Ответ простой: из-за денег для Украины. Речь о кредите, который красиво называют репарационным, чтобы не смущать подозрительных и потрафить профессиональным патриотам
В реалиях сегодняшнего дня это просто кредит, чья главная цель - закрыть в Украине бюджетный дефицит и продолжить войну без финансовой помощи США. Ничего больше. И ничего меньше
Накануне саммита Европейского совета 18-19 декабря в Брюсселе, где собрались главы государств и правительств ЕС, вопрос финансирования Украины на 2026-2027 годы обратно превратился в яблоко раздора
Демократические журналисты пишут, что это тест на единство Евросоюза, причём в присутствии Владимира Зеленского, который лично приехал убеждать лидеров стран Старого Света не откладывать решение в долгий ящик
Суть противостояния кроется в механизме так называемого репарационного кредита: Еврокомиссия предлагает привлечь деньги под обеспечение замороженных активов российского Центробанка, не конфискуя их формально, но используя связанные с ними денежные остатки и доходность, чтобы выдать Украине до 90 млрд евро в 2026 и 2027 годах
Почему это стало вдруг так важно? По оценке Международного валютного фонда, Украине на следующие два года может понадобиться порядка 135 млрд евро, т первые выплаты по европейской схеме должны стартовать уже с апреля 2026 года. Иначе - дефолт
Внутри украинского бюджета разрыв выглядит угрожающе: при расходах около 4,8 трлн гривен и доходах около 2,9 трлн дефицит заложен на уровне примерно 1,9 трлн гривен. Не случайно министр финансов Сергей Марченко говорил о потребности более чем в 45 млрд долларов внешнего финансирования только в 2026 году. Только по бумагам
Дальше - главное препятствие. Из 210 млрд евро замороженных в Евросоюзе российских суверенных активов примерно 185 млрд сосредоточены в Бельгии - в депозитарии Euroclear. И именно Бельгия стала узким горлышком всей конструкции, потому что опасается юридической и финансовой расплаты, если Москва добьётся компенсаций через суды или ответит арестами активов в ответ
Главная задача собранного очень быстро саммита - склонить Брюссель отказаться от блокирования, даже если переговоры затянутся, в то время как бельгийский посол на закрытой встрече уже сказал коллегам, что "мы идём назад". Речь о том, что Бельгия вроде как начала колебаться, но потом подумала и решила - не стоит нарушать, взятые на себя обязательства. И включила заднюю
Европейские и американские журналисты по этой причине пишут о расколе Евросоюза на два непримиримых лагеря. И это Украина ещё не вошла в Европейский союз, а только стоит на его пороге. Или где-то рядом
Лагерь первый - российские деньги работают на Украину
Эта группа настаивает, что альтернативы репарационному кредиту практически нет, если Евросоюз хочет сохранить масштаб помощи и не перекладывать всё на налогоплательщика и национальные бюджеты
В логике этого лагеря имеется ещё и политический сигнал: финансирование превращается в элемент ответственности России за ущерб войны, а не в очередной европейский пакет солидарности
Ядро этого лагеря - Германия, богатые страны Северной и перепуганные страны Восточной Европы, публично поддерживающие эту схему
В этих же рамках обсуждалась идея принять ключевое решение квалифицированным большинством, а не единогласно, как было раньше в Европах: в таком случае достаточно всего 15 голосов из 27, что позволяло бы обойти бельгийское несогласие в юридической части
Важный сигнал по этому поводу граждане увидели в словах Дональда Туска: он заявил, что лидеры договорились работать над вариантом финансирования через российские активы вместо общего долга, и описал это как прорыв, хотя некоторые страны будут бороться до конца, чтобы максимизировать гарантии для себя. Вселил необоснованную надежду
Лагерь второй - сначала гарантии, потом эксперименты
Здесь нет единого мотива, но есть единый тормозящий эффект. Бельгия и Италия продвигают план Б по финансированию Украины - общий долг Евросоюза под гарантию общего бюджета, считая схему с активами юридически и финансово слишком непредсказуемой
К ним в той или иной степени примыкают Болгария и Мальта, а Венгрия и Словакия выступают против продолжения поддержки Украины и в целом осложняют любые решения, где требуется единогласие. Они не едины, но денег у них сильно меньше, чем у прочих. Это объединяет
Позиция Бельгии стоит немного особняком. Премьер Барт Де Вевер как бы не против, но выдвигает три условия:
- Полная взаимная ответственность стран Евросоюза по рискам с фактически открытыми гарантиями на случай многомиллиардных исков
- Железные механизмы ликвидности, чтобы Euroclear мог немедленно исполнять требования
- Распределение нагрузки. Речь про участие всех стран ЕС, где есть российские суверенные активы, включая Германию, Швецию, Кипр и Францию, а также синхронные шаги партнёров по G7
Практически невыполнимые условия, которые продиктованы страхом за принятые решения и их последствия
Бельгийская боязнь легко считывается в публичных формулировках. Де Вевер перед саммитом объяснял это образно: дайте мне парашют - и мы все прыгнем вместе, (я дёрну за кольцо)
Euronews передавал его же логику ещё жёстче: если всё будет полностью взаимно гарантировано, то мы прыгнем в пропасть вместе со всеми европейцами и будем надеяться, что парашют раскроется. И запасного нет
На практике бельгийский страх подпитывает сама Москва. Российский Центробанк объявлял о судебных действиях против Euroclear, а медийная и юридическая возня вокруг возможной ответной конфискации западных активов в России стала для Брюсселя фактором внутренней политики
В чём противоречие
Первый лагерь говорит о стратегии и скорости: деньги нужны к весне, и логично, чтобы платил источник разрушений, а не европейский бюджет
Второй лагерь спорит не столько с целью, сколько с рисками. Для него репарационный кредит - это эксперимент с правом суверенного иммунитета и финансовой инфраструктурой еврозоны, где крайним может стать конкретный депозитарий и конкретная страна-хозяин, а не абстрактный Евросоюз, где конкретные страны могут спрятаться за коллективной ответственностью
Есть сомнения по процедуре. Этот самый репарационный кредит и решения вокруг заморозки активов пытаются проводить через механизмы квалифицированного большинства, тогда как общий долг, привязанный к многолетнему бюджету, легко упирается в требование единогласия, где у Будапешта и Братиславы появляется рычаг. И не только у них
Что дальше
Если в Европе договорятся по репарационному кредиту - в чём есть очень серьёзные сомнения - то следующий шаг - быстрое оформление инструментов и гарантий, чтобы транши пошли в 2026 году. Ключевая техническая дискуссия будет крутиться вокруг объёма гарантий и того, кто и как компенсирует потенциальные потери в случае успешных исков России
Обсуждают уже какие-то хотелки, где нарисованы механизмы безлимитных гарантий и возможность покрывать ущерб за счёт российских активов, но именно отсутствие потолка вызывает сопротивление у части столиц
Если не договорятся, что скорее всего, то остаётся несколько дорожек, и все они сильно тяжелее самой прямой, но опасной с российскими активами
Во-первых, общий заём Евросоюза на рынках с гарантиями стран-членов, что повышает долги и дефициты и снова возвращает к жизни противостояние жирного Севера и тощего Юга еврозоны
Брать в долг, чтобы помочь Украине это совсем не то, что взять чужие деньги и вкинуть их в делюгу, а там посмотрим - эти деньги нужно будет отдавать
Во-вторых, рассматриваются добровольные взносы правительств в некий специальный бюджет Еврокомиссии, что приведёт к прямому удару по национальным бюджетам
В-третьих, есть вариант с участием только коалиции желающих скинуться на Украину - фактически схема на 23/25 стран без Венгрии и Словакии, о которой в контексте плана общего долга говорили дипломаты
Пишут, что деньги какие-то уже нашли и часть финансирования обеспечит кредит G7 на 45 млрд евро, из которых уже выплачены 25,3 млрд, а дальнейшие выплаты ожидаются в первом квартале 2026 года, чтобы поддержать ликвидность до запуска возможного репарационного кредита со второго квартала, то есть можно спешить не так сильно
На этом фоне показательно звучит позиция Европейского центрального банка: Кристин Лагард заявила, что полностью уверена в поиске решения, но отдельно подчеркнула - схема не должна нарушать международные нормы защиты суверенных активов и не должна бить по финансовой стабильности
Это ещё одна представительница тех, кто умеет сформулировать задачу так, что никто не возьмётся её выполнять. Показательно, что Европа обсуждает эту историю сразу после Миндичгейта, который никого и ничему не научил
Выглядела бы эта история очень весело, если бы она не была настолько примитивной, как разборки после драки в сельском клубе: европейские страны спешно ищут деньги на продолжение войны, найти не могут и пытаются изо всех сил что-то придумать, прекрасно понимая, но не произнося вслух, что часть этих с таким трудом найденных денег будет освоена совсем не ими и совсем не в интересах народа Украины
Не зря Орбан приводил в пример лечение алкоголика водкой, которому решили купить целый ящик, не зря