. И... кое-что ещё.
Она показала брошь.
— От Карла. Защита? Тогда поехали.
***
А в это время в полицейском участке...
Марк стоял перед начальником Игорем Сергеевичем. На столе — коробка дорогого коньяка.
— Игорь Сергеевич, ну отдайте книгу. Она же моя! Я её... потерял, а он нашёл и присвоил!
— Документы есть? — спросил начальник, даже не глядя на коньяк.
— Какие документы? Книге двести лет!
— Тогда нет.
Марк закусил губу.
— Хотя бы... осмотреть дайте? Я же повар. Мне важно... убедиться, что она в порядке.
Начальник подумал. Потом кивнул.
— Ладно. Пятнадцать минут. Здесь, при мне.
Он достал книгу из сейфа. Положил на стол. Сел за компьютер, сделал вид, что работает.
Марк начал листать. Страницы пожелтевшие, текст старинный. Рецепты... большинство из них на успокоение, примирение, добрые намерения и укрощение страхов. "Царское примирение", "Сердце зимы", "Утешение одиноких"...
И вдруг… "Повиновение воли".
“Для тѣхъ, чей разумъ буйствуетъ, а душа не внемлетъ гласу разсудка.
Рецептъ сей созданъ поваромъ Высочайшаго Двора послѣ войны съ Наполеономъ, когда многіе воины возвратились съ помутнѣннымъ разсудкомъ. Впослѣдствіи употреблялся для укрощенія враговъ Государя и Отечества.”
Марк замер. Потом оглянулся. Начальник уткнулся в монитор.
Марк попытался вырвать листок. Не получилось — страницы были написаны на особой коже, которая не рвалась.
Тогда он увидел у полицейского среди канцтоваров канцелярский нож.
Он подождал. Минуту. Две. Начальник встал.
— Кофе пойду возьму. Ты тут...
— Да, да, я тут, — поспешно кивнул Марк.
Как только дверь закрылась, он схватил нож. Аккуратно, торопливо, вырезал страницу. Сложил вчетверо, сунул во внутренний карман пиджака.
Положил книгу обратно. Сел. Дышал тяжело.
Начальник вернулся.
— Ну что?
— Всё, спасибо, — сказал Марк. Голос дрожал, но он сделал вид, что это от волнения. — Книга... прекрасна. Жаль, не моя, ошибся. Но я жду вас сегодня вечером в нашем ресторане, ужин с меня.
Он выбежал из участка. На улице остановился, прислонился к стене. Сердце колотилось. Но на лице — победная улыбка.
Теперь у него есть то, что нужно. Рецепт подчинения. Осталось только приготовить.
Он поехал в ресторан.
***
Марфа Семёновна и Ольга пришли в полицию как раз, когда Марк вышел. Они разминулись в дверях.
— Документы, — сказала Марфа Семёновна, кладя на стол бумаги. — Книга принадлежала мне. Я подарила её Геннадию.
Начальник полиции посмотрел документы. Вздохнул.
— Ладно. Забирайте.
Он отдал книгу. Они вышли.
— Сейчас к нотариусу, — сказала Ольга. — Оформим окончательно на Геннадия.
Так и сделали. Через час книга юридически принадлежала Геннадию.
И только когда они уже сидели у Марфы Семёновны, разглядывая книгу, Ольга заметила:
— А здесь... страницы не хватает.
Марфа Семёновна перелистнула. Действительно. Аккуратный вырез. Как будто кто-то вырезал ножом.
— Рецепт "Повиновение воли", — ахнула она. — Я помню его.
Ольга тут же позвонила Геннадию. Он был на работе.
— Ген, в книге вырезана страница. Рецепт подчинения.
Молчание на том конце.
— Марк был в полиции, осматривал книгу.
— Понял!
***
Геннадий пошел в кухню босса, у него была отдельная, для экспериментов, как он ее называл, Марк стоял у плиты. Что-то варил в кастрюле. Пахло... Маняще, хотелось немедленно попробовать, Кисло-сладкий запах вертелся на языке.
— Марк! Остановись!
Марк обернулся. Улыбнулся.
— О, Геннадий. Хочешь попробовать?
— Что ты приготовил?
— Просто ужин для нашего уважаемого начальника полиции. Он сегодня так помог...Кстати, он его уже попробовал и оценил.
Геннадий шагнул вперёд. Но тут вошёл Игорь Сергеевич. Лицо спокойное, но глаза... пустые.
— А, вот и наш гость, — сказал Марк. — Игорь Сергеевич, этот человек напал на меня.
Начальник полиции посмотрел на Геннадия. Взгляд был стеклянным.
— Так парень, ты арестован. Тебя бы в больницу, конечно, а не в обезьянник. Марк сказал, ты аутист?
Геннадий понял: уже поздно. Блюдо уже подействовало. Хотя бы частично.
— Игорь Сергеевич, это Марк...
— Арестовать, — перебил начальник. Спокойно. Без эмоций. — За нападение на босса.
Двое полицейских, которые пришли с начальником, взяли Геннадия под руки.
Он не сопротивлялся. Бесполезно.
Последнее, что он видел, — ухмылку Марка.
И взгляд начальника полиции, который смотрел на Марка, как на бога.
***
Камера. Тихая. Холодная.
Геннадий сидел на скамье. Смотрел в стену.
Как это произошло? Как он допустил?
Марк вырезал страницу, приготовил блюдо. Подчинил начальника полиции. А теперь... что дальше? Кого ещё он подчинит?
И главное — как снять эти чары?
Геннадий закрыл глаза. Вспоминал книгу. Страницу за страницей. Рецепт за рецептом.
Было ли противоядие? Было.
Рецепт "Очищение сердца". Для тех, чей разум затуманен чужой волей. Ингредиенты простые: чистая вода, мята, мёд... и что-то ещё. Что-то, что он не мог вспомнить.
Потому что тот рецепт был на той же странице, что и "Повиновение воли". Рядом. Как два брата-близнеца: один — яд, другой — противоядие.
И теперь противоядие было у Марка. Вместе с ядом.
Но должно же быть что-то ещё. Другой рецепт. Который мог бы помочь.
Он думал. Вспоминал. Каждую строчку. Каждое слово.
И вспомнил.
Рецепт "Пробуждение совести". Не для подчинения. Для... пробуждения. Того, что спит глубоко внутри. Он есть. Он точно есть.
Осталось только приготовить его. Но как, он в тюрьме.
Или... найти того, кто сможет.
Он посмотрел на решётку на окне. На улицу. На город.
Где-то там были Ольга и Марфа Семёновна. И, возможно, Карл.
И они помогут. Должны помочь.
Потому что если не они — то кто?
И потому что уже завтра Новый год.
А там и Рождество — время, когда даже самые тёмные чары могут рассеяться.
Если, конечно, найти правильный рецепт и приготовить его с чистым сердцем.