– Ты заметила, Тань, как большинство мужчин измеряют свой IQ? – изрекла моя подруга глубокомысленную фразу, я даже оторвала взгляд от телефона, чтобы посмотреть, не шутит ли она.
– Откуда такие философские мысли вдруг? – спросил я с лёгкой усмешкой.
– Да ты понимаешь. Лёша мне вчера сказал, что он умнее всех моих бывших вместе взятых, потому что... ну, ты понимаешь. Я рассмеялась, думала, он шутит, а он обиделся. До сих пор не позвонил. А уже почти двенадцать часов прошло.
Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не расхохотаться.
– Смотрите-ка, какой обидчивый, – поддакнула, чтобы поддержать её.
– Слушай, а может, позвонить самой и извиниться? – Лена даже грудью на стол легла, наклонившись ко мне, чтобы заглянуть в глаза.
– Лен, имей выдержку. Ты ничего такого не сделала. А если сейчас прогнёшься, он потом всё время тобой манипулировать будет.
– Тебе легко говорить, ты вот замужем. Твой Карим – настоящий самец, который на подобное не обижается. А мне вот где такого взять? Что не парень так либо арбузер, либо сыночка-корзиночка, либо бородатый мужлан, который не знает, что такое зубная паста и дезодорант.
– Да ладно тебе, Лен. Найдёшь ты ещё своего. Тебе всего двадцать три, вся жизнь впереди.
– Так тебе тоже двадцать три, а ты уже три года замужем. Ещё и мужчину такого встретила, что все вокруг завидуют, – печально прокомментировала Лена.
Про то, что она завидует, как она говорила белой завистью, я итак знала. Сама иногда не могла поверить своему счастью. Ну вот так у нас получилось, учились в одной школе, познакомились. Мне было четырнадцать, Кариму восемнадцать. Потом он ушёл в армию. Нет, я не ждала, да и он не просил. Мы вообще друзьями были. Я же подростком была. Послушным примерным подростком.
Вернулся к нам в город уже, когда ему было двадцать два, я школу заканчивала, поступать собиралась. Вот тогда-то чувства и вспыхнули.
Я посмотрела на воду, которая словно кривое зеркало отражало солнечные лучи, вспомнила наш первый поцелуй и как Карим два года добивался меня и согласия моих родителей. И ведь добился.
– Мохито у них какой-то кислый, – пробормотала Лена, сделав глоток через трубочку
Лето в городе стояло знойное, воздух дрожал над асфальтом, и даже тень от зонтиков над столиками кафе не спасала от духоты. Мы с Леной только что закончили «шопинг-марафон». И теперь сидели в уличной зоне «Кофейной кантаты», потягивая через трубочки ледяные мохито.
Ленка продолжала что-то оживлённо рассказывать про своего Лёшу, который меня уже порядком начал раздражать, поэтому я просто кивала, рассеянно листая ленту в телефоне. На небе начали собираться тучи, первые тяжёлые капли упали на стеклянную столешницу, оставляя мокрые следы.
– Эх, сейчас зарядит, – вздохнула подруга, – может, вызовем такси?
Я уже открыла было приложение, когда телефон в руке дрогнул. Я ткнула в значок ВК и прочитала уведомление:
«На фото обнаружен ваш друг Карим Абаев».
Сердце почему-то ёкнуло, прежде чем я успела осознать почему. Пальцы сами раскрыли ссылку.
На фото был мой Карим. Мой муж, ради которого я пережила столько ссор с родителями. Который два года добивался моего согласия на брак. Который клялся мне в вечной любви.
Он сидел в роскошном ресторане за столом, уставленном восточными блюдами. Рядом – она. Алия. Та самая девушка из Дагестана, ради которой он когда-то готов был горы свернуть. Он познакомился с ней после армии и хотел жениться, но отец Алии был против.
Я эту историю знала только со слов его друга. Сам Карим никогда про неё не рассказывал. А теперь я видела их рядом. И он был счастлив, по-настоящему счастлив.
Она сидела вполоборота к нему, в дорогом золотистом платье, а его рука лежала у неё на талии, так по-собственнически, что не оставалось сомнений – они были вместе.
Но самое страшное было в их взглядах. В том, как он смотрел на неё – так, как смотрела она на него. они были влюблены. А я получается была теперь не нужна?
– Тань? Ты чего застыла? – Ленка потянулась ко мне через стол.
Я молча развернула к ней телефон. Сначала она застыла так же, как и я.
– Ой... Ну, может, это... – а потом замялась, – может, просто родственные посиделки? У них же там целые кланы...
Мои пальцы уже набирали его номер.
«Абонент временно недоступен».
Гром грянул прямо над нашими головами, будто сама судьба издевалась надо мной. Дождь хлынул стеной, превращая улицу в непроглядную пелену.
– Танюх, давай вызовем такси, – Ленка уже доставала телефон, – может, это всё недоразумение...Ты погоди расстраиваться. Всё узнай сначала. Поговорите. Уверена, Карим объяснит.
Я не слышала её. В ушах стоял звон – высокий, пронзительный, как после взрыва.
Мы приехали к моему дому – тому самому, который Карим купил год назад, когда его бизнес пошёл в гору. Лена хотела остаться, но я отправила её, пообещав позвонить ей, как только мы с ним поговорим.
Она уехала, а я не могла заставить себя войти внутрь. Сидела на веранде под крышей и смотрела на это фото. То приближая, то отдаляя, как будто на нём могло что-то измениться.
Когда его чёрный Mercedes вырулил во двор в десятом часу, на телефоне уже было двенадцать исходящих. И ни разу он не взял трубку.
Карим вышел из машины не спеша, как будто знал, что я его жду. Лицо – каменная маска, только в глазах выражение, которое я видела, когда он принимал жёсткие бизнес-решения.
Внутри меня всё замерло. Я чувствовала приближение беды.
– Ну что, – мой голос звучал странно ровно, – думаешь, я буду терпеть твои похождения налево?
Карим глубоко вздохнул. Засунул руки в карманы дорогих брюк. Капли дождя падали на его белую рубашку, но он даже не пошевелился.
– Нет, – сказал он тихо, – терпеть ты не будешь.
Поднял голову, в глазах холодная решимость.
– Мы разводимся, – произнёс Карим.
И в этот момент что-то во мне разорвалось – последняя ниточка, которая ещё связывала меня с той девчонкой, верившей в нашу любовь.
– Это...это из-за неё? – спросила я.
– Да.
Я не дышала. Не было сил вздохнуть. Его слова словно стокилограммовый камень давили на грудь.
– То есть ты просто решил выкинуть меня как…как ненужную вещь? – вытолкнула из себя колючие слова, которые, казалось, ободрали всё горло.
– Я тебя не выкидываю. Мы просто разводимся. Дом оставлю тебе. Денег дам, сколько надо. Детей у нас нет, так что особо делить и нечего.
Спустя 7 лет
– Ну что, Танюш, идём купаться или тебе уже заказывать катафалк? – Ленка щурилась от солнца, стоя в дверях номера, поправила солнцезащитные очки.
Мы въехали в номер пятнадцать минут назад. После семичасового перелёта глаза слипались, ноги гудели, но Лена упёрлась: «Мы не для того платили за пятизвёздочный отель, чтобы спать!»
– Если я утону, пусть в протоколе напишут «смерть от идиотизма подруги», – процедила я, поправляя парео.
– Что ты ноешь. Я же тебя не кирпичи таскать зову, полежишь на шезлонге, лениво потягивая коктейль. Ты же вроде об этом вчера говорила в поезде. Так что давай, шевелись. Я, наоборот, тебя всеми силами к твоей мечте подталкиваю.
– Угу, – я кивнула, соглашаясь. Сил спорить не было, тем более Лену не переспорить, за ней всегда оставалось последнее слово.
Я кинула последний взгляд в зеркало, чтобы проверить, как выгляжу. Бирюзовый халатик и в тон ему красивое бикини.
– Да, красивая, красивая. Пошли уже. Это мне переживать надо за свои формы.
– Ой, а тебе то что переживать? У тебя прекрасные формы.
Вышли из корпуса, спустились по лестнице к зоне трёхуровневого бассейна. На первом уровне было джакузи, на втором пониже бассейн для детей, самым большим внизу был бассейн для взрослых. Синяя плитка придавала воде красивый голубой цвет. Три пальмы с кокосом росли рядом с бассейном, а над шезлонгом раскинула свою крону лан тхом.
Мы с Ленкой шли вдоль бассейна, переговариваясь и смеясь над её шутками про отдыхающих.
– Смотри, вон тот мужик с пивным животом – точь-в-точь как твой бывший начальник, – шепнула Лена, толкая меня локтем.
– Только у Виктора Петровича живот поменьше, а этот словно надутый шар за секунду до взрыва, – парировала я, оглядывая пляжную публику.
И тут мой взгляд наткнулся на знакомый силуэт. Сердце сократилось, замерло на несколько секунд и с бешеной скоростью застучало, когда я узнала его – Карим.
Мой бывший муж.
Тот самый, который семь лет назад разбил мне сердце. Он лежал на шезлонге, а рядом в воде томно потягивалась блондинка в откровенном бикини.
– Пусик, иди ко мне! – её слащавый голос резанул по слуху.
Ещё одна сделанная кукла барби. У которой кожа на лице была нежнее попы младенца.
Я замерла на месте в оцепенении. Мысли в голове неслись со скоростью света. Что он здесь делает? Какого чёрта он вообще прилетел в Таиланд? И как себя вести?
Случись со мной подобная ситуация лет 7 назад, я бы растерялась и точно сбежала, но последние несколько лет закалили меня так, что теперь моим девизом была фраза «Иду туда, где страшно».
Лена врезалась мне в спину, выводя из ступора.
– Тань, ты чего... – начала она, но замолчала, увидев моё лицо.
Мысленно я перебрала все возможные варианты поведения: устроить сцену, развернуться и уйти, или...
Решение пришло мгновенно. Высоко подняв голову, я направилась к свободному шезлонгу, небрежно сбросила парео и плавно вошла в воду, демонстративно не глядя в его сторону. Но кожей чувствовала его тяжёлый оценивающий взгляд.
Лена бултыхнулась следом.
– Ну что, как твой пусик? – прошипела она, подплывая ко мне.
– Если он сейчас подойдёт, я его утоплю, – улыбнулась я сладко, предвкушая месть. Пусть только попробует подойти.
– Ой, да ладно, – Лена фыркнула. – Ты же его до сих пор…
– Замолчи, – но без злости. – Ты не представляешь, сколько раз я себе представляла, как встречусь с ним. Но ни разу не думал, что это произойдёт вот так, у бассейна ещё за пять тысяч километров от дома.
Лена плыла за мной, понизив голос, прошипела:
– Ну и нервы у тебя, стальная. Я бы на твоём месте...
– Замолчи и плыви, – сквозь зубы процедила я.
Мы отплыли подальше, в тень. Я изо всех сил старалась не смотреть в их сторону, хотя каждое их движение отзывалось во мне болезненным эхом.
– Слушай, а чего это он с другой? Вроде же он к Алие от тебя ушёл.
– Без понятия. Но такого жеребца, видимо, одна баба не устраивает. Если мне изменил, не удивлюсь, что и ей изменяет.
– Вот негодяй. Кстати, эффект бумеранга в действии. Она увела его у тебя, а теперь…
Кукла Барби изящно приподнялась на край бассейна. Карим подал ей полотенце, даже не встав. До меня донеслись её слова:
– Я в номер! Жду тебя там, – и, вильнув бёдрами, грациозно проплыла в сторону номеров.
Карим остался один. И тогда он встал. И как бы я ни хотела на него не смотреть, всё равно краем глаза заметила, что он возмужал, стал шире в плечах, отчего узкие бёдра казались ещё уже. Он всегда был красивым, а сейчас к этому ещё добавилась и мужественность. Только теперь красивые мужики вызывали во мне приступ тошноты и раздражение. Лучше уж встречаться с кривоногим и надёжным, чем с бабником, давно для себя решила я.
Карим направился к воде.
– Он идёт сюда, – прошипела Лена.
– Плывём дальше.
Но Лена вдруг ухмыльнулась:
– Ты большая девочка уже, Танюш. Хватит бегать. Давай, сделай ему больно, как ты умеешь.
И с этими словами предательски отплыла, оставив меня наедине с прошлым, которое теперь приближалось ко мне по воде.
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как его взгляд прожигает мою кожу.
– Таня, – его голос звучал так же, как семь лет назад. – Это... неожиданно.
Я медленно повернулась, встретив его взгляд ледяной улыбкой:
– Ой, извините, а мы знакомы?
Его глаза сузились – золотистые, как у опасного хищника, все те же. Только теперь в них читалась заинтересованность, которую он пытался скрыть.
– Очень смешно, – сквозь зубы процедил он. – Ты прекрасно знаешь, кто я.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Вернуть жену. Даже не пытайся", Чарли Ви ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.