Десять лет… Для взрослого - миг, для ребенка -целая эпоха. Первый серьезный юбилей. Моя мама, желая отметить его по-настоящему, решила устроить праздник. Гостями были мои друзья - весь наш небольшой класс из деревенской школы. Набралась отличная компания.
Дом наполнился ароматами бабушкиных пирогов, а из сельпо привезли целый пакет редкостных вкусностей. Самым заветным лакомством были розовые пряники, похожие на маленькие глазурованные островки радости.
И вот наступил тот час, когда к нашему дому потянулись гости с подарками. Дары были простые, незамысловатые - что могло найтись на полках сельского магазина. И вот Гена, нескладный одноклассник из многодетной семьи, протянул мне толстую книгу в коричневом переплете. С.Я. Маршак «Собрание сочинений». Я взяла ее с удивлением и восторгом. Где он ее достал? Вопрос висел в воздухе. Он был не самым прилежным учеником, жил скромно даже по сельским меркам. Может, где-то подсмотрел, как я зачитываюсь? Может, просто знал? Может просто это была единственная детская книга в его доме, годная для подарка?
Игры, фанты, смех, крошки пряников на скатерти - маленький юбилей удался.
Наступил вечер, гости, одарив меня теплом и простыми подарками, разошлись по домам. А я, едва дождавшись тишины, забралась в постель с тяжелым, томом Маршака. Чтение увлекло с первой страницы. Это была не просто книга, это был целый мир.
Прошли годы. В моей жизни были многочисленные переезды. Но удивительным образом эта книга кочевала со мной по городам. У меня появились дети, и потрепанный том Маршака перекочевал на их полку. Он стал настольной книгой детства уже для них. У него истерлась обложка, потерялись несколько страниц, но он по-прежнему занимал почетное место в шкафу. А теперь я читаю его своим внучкам. «Двенадцать месяцев», «Сказка о глупом мышонке», «Мистер Твистер» - строки, выученные мной когда-то наизусть, звучат снова, уже для нового поколения.
История книги, казалось, была полной. Но у судьбы оказалось свое дополнение.
Моя уже состарившаяся мама как-то ожидала на деревенской остановке редкого автобуса, чтобы уехать после очередных хлопотных приездов к родне. Мимо проезжал трактор, за рулем которого был усатый тракторист. Он притормозил и предложил довезти «Теть Машу» до большой трассы, где транспорт ходит чаще. Мама с благодарностью приняла помощь и, устроившись в кабине, узнала в того самого Гену, моего одноклассника.
Они говорили о жизни, о здоровье, о деревенских новостях. И когда мама вскользь упомянула меня, в кабине на мгновение повисла тишина. Потом Гена, глядя на убегающую вперед проселочную дорогу, тихо, как бы самому себе, сказал: «Теть Маш, а я ведь любил вашу дочь…»
Мама передала мне эти слова много дней спустя. Они прозвучали как эхо, долетевшее через почти пятьдесят лет. Они вернули меня в тот шумный вечер моего десятилетия, к образу высокого, немного неуклюжего мальчишки, который подарил мне целый мир в твердом книжном переплете.
И теперь, открывая эту чуть потрепанную книгу известного советского поэта, я вспоминаю не только игры и смех. Я вспоминаю тихую, невысказанную любовь, которая жила где-то рядом, а я даже не догадывалась. Книга Маршака для меня навсегда осталась не только сборником мудрых стихов. Она стала тихим, бережным эхом самого первого, детского и такого искреннего чувства, которое однажды преподнесли мне в подарок. Самый ценный из всех, что были в тот день.