Найти в Дзене
Вакантное время

Девочка превратилась в маугли в 1991-м: громкое дело, которое старались не афишировать

В 1991 году в селе Новая Благовещенка (это в Украине) нашли восьмилетнюю девочку. Она жила в сарае с собаками и почти разучилась быть человеком. Это был дикий случай – ребёнок вырос в полной изоляции после развала Союза. Оксана родилась в 1983. Родители пили по-чёрному и на ребёнка забивали конкретно. В три года она ушла в сарай к собакам, там хоть тепло и не так одиноко. Псы приняли её, грели, делились едой. Так Оксана стала вести себя как собака: ползала на четвереньках, лаяла, ела из миски, как щенок, и считала собак своей семьёй. Родителям было плевать, а соседи нос не совали. В 91-м соцслужбы нагрянули в неблагополучную семью и офигели: в сарае Оксана. Она только лаяла, ходить нормально не могла, людей боялась до ужаса, пряталась. Руки и колени в грубых мозолях. Её сразу в интернат в Одессе, для детей с проблемами в развитии. Там учителя и психологи пытались вернуть её к нормальной жизни. Поначалу – жесть. Человеческую еду не ела, спала на полу, скрючившись в клубок, прикосновений

В 1991 году в селе Новая Благовещенка (это в Украине) нашли восьмилетнюю девочку. Она жила в сарае с собаками и почти разучилась быть человеком. Это был дикий случай – ребёнок вырос в полной изоляции после развала Союза.

Оксана родилась в 1983. Родители пили по-чёрному и на ребёнка забивали конкретно. В три года она ушла в сарай к собакам, там хоть тепло и не так одиноко. Псы приняли её, грели, делились едой. Так Оксана стала вести себя как собака: ползала на четвереньках, лаяла, ела из миски, как щенок, и считала собак своей семьёй. Родителям было плевать, а соседи нос не совали.

В 91-м соцслужбы нагрянули в неблагополучную семью и офигели: в сарае Оксана. Она только лаяла, ходить нормально не могла, людей боялась до ужаса, пряталась. Руки и колени в грубых мозолях. Её сразу в интернат в Одессе, для детей с проблемами в развитии. Там учителя и психологи пытались вернуть её к нормальной жизни.

Поначалу – жесть. Человеческую еду не ела, спала на полу, скрючившись в клубок, прикосновений боялась, слов не понимала. Но специалисты оказались терпеливыми. Врачи лечили от недоедания и всякой грязи. Физкультурники учили ходить. Логопеды начинали с простых звуков. Через полгода Оксана сказала первое слово – мама, хотя к родителям ничего не испытывала. Учили пользоваться вилкой, одеваться, мыться. Психологи помогали не бояться людей и хоть кому-то доверять.

Через пару лет стало намного лучше. Оксана уже говорила простыми фразами, могла сама себя обслуживать, читала, писала. Её перевели в другой интернат, учиться дальше. Об этой истории раструбили СМИ, про неё снимали кино и писали статьи.

Когда Оксана выросла, её научили шить и убирать. Сама жить могла, но под присмотром соцработников. Она хорошо относилась к учителям, они стали ей семьёй. Но прошлое не отпустило. У неё остался интеллект младшего школьника, абстрактно думать не могла, ранимая была очень.

История Оксаны важна для психологов. Она показывает, что первые годы жизни – самое важное. Если упустить время, потом сложно наверстать. Ещё показывает, как нужна любовь и забота. Если этого нет в детстве, это ломает психику на всю жизнь. Но мозг штука гибкая. Даже в таких жутких случаях можно помочь человеку, хоть это и тяжело.

Сейчас, в 2020-х, Оксана живёт в спецучреждении в Одессе. Сама о себе заботится, говорит простыми предложениями, ей спокойнее, когда всё идёт по плану. История трагичная, но показывает, насколько сильным может быть человек. Педагоги говорят: важно помогать тем, кому плохо, даже если кажется, что ничего не выйдет.

К сожалению, такое случается не так уж редко. Обычно из-за родителей-алкашей или наркоманов, когда семьи живут в отрезанности от мира, опека работает спустя рукава, а соседям всё пофигу.

История Оксаны показывает: если ребёнка не научить общаться с людьми, он может навсегда остаться Маугли. Это всем нам урок. Но есть и позитив: даже после таких испытаний человек может жить, если ему помочь.