В преддверии новогодней суеты во втором чтении законопроекта в области промышленной политики в текст «незаметно» встроили нормы, которые радикально ослабляют защиту прав потребителей. Без публичной дискуссии, вне предмета первоначального регулирования и вразрез с устоявшейся судебной практикой более чем тридцатилетний принцип ответственности предпринимателя был фактически пересмотрен. Риск хозяйственной деятельности и бремя доказывания переложены на граждан — под видом «технической» корректировки. СПРФ разбирает, как подобные законодательные решения меняют баланс интересов, провоцируют рост споров и ставят под сомнение устойчивость самой системы защиты прав потребителей.
От промышленной политики — к потребительскому праву
30 октября 2025 года Правительство Российской Федерации внесло в Государственную Думу законопроект № 1057182-8 ”О внесении изменений в статьи 4 и 6 Федерального закона ”О промышленной политике в Российской Федерации“. Его заявленная цель носила узкоспециализированный и социально значимый характер — установление льготных коэффициентов для стимулирования включения продукции в реестр промышленной продукции и поддержки развития промышленности в ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областях.
20 ноября 2025 года законопроект был принят в первом чтении. Однако дальнейшее развитие событий изменило не только содержание документа, но и его правовую природу.
12 декабря 2025 года Комитет Государственной Думы по промышленности и торговле рекомендовал к принятию ряд поправок, значительная часть которых выходила за пределы предмета первоначального регулирования. В частности, были предложены изменения в Закон РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей». Одновременно было изменено и название законопроекта — на «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
16 декабря 2025 года законопроект был принят Госдумой сразу во втором и третьем чтениях. 19 декабря закон одобрен Советом Федерации.
Процедурный аспект: изменение концепции закона
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что изменение концепции законопроекта на стадии внесения поправок является недопустимым, поскольку нарушает установленную Конституцией РФ и Регламентом Государственной Думы процедуру законодательного процесса.
Так, в Постановлении от 5 июля 2001 года № 11-П Конституционный Суд прямо указал на недопустимость подобной практики. В более позднем Постановлении от 10 апреля 2025 года № 16-П было дополнительно подчёркнуто, что соблюдение процедур рассмотрения законопроектов является неотъемлемой частью соответствия федерального закона Конституции Российской Федерации по порядку его принятия.
Несмотря на эти правовые позиции, поправки, существенно изменяющие нормы законодательства о защите прав потребителей, были включены в законопроект из другой области правового регулирования, без публичного обсуждения, в том числе без рассмотрения на Экспертном совете по развитию торговли и защите прав потребителей при профильном комитете, в рекордные сроки.
Суть изменений: отказ от ключевой гарантии
Ключевым содержательным изменением стало внесение поправок в пункт 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей».
Согласно новой редакции, с ответственного перед потребителем субъекта не подлежит взысканию штраф в размере 50% от присуждённой суммы, если неисполнение или несвоевременное исполнение обязательств произошло вследствие нарушений со стороны его контрагента — поставщика товаров, исполнителя работ или услуг, необходимого для исполнения обязательств перед потребителем.
Одновременно вводится исключение, которое должен доказывать сам потребитель: он обязан подтвердить, что ответственный субъект действовал недобросовестно или неразумно при выборе соответствующего контрагента. Тогда судебный штраф будет взыскан. Как потребитель это будет доказывать остается загадкой.
Таким образом, бремя доказывания и предпринимательский риск перекладываются с профессионального участника рынка на потребителя.
Противоречие базовым принципам гражданского и потребительского права
Подобный подход вступает в прямое противоречие с фундаментальными нормами гражданского законодательства.
Пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет, что предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск. Пункт 3 статьи 401 ГК РФ прямо указывает: нарушение обязательств контрагентами, отсутствие необходимых товаров на рынке или денежных средств не относятся к обстоятельствам непреодолимой силы и не освобождают предпринимателя от ответственности.
Кроме того, принятые изменения противоречат Стратегии государственной политики Российской Федерации в области защиты прав потребителей на период до 2030 года, утверждённой Распоряжением Правительства РФ от 28 августа 2017 года № 1837-р. В документе прямо указано, что Закон «О защите прав потребителей» закрепляет дополнительные преференции для потребителей как объективно более слабой стороны правоотношений.
В потребительских отношениях действует специальное правило: предприниматель несёт ответственность перед потребителем за все свои обязательства, включая действия и бездействие своих контрагентов. Освобождение от ответственности возможно лишь при доказанности непреодолимой силы либо нарушения правил использования товара самим потребителем (п. 4 ст. 13 Закона).
Абстрактность формулировок и риски правоприменения
Абстрактность формулировок новых оснований для освобождения от штрафа создаёт риск крайне широкого и произвольного толкования. В предельном варианте под освобождение от ответственности может подпасть практически любая задержка исполнения обязательств: несвоевременная доставка курьером, срыв сроков подрядчиком, задержка поставки материалов третьими лицами. Может дойти до анекдотической ситуации: в ресторане вам принесут борщ без свеклы и сошлются на то, что поставщик не успел ее привезти.
Фактически это означает, что предприниматель получает возможность ссылаться на любого участника цепочки исполнения обязательств, а стимулирующая функция штрафа за неудовлетворение законных требований потребителя в досудебном порядке нивелируется.
Штраф как стимул, а не санкция
Важно подчеркнуть, что правовая природа штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей», не связана с причинами возникновения конфликта до суда. Это стимул не доводить спор до суда.
Конституционный Суд РФ в Постановлении от 26 декабря 2024 года № 59-П указал, что цель данного штрафа заключается не в обогащении потребителя, даже если оно имеет место, а в стимулировании предпринимателей к добровольному удовлетворению законных требований потребителя на досудебной стадии.
Принятые поправки разрывают эту логику: у предпринимателя исчезает экономический стимул урегулировать спор до суда, поскольку потенциальные последствия судебного разбирательства становятся минимальными и прогнозируемыми. А с учетом длительности судебного разбирательства могут оказаться даже выгоднее, чем решать спор до суда.
Системность подрыва основ защиты прав потребителей
СПРФ отмечает, что это не единичный случай: аналогичный приём уже применялся в 2024 году при корректировке 214-ФЗ, когда под видом точечных изменений, также перед вторым чтением в законопроект из совершенно другой области, было введено ограничение размера возмещения ущерба за строительные недоделки в новостройках. СПРФ в текущем году уже получил информацию о 205 судебных решениях, где из 101 млн руб. реального и никем не оспоренного ущерба потребителям возмещена лишь половина со ссылкой на эту ущербную норму 214-ФЗ. Отсутствие публичного обсуждения и размывание границ законопроектов становятся устойчивой практикой, последствия которой — смещение рисков на граждан, рост судебных споров и постепенный демонтаж ранее закреплённых механизмов правовой защиты.
Прогноз последствий
Союз потребителей Российской Федерации выражает глубочайшую обеспокоенность принятыми изменениями. Их реализация с высокой степенью вероятности приведёт к росту числа потребительских споров, увеличению нагрузки на судебную систему, повышению социальной напряжённости и снижению доверия граждан к механизмам защиты своих прав.
Речь идёт не о точечной корректировке законодательства, а о системном смещении баланса интересов, которое перечёркивает более чем 33-летнюю практику формирования особого, социально ориентированного режима защиты прав потребителей в Российской Федерации.
📢 Следите за нашими публикациями в социальных сетях – ВКонтакте, Дзен и Telegram. Там вы найдете много полезных материалов и аналитики о защите прав потребителей.
