Светлана Аллилуева: "К роскоши, к приобретательству никто не стремился. Стремились дать образование детям, нанимали хороших гувернанток и немок ("от старого времени"), а жены все работали, старались побольше читать. В моду только входил спорт - играли в теннис, заводили теннисные и крокетные площадки на дачах". Речь шла о 20-х гг, когда и у класса художественной интеллигенции далеко не у всего были дачи. Что говорить о рабочем классе? Вот у класса партийной бюрократии, здесь да. Бюрократия заняла лучшие дореволюционные поместья рядом с Москвой. К роскоши никто не стремился, она сама заползла: "На даче у А. И. Микояна до сего дня сохранилось все в том виде, в каком бросили дом эмигрировавшие хозяева. На веранде мраморная собака, - любимица хозяина; в доме - мраморные статуи, вывезенные в свое время из Италии; на стенах - старинные французские гобелены; в окнах нижних комнат - разноцветные витражи. Парк, сад, теннисная площадка, оранжерея, парники, конюшня - все осталось, как было". Х
Светлана Аллилуева:
"К роскоши, к приобретательству никто не стремился. Стремились дать образование детям, нанимали хороших гувернанток и немок ("от старого времени"), а жены все работали, старались побольше читать. В моду только входил спорт - играли в теннис, заводили теннисные и крокетные площадки на дачах".
Речь шла о 20-х гг, когда и у класса художественной интеллигенции далеко не у всего были дачи. Что говорить о рабочем классе? Вот у класса партийной бюрократии, здесь да. Бюрократия заняла лучшие дореволюционные поместья рядом с Москвой. К роскоши никто не стремился, она сама заползла:
"На даче у А. И. Микояна до сего дня сохранилось все в том виде, в каком бросили дом эмигрировавшие хозяева. На веранде мраморная собака, - любимица хозяина; в доме - мраморные статуи, вывезенные в свое время из Италии; на стенах - старинные французские гобелены; в окнах нижних комнат - разноцветные витражи. Парк, сад, теннисная площадка, оранжерея, парники, конюшня - все осталось, как было".
Хотя иногда, правда, помещичья усадьба казалась недостаточно роскошной и приходилось ее непрерывно доводить до ума, потому что много роскоши не бывает:
"Наша же усадьба без конца преобразовывалась".
А теннисные и крокетные площадки - это вообще не роскошь, а необходимый атрибут любой дачи. На наших шести сотках еще с советских времен по нескольку теннисных и крокетных площадок располагалось