– Витя, ты ничего не хочешь мне сказать? – Лидия стояла в дверном проеме кухни, теребя пояс своего старого, но все еще любимого махрового халата. На столе перед мужем дымилась чашка крепкого кофе, а сам он, уткнувшись в телефон, ритмично работал челюстями, пережевывая бутерброд с колбасой.
Виктор на секунду оторвался от экрана, моргнул, словно выныривая из глубокого омута новостной ленты, и с недоумением посмотрел на жену. В его взгляде читалась искренняя пустота. Ни искорки понимания, ни тени догадки.
– Сказать? – переспросил он, прожевав кусок. – А, да. Кофе отличный, Лидусь. Ты хлеб новый купила? Вкусный, с семечками.
Лидия почувствовала, как внутри, где-то в районе солнечного сплетения, начинает натягиваться тонкая, звенящая струна. Десять лет. Сегодня ровно десять лет, как они расписались в районном ЗАГСе. Оловянная свадьба, или розовая – как там правильно в этих календарях пишут? Она помнила этот день до мелочей: как сломался каблук перед входом, как Витя смеялся и нес ее на руках до машины, как они пили дешевое шампанское и клялись друг другу в вечной любви и внимании.
– Хлеб тот же, что и всегда, – тихо произнесла она, проходя к плите и выключая чайник. – Просто свежий.
– Ну вот и отлично, – Виктор снова потянулся к телефону. – Слушай, я сегодня задержусь немного. У нас там на работе завал с отчетами, Петрович лютует, конец квартала на носу. Так что к ужину не жди, перекушу в офисе.
Лидия замерла с чашкой в руке. Задержится. В такой день. Она специально взяла отгул, договорилась с мамой, чтобы та забрала младшего со школы, заказала столик в их любимом ресторанчике на набережной, который, между прочим, стоил немалых денег. А он даже не вспомнил.
– Вить, – голос ее дрогнул, но она постаралась взять себя в руки. – А ты на календарь сегодня смотрел?
– На календарь? – муж нахмурился, в его голосе проскользнули нотки раздражения. – Лид, ну что за загадки с утра пораньше? Среда сегодня. Середина недели. День тяжелый. Что не так?
Он встал, одним глотком допил кофе и, чмокнув жену в щеку – дежурно, сухо, на бегу, – направился в коридор.
– Всё так, – прошептала Лидия ему вслед. – Просто среда.
Она слышала, как он возится в прихожей, надевая ботинки, как гремит ключами, как хлопает входная дверь. Затем щелкнул замок, и в квартире воцарилась тишина, нарушаемая лишь гудением холодильника.
Лидия опустилась на стул и закрыла лицо руками. Обида была не острой, не жгучей, а какой-то тяжелой, липкой, обволакивающей. Она копилась не один день. Это началось давно. Сначала он забыл про Восьмое марта, отделавшись букетом вялых тюльпанов, купленных явно у метро в последний момент. Потом был ее день рождения, когда он подарил ей набор кастрюль. Кастрюль! При том, что она ненавидела готовить и мечтала о сертификате в спа-салон. А теперь – юбилей свадьбы. Первый серьезный юбилей.
Она встала и подошла к окну. Во дворе серый осенний ветер гонял по асфальту опавшую листву. Машина мужа выехала с парковки и скрылась за углом.
– Завал у него, значит, – вслух произнесла Лидия. – У Петровича.
Она прекрасно знала, что никакого завала нет. Вчера вечером, когда Виктор думал, что она уже спит, он громко разговаривал по телефону с другом, обсуждая какой-то «важный рейд» в новой онлайн-игре, который планировался именно на сегодняшний вечер.
Взгляд женщины упал на гостиную. Там, на почетном месте под большим телевизором, стояла она. Черная, изящная, с плавными изгибами корпуса – игровая приставка последнего поколения. Гордость и главная любовь ее мужа последние полгода.
Лидия вспомнила, как копила на этот подарок. Витя бредил этой приставкой, смотрел обзоры на ютубе, вздыхал в магазинах электроники. Стоила она баснословных денег для их семейного бюджета. Лидия полгода отказывала себе в обедах на работе, не покупала новую косметику, ходила в старых сапогах, которые давно просили ремонта. Она хотела сделать мужу приятно. Хотела увидеть тот самый мальчишеский восторг в его глазах.
И она увидела. Когда вручила ему коробку на Новый год, он прыгал до потолка. Целовал ее, говорил, что она лучшая жена в мире. А потом... Потом приставка стала третьим лишним в их браке.
Вечерами, приходя с работы, Витя наскоро ужинал и бежал к телевизору. «Мне надо расслабиться, у меня стресс», – говорил он, надевая наушники. И пропадал. Он не слышал, как она рассказывает о проблемах на работе, не замечал, что она перекрасила волосы, не интересовался, как дела у сына в школе. Он был там, в виртуальных мирах, сражался с драконами и спасал галактики, пока его реальная семья медленно распадалась на части.
Лидия подошла к телевизору. Приставка тихо гудела в режиме ожидания, подмигивая маленьким оранжевым огоньком. Рядом валялись два геймпада и стопка дисков в ярких коробках.
– Значит, рейд, – Лидия провела пальцем по глянцевой поверхности консоли. Пыли не было. Витя протирал свою «прелесть» специальной тряпочкой каждый день. В отличие от полок в шкафу, которые он обещал повесить еще полгода назад.
В голове вдруг стало ясно и пусто. План созрел мгновенно, словно кто-то щелкнул выключателем. Никаких истерик. Никаких слез и упреков. Хватит. Она взрослая женщина, ей тридцать пять лет, она ведущий бухгалтер в крупной фирме, а не девочка на побегушках, выпрашивающая каплю внимания.
Лидия решительно направилась в кладовку. Там, на верхней полке, хранилась коробка от приставки. Витя запретил ее выбрасывать – «вдруг продавать надумаем, с коробкой дороже». Как в воду глядел.
Она достала коробку, сдула с нее пыль и принесла в гостиную. Аккуратно, стараясь не повредить провода (она все-таки была аккуратным человеком), отсоединила приставку от телевизора. Сложила геймпады, скрутила кабели, уложила все в пенопластовые ложементы. Сверху положила диски – все до единого, даже те, которые он брал у друзей. Пусть сам потом с ними разбирается.
Сфотографировала коробку на телефон. Фотографии получились четкими, красивыми. Затем открыла популярный сайт объявлений. Пальцы быстро набивали текст: «Продам игровую приставку, состояние идеальное, полный комплект, много игр в подарок. Срочно. Торг не уместен».
Цену она поставила ниже рыночной процентов на тридцать. Ей не нужна была выгода, ей нужна была скорость.
Не прошло и пятнадцати минут, как телефон ожил. Звонил некий Михаил.
– Алло, добрый день! Объявление по приставке актуально? – голос мужчины звучал взволнованно.
– Добрый, – спокойно ответила Лидия. – Да, актуально.
– А почему так дешево? Она не ворованная? Не банная? В смысле, не заблокированная?
– Нет, – усмехнулась Лидия. – Она абсолютно чистая. Домашняя, ухоженная, любимая. Просто... стала ненужной. Занимает место.
– Я могу подъехать через полчаса? Сын давно просил, а тут такой вариант... Деньги переведу сразу.
– Приезжайте, – сказала она и продиктовала адрес.
Через сорок минут в дверь позвонили. На пороге стоял грузный мужчина лет пятидесяти с добрым лицом, одетый в простую куртку. Он с сомнением покосился на Лидию, потом на коробку.
– Можно проверить? Включить?
– Конечно, – Лидия уже подготовилась. Приставка снова была подключена к сети, на экране телевизора светилось меню выбора игр.
Мужчина взял геймпад, неумело понажимал кнопки.
– Работает, – констатировал он с улыбкой. – Шустрая. Внук будет счастлив. А то у него старая совсем, шумит как пылесос. А вы чего продаете? Муж наигрался?
Лидия посмотрела на экран, где яркие персонажи звали в новые приключения.
– Можно и так сказать, – ответила она. – Муж решил сменить приоритеты.
– Ну, это дело хорошее, взрослеет, значит, – одобрительно кивнул покупатель, доставая телефон. – Давайте номер карты.
Телефон пискнул, уведомляя о поступлении средств. Сумма была приличной. Не те деньги, что она потратила на покупку, конечно, но вполне достаточная для того, что она задумала.
– Спасибо вам большое! – мужчина сиял, прижимая коробку к груди. – Вы нас очень выручили.
– И вам спасибо, – искренне ответила Лидия. – Пусть внук радуется. Только... скажите ему, чтобы не забывал про реальную жизнь. Она важнее.
Когда за покупателем закрылась дверь, Лидия почувствовала странную легкость. Словно из квартиры вынесли не пластиковую коробку с микросхемами, а мешок с камнями, который давил на плечи последние месяцы.
Она посмотрела на часы. Полдень. У нее впереди был целый день.
Первым делом она позвонила в ресторан и отменила бронь на вечер. Администратор вежливо выразил сожаление, но Лидию это не тронуло. Затем она набрала номер салона красоты, в который ходила только по большим праздникам.
– Алло, Катенька? Это Лида Смирнова. У вас есть окошко на сегодня? Да, на всё. Маникюр, педикюр, стрижка, укладка. И к косметологу, если можно. Да, я подожду. Отлично. Буду через час.
Следующие пять часов пролетели как в тумане, но это был сладкий, ароматный туман. Лидия сидела в мягком кресле, пила вкусный травяной чай, пока над ней колдовали мастера. Она смотрела в зеркало и видела, как меняется ее отражение. Исчезла серая усталость под глазами, кожа засияла, новая стрижка выгодно подчеркнула скулы.
– Вы сегодня прямо светитесь, Лидия Владимировна, – щебетала молоденькая маникюрша, нанося на ногти лак глубокого винного оттенка. – У вас праздник какой-то?
– Да, – улыбнулась Лидия, разглядывая свои руки. – У меня сегодня день освобождения.
– От чего? – удивилась девушка.
– От иллюзий, Катя. От глупых иллюзий.
Выйдя из салона, Лидия направилась в торговый центр. Деньги, полученные за приставку, жгли виртуальный карман. Она зашла в ювелирный магазин.
Долго стояла у витрины, рассматривая золотые серьги с топазами. Она давно на них засматривалась, даже показывала Вите как-то, намекая. Он тогда лишь отмахнулся: «Лид, ну куда тебе такие? В офис носить? Дорого же».
«Дорого», – эхом отозвалось в голове. А игровая приставка – это не дорого. Это необходимость.
– Девушка, покажите вот эти, – Лидия указала на самые красивые серьги.
Она надела их, глянула в маленькое зеркальце на прилавке. Голубые камни идеально подходили к ее глазам.
– Беру, – сказала она твердо.
Остаток денег она потратила на роскошное кружевное белье (для себя, исключительно для себя, чтобы чувствовать уверенность) и флакон дорогих духов с ароматом жасмина и сандала.
Домой Лидия вернулась около семи вечера. В квартире было тихо. Витя еще не пришел. Она не стала готовить ужин. Вместо привычного стояния у плиты она заказала доставку еды – пиццу и суши. Себе взяла бутылку хорошего красного вина.
Она накрыла на стол в гостиной, зажгла свечи. Но не для романтики, а для атмосферы собственного уюта. Надела новое белье, сверху накинула шелковый халат, вставила в уши новые серьги. Налила бокал вина, включила расслабляющую музыку и села в кресло, наслаждаясь моментом.
Ключ в замке повернулся в половине девятого.
Виктор вошел в квартиру, шумно отдуваясь. Вид у него был помятый, галстук сбился набок.
– Фух, ну и пробки, – с порога заявил он, стягивая ботинки. – Петровича еле уломал отпустить пораньше. Есть что пожрать? Я голодный как волк.
Он прошел в гостиную и замер. Увидел свечи, вино, красивую жену в кресле. И коробки с пиццей.
– О, – его лицо расплылось в довольной улыбке. – Ты все-таки решила устроить праздник? Ну, молодец, Лидусь. Я знал, что ты не будешь дуться из-за ерунды. Прости, что я утром так... забегался. Реально голова кругом.
Он подошел к столу, схватил кусок пиццы и отправил в рот.
– М-м-м, пепперони. Моя любимая. Слушай, а что за повод-то? Я что-то реально запамятовал. День взятия Бастилии?
Лидия сделала глоток вина и посмотрела на мужа долгим, изучающим взглядом. Как она могла жить с этим человеком десять лет и не замечать, насколько он равнодушен? Или замечала, но боялась признаться себе?
– Сегодня десятая годовщина нашей свадьбы, Витя, – спокойно произнесла она.
Виктор поперхнулся пиццей. Он закашлялся, стуча себя кулаком по груди. Глаза его расширились.
– Черт... Точно! Десятое число! Лида, блин, прости! Вылетело из головы напрочь. Я думал, это на следующей неделе!
Он заметался по комнате, не зная, куда деть руки.
– Я... я исправлюсь! Завтра же куплю тебе цветы! Огромный букет! И... и что ты там хотела? Духи?
– Не нужно, – Лидия поставила бокал на столик. – Я уже купила себе подарок.
Виктор остановился, вытирая жирные руки о салфетку.
– Да? Ну... отлично. Молодец. Сколько потратила? С общей карты?
– Нет, не с общей. Я нашла способ финансирования.
Виктор облегченно выдохнул. Раз скандала не будет, значит, пронесло. Он расслабился, плюхнулся на диван и потянулся за пультом от телевизора.
– Ну, раз праздник, можно и расслабиться. Ребята уже заждались, наверное. Рейд через десять минут начинается. Я сейчас быстренько подключусь, пару часиков поиграю, а потом мы с тобой отметим, идет?
Он нажал кнопку включения телевизора. Экран загорелся синим. Виктор привычным движением потянулся к тому месту, где всегда лежал геймпад. Рука схватила пустоту.
Он нахмурился, посмотрел на тумбу.
– Лид, а где джойстик? Ты убиралась, что ли?
Лидия молчала, наблюдая за ним с легкой полуулыбкой.
Виктор перевел взгляд на полку под телевизором. Пусто. Ни черной коробки, ни дисков, ни проводов. Только сиротливо торчащая розетка в стене.
– Лида? – голос его дрогнул. – А где приставка?
Он вскочил на колени, заглянул за телевизор, потом под тумбу. Пусто.
– Лида, это не смешно! Куда ты ее спрятала? У меня рейд! Меня клан ждет, я главный танк! Если я не приду, мы завалим подземелье!
Он обернулся к жене. Лицо его начало краснеть.
– Отдай. Быстро. Потом шутить будем.
– Я ее не прятала, Витя, – ровным тоном ответила Лидия, покачивая ножкой в изящной тапочке. – Я ее продала.
В комнате повисла звенящая тишина. Слышно было, как тикают часы на стене и как тяжело дышит Виктор.
– Что ты сделала? – прошептал он, не веря своим ушам.
– Про-да-ла, – по слогам повторила она. – Утром. Через интернет. Приехал очень милый дедушка, купил для внука.
– Ты... ты с ума сошла?! – взревел Виктор. – Ты хоть понимаешь, сколько она стоит?! Там игр на целое состояние! Там мой аккаунт! Там сохранения за триста часов! Ты что наделала, дура?!
– Не ори на меня, – Лидия даже не повысила голос, но в ее тоне было столько холода, что Виктор невольно осекся. – Приставку купила я. На свои деньги. Свои премиальные, если ты помнишь. Это был мой подарок тебе. Подарок, который ты любил больше, чем жену.
– Да при чем тут это?! – Виктор схватился за голову, начав мерить шагами комнату. – Это моя вещь! Ты не имела права! Это воровство! Где деньги?! Давай деньги, я сейчас поеду, может, успею купить новую в круглосуточном!
– Денег нет, – Лидия коснулась пальцами новой сережки. – Они вложены в инвестиции. В мою красоту и душевное равновесие.
Виктор уставился на ее уши. Камни сверкнули в свете свечей.
– Серьги? – просипел он. – Ты променяла мою «плойку» на какие-то стекляшки?!
– Это топазы, Витя. И да, променяла. Потому что эти «стекляшки» будут радовать меня каждый раз, когда я смотрю в зеркало. А твоя приставка только отнимала у меня мужа.
– Ты... ты эгоистка! – выплюнул он. – Стерва! Я пашу как проклятый, имею право на отдых!
– Ты «пашешь» в офисе с девяти до шести, перекладывая бумажки, – парировала Лидия. – А я работаю так же, но потом прихожу домой и работаю во вторую смену: готовлю, стираю, убираю за тобой носки, слушаю твое нытье. И в «благодарность» получаю полное забвение в день нашей свадьбы.
Виктор рухнул на диван, закрыв лицо руками. Он выглядел как ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.
– Это был важный рейд... – простонал он. – Меня теперь из клана выгонят.
– А из семьи тебя не выгонят? – тихо спросила Лидия.
Виктор поднял голову. В глазах жены он не увидел привычного сочувствия или готовности пойти на попятную. Там была сталь.
– Ты это серьезно? – спросил он уже другим тоном, более тихим и испуганным.
– Абсолютно. Я десять лет ждала, что ты повзрослеешь. Что я стану для тебя важнее пиксельных монстров. Сегодня мое терпение лопнуло. Я хочу нормальной жизни, Витя. Хочу мужа, который помнит о датах. Который замечает мою новую прическу. Который разговаривает со мной за ужином, а не пялится в экран.
Она встала, подошла к нему и положила руку на плечо.
– У тебя есть выбор. Либо ты начинаешь жить в реальном мире, со мной, здесь и сейчас. Либо ты можешь собирать вещи и ехать к маме. Там тебе никто не помешает играть. Купишь себе новую приставку, будешь жить спокойно.
Виктор посмотрел на пустую полку под телевизором, потом на жену. Он увидел ее новую стрижку, красивый халат, блеск камней в ушах. И вдруг осознал, что впервые за долгое время видит ее по-настоящему. Не как удобную функцию, подающую еду, а как красивую, желанную и очень опасную женщину.
Страх потерять игру сменился липким страхом потерять её. Квартира была её (досталась от бабушки), быт держался на ней. Без Лидии он просто зарастет грязью и будет питаться пельменями.
– Лид... – он взял ее за руку. Ладонь была холодной. – Прости меня. Я правда идиот. Я... я заигрался.
– Сильно заигрался, – кивнула она.
– Я не хочу к маме. Я хочу с тобой.
– Тогда садись, – она указала на стул напротив. – Наливай вино. И расскажи мне, как прошел твой день. По-настоящему. И смотри мне в глаза, а не в телефон.
Виктор послушно сел. Дрожащими руками разлил вино по бокалам.
– С праздником, любимая, – произнес он, чокаясь. – Красивые серьги. Тебе очень идут.
– Спасибо, – Лидия улыбнулась уголками губ. – Я знаю.
Вечер прошел в странной, непривычной атмосфере. Виктор старался изо всех сил. Он рассказывал истории, слушал ее, делал комплименты. Сначала это выходило коряво и натужно, но постепенно напряжение спало. Они вспоминали, как познакомились, как ездили на море дикарями, как делали ремонт.
Призрак проданной приставки еще витал в комнате, но с каждым выпитым бокалом он становился все прозрачнее.
Ночью Виктор обнимал ее так крепко, как не обнимал уже давно. Словно боялся, что если отпустит, она исчезнет так же, как и его консоль.
На следующее утро Лидия проснулась первой. Она лежала в постели, глядя на спящего мужа. Он смешно посапывал, раскинув руки.
Жалела ли она о содеянном? Ни капли. Она чувствовала себя победительницей. Она вернула себе мужа, пусть и таким радикальным способом. Конечно, она понимала, что это не конец. Будут еще обиды, возможно, он попытается купить новую игрушку. Но теперь он знает, на что она способна. Границы очерчены. И переступать их стало опасно.
Она встала, накинула халат и пошла на кухню варить кофе. На холодильнике висел магнит с их свадебной фотографией. Лидия поправила его, чтобы он висел ровно.
В прихожей пискнул телефон Виктора. Пришло сообщение. Лидия, проходя мимо, мельком глянула на экран. Писал «Серега Танк»: «Витек, ты жив? Че вчера не был? Мы без тебя слились. Ты когда в сеть выйдешь?».
Лидия усмехнулась. Взяла телефон мужа, разблокировала его (пароль она знала – дата ее рождения, хоть что-то он помнил) и быстро набрала ответ: «У Вити реабилитация. Он возвращается в реальность. В сеть выйдет не скоро. Может быть, никогда».
Отправила, стерла переписку и положила телефон на место.
На кухне засвистел чайник. Лидия выключила газ, достала свою любимую чашку и вдохнула аромат свежемолотого кофе. Жизнь налаживалась. И, кажется, следующие десять лет обещали быть гораздо интереснее предыдущих. А новые топазовые серьги приятно холодили кожу, напоминая о том, что себя нужно любить в первую очередь. Тогда и другие подтянутся.
Если вам понравился этот рассказ, не забудьте подписаться на канал и поставить лайк – это очень поможет мне в написании новых историй. Буду рада прочитать ваше мнение в комментариях