Вера накрывала на стол, когда свекровь вошла на кухню. Нина Павловна остановилась, посмотрела на блюда и поморщилась.
— Это что такое? — она ткнула пальцем в салатник.
— Салат, — ответила Вера, раскладывая столовые приборы. — Помидоры, огурцы, болгарский перец. Всё свежее, с рынка.
— Трава какая-то, — свекровь покачала головой. — Ты должна готовить то, что любит мой сын, а не эту… Листики непонятные. Где мясо? Где картошка? Игорь работает целыми днями, ему нужна нормальная еда.
Вера сжала вилку в руке, продолжила накрывать на стол. За окном моросил ноябрьский дождь, стекло запотело. В квартире пахло жареным луком и свежим укропом.
— Нина Павловна, мясо в духовке. Курица с картошкой. Сейчас достану.
— А это зачем тогда? — свекровь снова показала на салат. — Игорь такое не ест. Он у меня всегда нормальную еду просил. Котлеты, пельмени, борщ.
— Игорь сказал, что хочет питаться правильнее, — Вера достала из духовки противень с курицей. Поставила на стол. — Врач посоветовал больше овощей есть. Холестерин высокий.
Нина Павловна фыркнула.
— Холестерин. Ерунда всё это. Мой покойный муж до семидесяти трёх дожил, каждый день сало ел. И ничего, здоровый был.
Вера промолчала. Разложила курицу по тарелкам, добавила картошку. Поставила перед свекровью, себе.
— А Игорь где? — спросила Нина Павловна, садясь за стол.
— Душ принимает. Сейчас придёт.
Свекровь взяла вилку, попробовала курицу.
— Суховата. Я бы в сметане запекла. Игорь любит, когда сочное.
Вера налила себе чай. Руки дрожали. Она подняла чашку к губам, отпила. Горячо.
— Нина Павловна, может быть, вы расскажете Игорю сами, как лучше готовить? Когда он придёт.
— Да я и так скажу, — свекровь отложила вилку. — Я же мать. Я лучше знаю, что моему сыну нужно. Тридцать два года его растила, кормила. Знаю каждую его привычку.
Вера поставила чашку на стол.
— Нина Павловна, мы женаты четыре года. Я тоже знаю, что он любит.
— Четыре года? — свекровь усмехнулась. — Это ничто по сравнению с тридцатью двумя. Вера, я не хочу тебя обидеть, но ты должна понимать — сын остаётся сыном. И мать знает его лучше любой жены.
Вера сжала кулаки под столом. Вошёл Игорь, в домашних штанах и футболке. Волосы ещё мокрые после душа.
— О, мам приехала! — он улыбнулся, подошёл к матери, поцеловал в щёку. — Как ты? Как дорога?
— Нормально, сынок. Вот, к вам заглянула, проведать. Давно не виделись.
— Да, работы много было, — Игорь сел за стол, посмотрел на еду. — О, курочка! Отлично. Я проголодался.
Он положил себе салата, начал есть. Нина Павловна смотрела на него, потом на салат.
— Игорёк, ты правда это ешь?
— Что? — он посмотрел на неё. — Салат? Ну да. Вкусно же.
— Но ты раньше такое не ел. Ты любил оливье, селёдку под шубой. Нормальные салаты.
Игорь пожал плечами.
— Мам, мне врач сказал меньше майонеза. Надо следить за здоровьем.
— Какой врач? — свекровь нахмурилась. — Что с тобой?
— Да ничего особенного. Анализы не очень. Холестерин, сахар чуть повышен. Сказали диету соблюдать.
Нина Павловна повернулась к Вере.
— Ты его довела до больницы! Вот что значит неправильно кормить! Игорь всегда здоровый был, а теперь на диете сидит!
Вера положила вилку.
— Нина Павловна, при чём тут я? Игорь сам к врачу пошёл. После того как на работе диспансеризацию проходили.
— Ну конечно! Потому что ты его недокармливаешь! — свекровь стукнула рукой по столу. — Мужчина должен есть нормально! А ты его травой кормишь!
— Мам, хватит, — Игорь поднял руку. — При чём тут Вера? Это мой организм. Я сам виноват, что раньше не следил.
— Не защищай её, — Нина Павловна покачала головой. — Я же вижу, что происходит. Ты похудел. Осунулся. Раньше такой румяный был, здоровый.
— Мам, я похудел на пять килограмм. Это хорошо. У меня лишний вес был.
— Какой лишний? — свекровь всплеснула руками. — У тебя нормальный вес! Мужчина должен быть крепким!
Вера встала, начала убирать со стола. Игорь доедал курицу, молчал. Нина Павловна смотрела то на сына, то на Веру.
— Игорёк, а ты компот будешь? — спросила она.
— Нет, мам. Чай попью.
— Компот полезный! Я тебе специально сварила, привезла.
— Спасибо, но не хочу.
Свекровь обиженно поджала губы. Вера налила чай, поставила чашки на стол. Села обратно.
— Игорь, может, ты маме расскажешь, что врач сказал? — спросила она. — Чтобы она поняла, что это не моя прихоть.
— Вера права, мам, — Игорь отпил чай. — Врач сказал чётко: меньше жирного, меньше жареного, больше овощей. Иначе к сорока у меня проблемы с сердцем начнутся.
Нина Павловна молчала. Крутила чашку в руках.
— Ну хорошо, — сказала она наконец. — Если врач сказал. Но это не значит, что нужно совсем без мяса сидеть.
— Я не без мяса, — Игорь показал на пустую тарелку. — Вот, курицу съел. Просто меньше жирного.
— Курица — это не мясо, — отрезала свекровь. — Это птица. Мясо — это свинина, говядина.
Вера прикрыла глаза рукой. Голова начала болеть.
— Нина Павловна, курица — это тоже мясо. Диетическое.
— Не спорь со мной! — свекровь повысила голос. — Я тебя учу, как мужа кормить! Ты должна слушать!
— Я не должна, — Вера встала. — Извините, но я готовлю так, как считаю нужным. И как советует врач.
— Ах вот как! — Нина Павловна тоже встала. — Значит, я теперь не имею права голоса?
— Мам, успокойся, — Игорь встал между ними. — Никто тебя не обижает. Просто мы с Верой сами решаем, что готовить.
— Сами? — свекровь посмотрела на сына. — Игорёк, ты на неё похож? Ты раньше меня всегда слушал!
— Мам, я вырос. У меня своя семья.
— Семья! — Нина Павловна схватила сумку. — Хорошая семья, где мать ничего не значит! Где жена командует, а сын слушается!
— Никто не командует, — Вера провела рукой по лицу. — Нина Павловна, давайте просто спокойно поговорим.
— О чём говорить? Всё понятно. Ты его переделала под себя. Заставила есть эту траву, худеть. А скоро и меня видеть не захочет!
— Мам, при чём тут это? — Игорь взял мать за руку. — Я тебя люблю. Просто не могу жить так, как ты хочешь.
Нина Павловна выдернула руку.
— Значит, так. Хорошо. Буду знать.
Она надела пальто, взяла сумку. Игорь попытался остановить её, но свекровь прошла к двери.
— Мам, не уходи. Давай нормально поговорим.
— Не хочу разговаривать. Вижу, что я тут лишняя.
Дверь хлопнула. Игорь стоял в коридоре, смотрел на закрытую дверь. Вера подошла, обняла его.
— Извини.
— Ты ни в чём не виновата, — он обнял её в ответ. — Это мама. Она всегда такая.
— Может, мне правда стоит готовить по-другому?
— Нет, — Игорь отстранился, посмотрел на неё. — Вера, ты готовишь отлично. И ты права. Мне надо следить за здоровьем.
Они вернулись на кухню. Убрали со стола. Вера мыла посуду, смотрела в окно. Дождь лил сильнее, по стеклу текли ручьи.
— Игорь, а как думаешь, она простит? — спросила она, не оборачиваясь.
— Простит. Мама обидчивая, но отходчивая. Через пару дней позвонит, как ни в чём не бывало.
— А если нет?
Игорь подошёл, обнял её сзади.
— Если нет, я сам позвоню. Поговорю с ней нормально.
Вера вытерла руки, повернулась к нему.
— Игорь, я правда стараюсь. Готовлю, убираю, работаю. Стараюсь быть хорошей женой. Почему твоей маме этого мало?
Он вздохнул.
— Потому что ей кажется, что никто не заменит её. Что я всегда буду её маленьким мальчиком.
— Но ты не маленький.
— Я знаю. Она не знает.
Они стояли на кухне, обнявшись. За окном темнело. Вера думала о том, что через пару дней Нина Павловна правда позвонит. Спросит, как дела. Будет говорить мягко, ласково. А потом приедет снова. И снова начнёт советовать, критиковать, учить.
И так будет всегда. Потому что она мать. А Вера — только жена.
— Игорь, а ты меня поддержишь? Если мама опять начнёт?
Он помолчал.
— Постараюсь.
— Постараешься?
— Ну… Вера, она же мама. Я не могу с ней резко.
Вера отстранилась.
— То есть ты всё равно будешь её слушать?
— Я не это сказал!
— Сказал. «Постараюсь». Не «поддержу», а «постараюсь».
Игорь провёл рукой по волосам.
— Вера, ну что ты хочешь услышать? Что я матери скажу, чтобы она больше не приезжала? Не звонила?
— Я хочу, чтобы ты чётко сказал ей: «Мама, это наша семья. Мы сами решаем, что готовить, как жить». Чтобы не «постарался», а сказал.
Игорь сел за стол.
— Я скажу. Но по-хорошему. Не хочу её обижать.
Вера села напротив.
— А меня обижать можно?
— Я тебя не обижаю!
— Обижаешь. Когда молчишь, пока она меня критикует.
Игорь опустил голову.
— Вера, я правда не знаю, как себя вести. С одной стороны — мама. С другой — ты. Я люблю вас обеих.
— Это не о любви, Игорь. Это о том, что ты должен выбрать, чью сторону принять.
— А если я не хочу выбирать?
Вера встала.
— Тогда так и будет всегда. Твоя мама будет приезжать, учить меня жить. А ты будешь стоять в стороне и «стараться» всех помирить.
Она вышла из кухни, прошла в спальню. Легла на кровать, уткнулась лицом в подушку. За стеной соседи смотрели телевизор, смеялись над каким-то шоу.
Игорь вошёл через несколько минут.
— Вера, не злись.
— Я не злюсь. Я устала.
— От чего?
— От всего. От работы, от дома, от твоей мамы.
Он сел на край кровати.
— Что мне сделать?
Вера повернулась к нему.
— Защити меня. Просто защити. Когда она придёт в следующий раз и начнёт опять — скажи ей, что я хорошая жена. Что я стараюсь. Что ты доволен.
— Я скажу.
— Точно?
— Точно.
Вера хотела поверить. Но внутри было сомнение. Потому что она знала — когда Нина Павловна приедет снова, Игорь будет сидеть молча. Слушать мать. Кивать. А потом придёт к Вере и скажет: «Ну не обращай внимания. Она просто переживает».
И так будет продолжаться. Год, два, десять. Потому что Игорь не умел выбирать. Хотел всем угодить. Маме, жене, себе.
Но так не бывает. Нельзя сидеть на двух стульях.
Вера закрыла глаза. Игорь лёг рядом, обнял её. Она не отстранилась. Просто лежала, слушала его дыхание.
За окном дождь не прекращался. Где-то вдали сирена завыла, потом стихла. Квартира была тихой, тёплой.
Но Вере было холодно. Где-то внутри, глубоко. Там, где жила надежда, что когда-нибудь всё изменится. Что Игорь научится говорить «нет» матери. Что Нина Павловна примет её.
Эта надежда умирала. Медленно, но верно.
И Вера не знала, как её вернуть.
❤️❤️❤️
Благодарю, что дочитали❤️
Если история тронула — не проходите мимо, поддержите канал лайком, подпиской и комментариями❤️
Рекомендую прочесть: